Одержим тобой (СИ)

— Урою, — зло процедил сквозь зубы, прижав Дэна к стене, стискивая пальцы в кулаки. — Не найду Лику, — буквально подавился собственными опасениями. — Тебе конец.
Припечатал рукой. Давя предплечьем на горло, чувствовал, как под моими мышцами тяжело двигается кадык. Каждый его вдох и попытка сглотнуть сводилась к хриплому свисту. Но я не спешил даровать свободу, ждал подтверждения, что тот меня понял. Хотя и после подтверждающего частого моргания не отпустил.
Спускал пар. Злился в первую очередь на себя, а наказывал Дэна, который по моей же указке накормил Лику запрещенными препаратами.
— Отпустит когда?
— Да хрен его знает. Я вообще не думал, что её так размажет, — потёр ладонью травмированную шею, болезненно скривив губы. — Дозняк-то плевый. Кто знал, что она такая изнеженная и быстро поплывет. Зачем тебе эта бодяга?
— Тебя забыл спросить.
— Забыл не забыл, а блудняк оформлял тебе я, — Денис гордо забил сам себя в грудь. — Будто баб мало, чтобы расчехлять эту.
Цокнул языком, непонимающе пожимая плечами.
— Рот закрой, — снова толкнул его к стене, но добивать не стал.
Времени в обрез, чтобы вершить правосудие, пора ловить беглянку, заряженную по полной программе.
Вдруг завис у самого танцпола. Версий ноль, а в голове тишина, полная противоположность бьющим басам.
Достал сигарету, прикурив ту лишь с третьей попытки. Обвел зал быстрым взглядом, так и не зацепившись ни за кого.
Лики либо тут уже не было, либо надо тщательнее искать.
— Нашёл, — радостно завопил Денис, хлопая меня по плечу. — Ты главное — не груби.
Предупреждение я уже не расслышал. Лишь загнанный стук сердца грозился порвать мне вены. Выпустить злобу и пролить кровь всем, кто посмел тронуть мою девчонку. Как минимум один кандидат продолжал пускать слюни, пока Лика извивалась в танце, оседлав его сверху.
Преодолев разделяющее нас расстояние, я завис. Принялся рассматривать оголенную спину, пляшущие на светлой коже разноцветные блики. Нервно сглотнул, когда тонкие пальчики потянулись к застежке бюстгальтера и Лика быстрым щелчком освободила лямки.
Откинула ненужное теперь ей белье, а в край оборзевший зритель вытянул руки, сразу накрыв ладонями грудь.
Гнев лавиной сошёл от моей головы к кулакам. Мне хватило двух ударов, чтобы парень обмяк. Уронил руки по швам и начал клониться разбитой головой на мягкий диванчик.
Лика почти на автомате отскочила в сторону, но прелестей своих не прикрыла, чем приковала ещё больше внимания к нашему веселью.
Я не уступал всем любопытствующим взглядом, внаглую разглядывая тонкую талию, впалый животик и налитую от возбуждения грудь.
Вдруг, совершенно не вовремя вспомнил, как касался тугих сосков, что даже сквозь платье были самыми вкусными вишенками на торте моей похоти.
— Прикройся, — Дэн оперативно подсуетившись, накинул на худощавые плечи пальто, о котором я забыл, выбежав из VIP.
Но Лика недовольно скинула его, вновь оголившись напоказ и зло сощурившись. Так, словно мы испортили ей весь вечер.
— Оденься, пожалуйста.
— Отдыхай, Арчи! И мне не мешай, — шикает она. — Достал.
— Что ты сказала?
— Ты услышал, — в васильковых глазах помимо кайфа мелькнул вызов, она не хотела останавливаться. — Или возьми меня, как и обещал, — языком прошлась по щеке, а следом лизнула ухо. — Или отвали. Дай шанс другим.
Злость сорвала последние стопы, и я взвалил брыкающуюся Лику себе на плечо. Вынес её на улицу, как пещерный человек. Затолкал в первое же подвернувшееся такси, вместе с вещами, и сел рядом, чтобы не дать сбежать.
— Всё-таки к тебе?!
Услышав названный мной адрес, Лика перебралась мне на колени, плотно прижавшись голой грудью.
Её запах сводил с ума. Поцелуи заставляли забыться. А упругое тело выводило на давно забытую эмоцию — одержимость.
Владеть всей Ликой. Брать каждый раз, когда она позволяет и склонять к любви всякий раз когда она против.
Проворные ладошки цеплялись за шею, зарывались пальчиками в мои слегка отросшие волосы. Тянули, соблазняли, но тут же старались доставить удовольствие.
 
Я лишь удовлетворенно расслабился, откинувшись на спинку сидения. Почувствовал, как горячий язык прочертил дорожки на шее. А руки давно принялись играть на ширинке.
Я понимал, что ею движет по большей части наркотик. Вытаскивает из подсознания самые потаенные, греховные инстинкты. Управляет её телом, которым Лика так и льнула ко мне.
Без стеснения, без оглядки на водителя, который возможно не впервые наблюдал эротическое шоу, но все же был обескуражен не меньше моего.
Знал, что уже не смогу остановиться и продолжал.
Знал, что наутро вспомнив, Лика меня не простит.
Знал… но тонул в водоворот ощущений, пуская всё на самотёк.
  
25. Лика
 
Таких правдоподобных снов я еще ни разу в жизни не видела. Сладких, манящих, недающих мне проснуться. Уводящих всё глубже в наслаждение, из которого совершенно не хотелось выбираться. Он обволакивал, как тягучий мед и привносил самые приятные ощущения, покидать которые не хотелось даже несмотря на лёгкое головокружение.
Игры разума водили хоровод с моим похмельным синдромом. Кружили, путали и странными урывками мелькали в голове. Заводя все дальше в дебри, а я никак не могла понять где сон, а где явь.
Новая порция картинок врывалась в подсознание бесконтрольно. Но ощущения не казались поверхностный.
Они были настоящими. Сводящими с ума. Почти реальными.
Нетерпеливые мужские руки срывали остатки одежды, но я не чувствовала прохлады. Пока мои руки пытались справиться с дрожью и слишком туго застегнутым ремнем. Возбуждение не сходило на нет, а закручивалось внизу живота. Доказывая насколько я была голодна рядом с Арчи.
Я буквально сгорала изнутри, расплавленным воском оставаясь на простынях. Растекаясь под силой жаркой страсти.
Горячие ладони обжигающе ласкали, безостановочно трогали и казалось, что успевали находиться везде. Доставлять удовольствие и легкими пощипываниями, и жёстким вдавливанием пальцев в податливую плоть.
На втянутом от напряжения животе оставались метки дикой мужской страсти. А на чувствительных сосках, что кричаще доказывали моё возбуждение — влажные поцелуи. Сперва слишком нежный, пробные, а после переходящие в жадные покусывания.
Во рту сохло, а тело покрывалось испариной. И пока влажные дорожки языка убегали от груди к животу. Мои пальчики на ногах поджимались от удовольствия, судорогой, прокатывающейся по всему телу.
Ласки языком слишком быстро сменили направление, сползая к кромке белье. И каждое новое движение раскрепощало меня сильнее, наполняя тягучим вожделением. Мне не припоминалось, когда и с кем я чувствовала себя настолько смелой, и счастливой, как сейчас.
Я не сумела подавить игривый смешок, когда последняя кружевная преграда была с меня снята. А ладонь заскользила по внутренней поверхности бедра, всё ближе к самому сокровенному. Оставляя за собой вереницу колких мурашек.
Каждый поцелуй, оставленный на коже вспыхивал словно ожог, доставляя неимоверный кайф.
Мне не хотелось молчать. Хотелось, чтобы он знал, что мне хорошо и не смел прекращать. Я с упоением отзывалась рваными стонами, едва различая ответные горячие выдохи.
Танец языка на чувствительном бугорке не казался мне чем-то постыдным. Это было верхом наслаждения. Когда острый кончик неспешно скользил вдоль складочек, а после задевал каким-то металлическим шариком упругий клитор.
Разобрать что это было не представлялось возможным, я просто откровенно раскинув ноги в стороны, ловила каждый момент приближающегося оргазма.
 
Едва ли я замечала смену одного умелого инструмента другим. Смену языка пальцами, и наоборот.
Мне не хватало воздуха, всякий раз, когда Арчи дразня входил в меня пальцами. И не хватало сил до конца отпустить внутренние опасения.
Пронзительно вскрикнув, подскочила на кровати среди смятых простыней. В комнате висел сладковатый запах секса. Всё тело ныло, кожа покрытая россыпью холодного пота острее ощущала возвращение из мира грёз.