Айк Дикий (СИ)

Граф вздохнул с каким-то странным облегчением, когда девушка выскользнула из его покоев. Он плеснул в кубок вина, ощущая, что хоть как-то загладил свою вину перед Эрной, которую ранее несправедливо обижал.
«Ведь дитя же совсем, отроду лет девятнадцать ей… Затравлена жестоким отцом… А сколько невзгод легло на эти хрупкие плечики… Воин? Но это ведь смешно! Маленькая, но не сломленная девочка, которую нужно оберегать и лелеять, а не посылать на поле боя… А о том, что отец её ярл Торвальд лучше пока никому из наших не знать, ведь ещё более возненавидят…» - размышлял Айк, пригубив из кубка красное вино. По телу разливалось приятное тепло, а перед очами графа полыхнули воображаемые языки пламени золотистых локонов Эрны и изумрудные пляшущие искры в её очах. 
Глава 10
Эрна сумела довольно быстро освоиться на кухне. Компания поварих оказалась сносной, ведь куда приятнее ночевать в тёплой коморке с девицами, нежели с конюхами. Старшая по кухне Аннис уже оправилась от хвори, она постоянно недовольно ворчала и периодически прикрикивала на молодых кухарок, подгоняя в работе.
Для девиц-стряпух было выделено отдельное помещение, в соседнем же трудились молодые повара-юнцы, они занимались разделкой и приготовлением мяса. Эрна старательно трудилась с утра до вечера и, хотя работы на кухне хватало, но всё же это не тяжкий изнурительный труд на конюшнях… Она почти каждый день вместе с Сан навещала конюхов, прихватив с собой харчей и по возможности немного пенного эля.
Когда время близилось к полудню, Агата доваривала на кухне похлёбку из лосося, остальные поварихи куда-то разбрелись по замку. Дрого улучил момент и зашёл в помещение, застав девушку одну. Агата вздрогнула при виде управляющего, но демонстративно отвернулась к печи, продолжая помешивать в чане похлёбку длинной деревянной ложкой.
- Я хотел поговорить с тобой, Агата, - голос мужчина казался спокойным и немного виноватым.
- И о чём же? – она резко развернулась к Дрого, прищурив обиженно свои серые очи. – О том, что Вам стряпня моя не по нраву?
- По нраву, Агата… Я был тогда не в духе… Пришёл прощения попросить, - он медленно шагнул к девушке, а в стальном взгляде Дрого была твёрдая решимость. – Так простишь меня?
- Не пойму Вас, господин Дрого… - девушка пожала плечами, удерживая в руке деревянную ложку. – То не нравится моя стряпня, то теперь нравится…
- Говорю же, был не в духе… - хриплый голос управляющего и горящий дикий взор насторожил Агату, она сделала шаг назад. – И виной тому ты, Агата… Не могу больше так… Душу мне рвёшь, по ночам спать спокойно не могу…
- Но господин Дрого… - она удивлённо замерла, округлив глаза, мужчина рывком схватил девушку и прижал к себе, накрывая желанные уста жадным поцелуем. Агата попыталась вырваться, но одержимый страстью Дрого лишь усилил хватку и напор, прикусывая и терзая нежные губки кухарки. Девушка явно не ожидала такого от управляющего, от страха откуда-то взялись силы, она оттолкнула от себя мужчину, огрев его со всей дури деревянной ложкой по голове.
- Я Вам не девка подзаборная, что Вы на меня набрасываетесь, как животное оголодавшее! – крикнула Агата, её трясло от страха и гнева, щёки полыхнули алым румянцем, а очи наполнились слезами. Дрого отскочил, потирая ушиб на голове, шишка уж точно выскочит.
- Да сдалась ты мне, полоумная! – рявкнул обиженно мужчина. – Таких, как ты много! – он буквально вылетел из кухни, с грохотом захлопнув за собой дверь.
- Нечисть косматая! – крикнула в гневе Агата ему в след. – Глаза б мои тебя не видели! – она всхлипнула и коснулась пальцами своих припухших и горящих от поцелуя губ, такой напор мужчины Агату явно испугал, ведь она была ещё целомудренна и не успела познать любовную страсть.
***
В воскресное утро Саннива потащила Эрну в церковь на богослужение, намереваясь просветить заблудшую душу язычницы в вере Христовой.
- Наш Господь добрый, - назидательно вещала Сан. – Когда уверуешь в Христа и будешь молиться Пресвятой Деве, так и жизнь наладится. Проповедь послушаешь, может кое-чего возьмёшь для себя… Святое Писание плохому не учит…
 
- Да пойдём уже, Сан, - хмыкнула Эрна, поправляя поясок на платье. – Поглазею на ваших жрецов да на церковь, там же весь люд из графства собирается, уж интересно-то!
Сан лишь вздохнула и укоризненно покачала головой, тяжело же будет привести Эрну к Господу да наставить на путь истинный…
А вечером опосля ужина и тяжкого рабочего дня Эрна взяла с кухни морковку и направилась к конюшням, ей захотелось проведать своего коня Дубка и побаловать любимым лакомством. Путь озаряли водруженные в землю смоляные факелы, девушка кралась с морковкой в руках, оглядываясь воровато по сторонам.
Как раз в это время из центральной башни на улицу вышел Айк, ему захотелось немного прогуляться да подышать весенним воздухом. Мужчина прикрыл веки, наслаждаясь дуновением тёплого ветерка и стрекотанием сверчков, а затем он увидал крадущуюся к конюшням Эрну.
«К конюху своему бегает…» - внезапная мысль полоснула Айка вспышкой ярости, воображение уже рисовало рыжеволосую пленницу, извивающуюся под Гарриком где-то среди стогов сена. – «А говорила, что девственница… Ведь солгала…»
Айк мимо воли сжал пальцы в кулаки, одержимый приступом ненависти и злобы, словно его обвели вокруг пальца. Захотелось схватить эту девку за горло и прижать к стене, а лучше и вовсе придушить… Проклятая лгунья, а ведь слёзы лила перед ним и уверяла, что девственна…
Ещё какое-то время мужчина стоял словно вкопанный, пытаясь усмирить в себе вспышки гнева. Айк и сам не понимал, отчего его так цепляет эта пленница, но сейчас граф был настроен решительно взять своё. Коль не девственница, так пусть и его усладит, может опосля это жгучее наваждение схлынет и не будет более терзать.
Эрна зашла в конюшню и направилась к стойлу с лошадьми, озарённому тусклым светом настенного факела.
- Дубок… родненький… – она приблизилась к коню, животное радостно фырчало, учуяв свою хозяйку. – Морковку тебе принесла, как ты любишь, - девушка улыбнулась, слегка погладив пальцами лошадиную морду. Дубок с радостью хрустел принесённым ею лакомством, а Эрна немного постояла подле него, вдыхая запахи сена и навоза. – Пора мне идти, долго не могу задерживаться. Завтра тебя опять навещу… - она грустно вздохнула и направилась к выходу, прикрыв за собой дверь конюшни. 
Ещё на подходе к центральной башне Эрна увидала Дрого, мужчина явно был не в духе. Он кутался в длинный плащ, скрестив руки на груди.
- Где тебя носит? Господин велел к нему явиться! Живее! – рявкнул управляющий, мрачно взирая на пленницу.
- Хорошо… - пробормотала растерянно Эрна и пошла далее.
«И чего же ему на ночь глядя понадобилось?» - она почуяла какую-то необъяснимую тревогу, но всё же нехотя поднялась на второй этаж и направилась к покоям Айка.
Едва отворив дверь и войдя в комнату, она застыла на месте, наткнувшись на недобрый и пылающий гневом взор мужчины, видно, тот уже ждал Эрну. Он стоял посреди комнаты, скрестивши руки на груди, чуть склонив голову набок. В свете пламени камина, облачённый в чёрные одежды граф казался сейчас особо зловещим, словно чудовище из её снов…
- Нагулялась? С конюхом таскаешься? И хорош он? – Айк чеканил каждое слово, медленно приближаясь к застывшей девушке. – А мне лгала, что никого у тебя не было… Ненавижу ложь, Эрна. За ложь и предательство я казню, но с тебя возьму то, что мне давно причитается… - он угрожающе надвигался на пленницу, словно тёмная скала, она же в страхе сделала несколько шагов назад, к стене, увешенной трофейным оружием. Сейчас Эрна чувствовала себя загнанным в ловушку зверьком, боковым зрением она отметила за спиной боевую скандинавскую секиру на металлических держателях. Мгновенно сработал рефлекс самозащиты, Эрна рывком выхватила оружие, вцепившись пальцами в длинное древко из ясеня.
- Не подходи ко мне, чудовище! – рявкнула девушка, в изумрудных очах полыхнула ярость наряду со страхом и решимостью. – Порубаю, если посмеешь ко мне прикоснуться!