Твой ход (СИ)

— Тётя Катя, я понимаю, вы сейчас где-то глубоко у себя в мыслях, но прошу, послушайте меня. — Я заглянула в остекленевшие карие глаза.
Никакой реакции.
Оторвав от моей, одной из четырёх имеющихся с собой, майки лоскут ткани, я обмотала рану, из которой активно сочилась кровь.
— Я сейчас вернусь, сидите и не двигайтесь. Рану придётся зашивать, — сказала я, наблюдая, как ткань окрашивается в красный. Надеясь, что Катерина меня услышала.
Вылетала из комнаты я опять на третей космической, вверх по ступенькам вбегала на автопилоте, параллельно обдумывая, звать ли отца или самой зашить. Я это умела делать, но все же, за самоуправство по головке меня не погладят.
Внезапно споткнувшись и чуть не сверзившись с лестницы, окончательно решила: разберусь по обстоятельствам.
Забегая в комнату, бросила мимолетный взгляд на дверь Ярослава, которая была закрыта и хранила за собой свои секреты.
Интересно, он в комнате?
Схватила аптечку и ломанулась обратно. Уже на полпути дом сотряс крик моего отца, а следом и Андрея.
— Мирослава!
— Ярослав!
И если я влетела в комнату сразу же после ора, то Ярослав не появился и после ещё трех попыток его призвать.
Вид я вообще представляла эпичный; с оборванной майкой, руки в крови и все те же капли крови на шортах, волосы, стоящие чуть ли не торчком, из-за того, что я постоянно их зачёсывала назад пятерней. Они сильно лезли в глаза.
Но и в комнате меня ожидала не менее эпичная картина.
Катерина уже не витала в облаках, а сидела все на том же месте в объятиях МОЕГО отца и рыдала ему в плечо. Плачь иногда разбавлялся тихим лепетом "Ярослав". Мой папа же представлял собой холодную глыбу, в объятиях которой затесался ледокол. Ну хоть бы чуть-чуть эмоций на лице проявил. Каплю сострадания, например, а не холодную решимость.
Андрей стоял рядом и пылал праведным гневом. Моя мама топталась неподалеку, сонная, помятая, но красивая, как всегда. Она тоже плакала и прижимала ко рту руку.
Не поняла, она-то что рыдает?
— С добрым утром, — непонятно с чего брякнула я.
А осознав, что сказала, сама чуть не зарыдала. Ну что я за дура?
Ох, каким меня взглядом наградил отец. Примерно так палач смотрит на свою жертву.
— Что здесь произошло, Мирослава? Отвечай кратко и быстро и дай сюда мне аптечку. — Холодно сказал мой отец.
Ослушаться я не смогла бы. Быстро подбежала к отцу и чуть не навернулась на луже крови.
— Мирочка! — Всхлипнула моя мама.
Отдав аптечку, я сделала шаг назад, морщась. Ноги теперь у меня были все в крови. Я здесь была единственная босиком, остальные-то додумались одеть тапки.
Папа, освободившись из объятий рыдающий Катерины, открыл аптечку и начал доставать нужные ему вещи.
— Помощь нужна? — Спросила я, делая шаг назад.
— Ответы. — Потребовал отец.
— Хорошо. — Кивнула я и начала рассказывать. — С утра мы вместе с Ярославом услышали крик…
— Вместе? — Перебил отец, придравшись к слову. Иногда я думала, что ему надо было в полиции работать. Такой проницательный.
— Да. — Это все, что я ответила. И замолчала, давая понять, что не буду углубляться в объяснения данной ситуации. Если они хотят получить ответы о случившемся в этой комнате, то пусть молчат и не перебивают.
— Продолжай. — Вмешался Андрей.
— Услышав крик, мы побежали вниз. Ярослав первый, я за ним, а вбежав, увидели, как тётя Катя держит в руках осколок вазы и вымещает свою злость посредством крика. Потом она увидела Ярослава и… Ну они поругались, после чего Катерина сама себя поранила и все.
— Где Ярослав? — Спросил Андрей под аккомпанемент в виде всхлипов моей мамы и Катерины.
— Он ушёл, попросив помочь тёти Кате. — Я понимала, что вру, а точнее приукрашаю ситуацию. Но я никогда не была стукачкой. Если Катерина захочет, пусть сама расписывает ситуацию. А я не собираюсь лезть в эти разборки. — Я за аптечкой-то как раз и бегала, когда услышала, как меня отец зовёт.
— Ясно. — Сказал, собственно, мой отец и уже собирался что-то ещё сказать, но повторившийся крик "Ярослав" из уст Андрея помешал ему. — Возвращайся в комнату и приведи себя в порядок.
 
Я кивнула и развернулась, чтобы уйти, кинув взволнованный взгляд на маму. Перед тем как выйти из комнаты услышала:
— Молодец. — Сказал тихо и спокойно мой отец.
Я хоть и почувствовала гордость, но она была разбавлена непонятным для меня чувством. Только в комнате я поняла, что это разочарование. Где-то в глубине души я надеялась, что сказанное мне Владом (кстати, где он сам-то утром был?) не правда. Но реальность оказалась страшнее, Ярослав и вправду изменился в худшую сторону. Стал монстром, и с этим монстром я вынуждена жить по соседству. Нас разделяет всего лишь тонкая стена. Зашибись.
  
5
 
Я лежала на кровати и пялилась в потолок под музыку из моих наушников вот уже третий час.
Так получилось, что с утра моё ужасное пробуждение состоялось в семь утра и это летом. Потом началась вся эта канитель и закончилась примерно к восьми. Собственно, после было затишье.
Уснуть у меня не получилось. Попытки что-то поделать провалились, у меня в прямом смысле слова все валилось из рук. Удивительно, как это ко мне весь дом не сбежался, когда я зеркало случайно в ванной разбила.
Ну, зато теперь на одного травмированного человека в этом доме больше. На левой руке, прямо на ладошке у меня теперь тоже порез, не маленький, но и не критический. Сама справилась с его лечением, однако рука теперь перевязанная.
Меня вообще не покидает ощущение, что это только начало злоключений, а с моей везучестью нужно прямо сейчас бежать отсюда, или паду я смертью храбрых.
В наушниках сменилась песня на что-то попсовенькое. Откуда это вообще в моем плейлисте? «Ненавидишь, но любишь, я знаю, что любишь!»-пел парень сладким голоском. Меня передернуло.
Ну как можно полюбить человека, которого ненавидишь? Глупость какая-то. Даже на смех пробивает.
«Признай же это, врать бесполезно»-продолжал завывать вокалист.
Боже, наглость какая, он ещё и требует признания.
Раздраженно повернулась на правый бок, уставившись в стену.
«Ты меня хочешь, не ври. Твоё тело говорит за тебя, не молчи. Кричи!»-забил последний гвоздь в крышку гроба певец этой песни.
Не знаю почему, но меня эта песня разозлила.
— Да что за бред ты поешь, идиот голосистый! — Вскочила я на кровати и закричала, в злости топая и сминая одеяло.
Наушники я потеряла где-то по пути. И, возможно, потопталась по ним, если не порвала. Слава богу, телефон не выпустила из рук.
— Вау, никогда бы не подумал, что ты такая агрессивная! — Прервал мои буйства Влад.
С кровати меня сдуло прямо на пол. Очень целенаправленно и, самое главное, реалистично. Лицо моё, кстати, тоже выражало максимальную невозмутимость.
Стоявший в дверях Влад смотрел на это всё с ухмылкой на лице и явно издевался.
— Наушники упали, — прокомментировал он. — Ты стоишь на них.
Наклонилась, подняла и кинула на кровать, потом посмотрела на Влада, изображая доброжелательную улыбку.
— Ты что-то хотел?
Влад кивнул.
— Родители зовут тебя к завтраку.
Я посмотрела на дисплей телефона, время там показывало полдвенадцатого. По-моему, в пору на обед звать, но кто я такая? Всего лишь гость.
— Хорошо. — Ответила я и уже собиралась отправить Влада восвояси, как меня заинтересовало кое-что. — А почему ты сегодня утром не прибежал на крик твой мамы? В комнате были все, кому не лень, даже твой старший брат прибежал (он, кстати, дома). А ты что делал?
— Спал. — Ответил Влад, явно говоря таким образом, что разговор закончен.
Но я буду не я, если все не выясню.
— И все?
Тяжёлый вздох в его исполнение был очень профессиональным. Словно он регулярно вздыхает так направо и налево.
— Поживи в этом доме с моё и поймёшь, почему лучше не ложиться спать без берушей. Поверь, моя мама очень эмоциональная особа, и её крики звучать здесь о-о-о-очень, — он максимально долго тянул это слово, — часто. Я удовлетворил твоё любопытство?