Спаси меня от себя (СИ)
Неповторимый и абсолютно недоуменный взгляд прилетает в ответ, а следом закрывается и дверь.
— Я все понял, мне не нужно повторять… — полустон вперемешку с полушепотом доносится до уха, но мне этого недостаточно. — Я ничего не сделал ей.
— Просто проговорю для ясности: если ты приблизишься хоть на шаг к ней, я сломаю тебе оставшиеся конечности так, что ты всю оставшуюся жизнь будешь приклеен к костылям.
— Вот только так говорить надо точно не со мной, — выплевывает мне в лицо. — Ее ебырь игрок, так, глядишь, однажды в синьке продаст кому позабористее, и уже просто не выйдет соскочить. Я хоть и мудак, но не отморозок.
— Чирканешь номер этого полупокерса?
Он закатил глаза и кивнул в сторону загипсованный конечностей.
— Телефон где-то в куртке.
Ну что ж, пробьем инфу, мой дорогой друг.
Игрок — это все, алкаш-игрок — еще большее зло. А зло нужно искоренять.
И таким прекрасным девочкам точно не стоит находиться в окружении подобных тварей.
Сохраняю телефон сморчка и стремительно выхожу из палаты, ногой прикрывая дверь. На одну проблему меньше.
За ресепшном опять посапывает Маша, но именно раскиданные на столе бумаги являются моей целью нахождения здесь. Неторопливо листаю бланки и натыкаюсь на фамилию Логвиненко. Все, что мне нужно. Комбо.
3 секунды и телефон в памяти.
Полминуты, и я пишу ей, с третьей попытки пытаюсь нажать на кнопку «отправить» и жадно слежу за иконокой активности. Доставлено. Внутренности сжимает от напряжение. Прочитано. Чеширский кот по сравнению со мной унылая какашка.
«И тебе, Андей».
Моя девочка.
Глава 12
ЕСЕНИЯ
Я дома нахожусь неделю в попытках привести себя в порядок. Столько же общаюсь с Андреем по переписке, проводя почти все свое время с телефоном в руке. Как мне удалось закончить проект к сессии…вопрос.
Даже в туалет с телефоном хожу, лишь бы не пропустить весточку. Мягкой поступью двигаюсь к раскаленному шару, который в конечном итоге сожжет меня дотла.
Но сердце несется навстречу и не думает о последствиях, лишь разум нашептывает предостережения, а все они разбиваются о стенку моей веры в лучшее.
Голова периодически болит, конечно, синяки по чуть-чуть сходят, лишь перемотанное запястье напоминает о случившемся.
Натягиваю свободное бежевое платье, мягко обволакивающее талию и нежно спускающееся по бедрам. Кручусь и верчусь перед зеркалом, словно от внешнего вида в принципе что-то зависит. Да и зачем наряжаться…в больницу? Ответ слишком хорошо знаю.
Пиликающий звук в очередной раз заставляет меня сломя голову понестись к средству связи и с нетерпением открыть заветное сообщение.
«Доброе утро, принцесса. Ты случайно там не забыла, что нагружать руку нельзя? И да, сегодня на прием».
«Привет, нет. Я тяжелее книжек ничего не поднимаю».
«Как твой проект, умка?».
Закусываю губу и мечтательно разваливаюсь на кровати, раскидывая руки в разные стороны. Он помнит и постоянно переспрашивает. Значит, ему важно? Волнует?
Мы просто общаемся и мне как воздух не хватает этого общения вживую. Посмотреть в глаза и что? Возможно, понять что-то для себя.
«Я все завершила. Тебе правда интересно?».
Прожигаю телефон в ожидании ответа, но он не приходит ни через 5 минут, ни через 10. Разочарованно тянусь к косметичке, хоть и открыв ее, с ужасом понимаю, что ничего особенного у меня и нет.
Подводка засохла, а тушь едва наносится на огрубевшую от времени кисть. Пару раз прохожусь по длиннющим от природы ресницам и вспоминаю слова сестры, что ресницы у меня как у коровы. Смеюсь и слышу заветный звук уведомления.
«Конечно, принцесса, меня волнует все, что касается тебя. Получилось свести формулы? Обязательно захвати черновик, я хочу почитать».
«Привезу, спасибо