Сияние ангела

Раздался возглас удивления, и Слэйд понял, что женщина увидела его.
— О, господи, вы и вправду на одно лицо.
Она поднялась, Слэйд протянул ей руку, и она сжала ее ладонями.
— Я Марта Морган. Мы так рады, что вы приехали.
Ее муж встал и подошел к ним.
— Никаких изменений. Состояние Хантера стабильное, но врачи не уверены, вернется ли к нему сознание. — Он посмотрел на сына. — Дочь поехала домой переодеться и приготовить что-нибудь поесть. А Ларри приедет только вечером.
Джон обнял жену, переводя взгляд со Слэйда на Хантера и наоборот.
— Мы пойдем выпить кофе.
Морганы хотели оставить братьев наедине, и Слэйд был им за это благодарен. Не такой встречи он ожидал. Он с трудом заставил себя улыбнуться. Сделав несколько шагов, он остановился в ногах кровати.
Брат-близнец.
Он присел на тот стул, где сидел Джон. Как выразить словами все, что у него на душе?
Он опустил ладонь на руку Хантера и пробормотал:
— Я здесь, Хантер…
Тем же вечером Слэйд познакомился с братом и сестрой Хантера. Джолин встретила его дружелюбно. У нее были такие же темно-каштановые волосы, как у отца. Ларри Морган держался более отчужденно. Светловолосый, как и мать, он отличался молчаливостью, но видно было, как он переживал за Хантера. В общем, Морганы производили приятное впечатление. Именно о такой семье Слэйд всегда мечтал. Захочет ли Хантер знаться с ним, раз у него и так много родных?
В пятницу после обеда Слэйд вновь сидел у постели Хантера, пока Морганы отдыхали. Джон с Мартой настаивали, чтобы он ночевал не в отеле, а у них. Сначала он отказывался, но взглянув на их огорченные лица, сдался. Джон остался на ночь в больнице, вернувшись рано утром, чтобы немного поспать, пока с Хантером посидит Джолин. После ланча Слэйд снова отвез Морганов в больницу.
Часа в два Джон с Мартой отправились немного отдохнуть, предоставив Слэйду возможность побыть наедине с братом. Глянув на часы, Слэйд подумал, что Марк в это время должен лепить снеговика. У него все еще было нехорошо на душе из-за отъезда, но, как справедливо заметила Эмили, он все равно в конце концов уехал бы.
Слэйд смотрел на брата, от души желая, чтобы тот выкарабкался и выздоровел. Внезапно его пронзила мысль, что одного желания, верно, мало. Может, надо так прямо все и сказать?
— Хантер, я знаю, что твои мама и папа разговаривали с тобой, и мне это поначалу показалось глупой затеей. А может, они правы? Ты мой брат, которого я никогда не видел, ты не можешь так просто уйти, когда мы нашли друг друга. Хантер, ты слышишь меня?
Он пристально всмотрелся в лицо брата. Ему показалось, что он заметил, как дрогнули ресницы.
— Ты слышишь меня, Хантер? Дай знать, что слышишь. Приходи в сознание, чтобы мы могли поближе узнать друг друга.
Сначала Хантер Коулберн не подавал никаких признаков жизни, но потом рука его напряглась, пальцы зашевелились, и глаза брата открылись. Они были устремлены на Слэйда.
— Рад… встрече… с тобой… брат, — медленно произнес Хантер слабым голосом.
Слэйду хотелось позвать Морганов и сестру, но вместо этого он просто сжал руку Хантера в ладонях и нажал на кнопку вызова.
— Неужели ты ничего умнее придумать не мог, как приземляться в снегопад?
Губы Хантера скривила гримаса.
— Мне хотелось поскорее добраться домой… и позвонить тебе. С пилотом все в порядке?
— У него все прекрасно. Отделался шоком. Как ты себя чувствуешь?
— Чертовски болит голова. И хочется пить.
Слэйд налил в стакан воды и помог брату сделать несколько глотков. Их взгляды встретились, и Слэйд ощутил небывалое чувство родства.
— Твои родители пошли отдохнуть. Они скоро вернутся. Прошлой ночью я виделся с твоими братом и сестрой.
— Как они тебе? — Хантер говорил хрипловатым, слабым голосом.
Слэйд не успел ответить, как в палату влетела медсестра. Увидев, что Хантер очнулся, она проверила на аппарате, как работают сердце и легкие, и кивнула с улыбкой.
— Я вызову доктора.
Хантер со Слэйдом окинули друг друга внимательными взглядами и заулыбались.
 
— Странно, правда? — отметил Хантер.
— Видеть себя? Еще бы. Но по-моему, мы скорее разные, чем похожие. Мы прожили разную жизнь.
— Может быть, и так.
Оба надолго замолчали.
— Так ты… хотел сказать, как тебе моя семья, — напомнил Хантер.
— У тебя потрясающие родители. И Джолин очень дружелюбна. С Ларри мне не довелось долго пообщаться.
Хантер на миг прикрыл глаза, потом посмотрел на Слэйда.
— Я всегда чувствовал себя приемышем. И всегда мучился одиночеством. Это трудно объяснить.
— Я знаю, что такое одиночество, оно никогда не покидает меня. Но теперь, когда я увидел тебя, — теперь все по-другому.
Хантер кивнул.
— Мама с отцом рассказали тебе, что случилось много лет назад? Почему нас разлучили?
Слэйд покачал головой.
У Хантера был задумчивый вид.
— Настанет черед и для этого. Они сами должны тебе все рассказать. Сколько ты сможешь пробыть здесь?
— На этот раз недолго. Но потом я вернусь.
Сначала ему надо удостовериться, что Эмили сможет управиться без него.
Счета за пребывание в больнице пришли на другой же день после отъезда Слэйда, и Эмили поняла, что попала в трудное положение. Счета оказались последней каплей. Она достала визитную карточку агента по недвижимости и позвонила ему. Он охотно побеседовал с ней, и она в тот же день съездила в город, чтобы с ним встретиться.
Глупо было бы надеяться, что она сможет управляться с ранчо, имея на руках двоих детей. Они переберутся в Биллингс, и она устроится на работу клерком или машинисткой. Может, пройдет обучение на компьютерных курсах. Она сделает все, чтобы обеспечить детей.
Когда раздался телефонный звонок, у нее подпрыгнуло сердце. Со дня отъезда Слэйда она вздрагивала при каждом звонке, уговаривая себя, что это не может быть он. Ведь он не собирался возвращаться.
— Эмили? — спросил низкий баритон, который она тотчас узнала.
— Привет, Слэйд.
Она старалась говорить ровным тоном. Это ведь всего лишь незнакомец, которого она наняла выполнить кое-какую работу по хозяйству.
— Как дела? — спросил он обеспокоенным тоном.
Ни к чему ей его заботливость.
— Прекрасно.
— Марку понравились соревнования?
— Он не пошел.
Эмили долго уговаривала сына, обещая позвать Рода О'Нейла, но Марк оставался непреклонен: раз нельзя пойти со Слэйдом, то он вообще не пойдет.
— Он все еще злится на меня?
— Я пыталась объяснить ему, но Марк жутко расстроен. Как дела у Хантера?
— С ним все будет в порядке.
В голосе Слэйда чувствовалось облегчение и что-то еще, похожее на ликование. Видно, он нашел родственную душу.
— Замечательно.
— Эмили!
— Что?
— Перестань разговаривать со мной так, будто я — это не я, а ты — это не ты. Я скоро вернусь.
— Ты возвращаешься?
— Я же говорил, что вернусь.
Раз он возвращается, ему надо кое-что сообщить.
— Я выставила ранчо на продажу, а сама перебираюсь в Биллингс.
— Что?! Когда это произошло?..
— Больница прислала счета, и я просмотрела налоговые квитанции за прошлый год. Я не могу остаться здесь, Слэйд, просто не могу. Мне надо устроить жизнь Марка и Аманды, а не цепляться за прошлое.
Они долго молчали.
— Завтра я приеду, и мы все обсудим, — проговорил, наконец, Слэйд.
— Нечего обсуждать.
— Еще как есть. Не предпринимай ничего, о чем будешь потом сожалеть. Пока я не приеду. Понятно?
Она уже совершила нечто, о чем сожалеет, — она безумно влюбилась в Слэйда.
Когда на горизонте замаячил дом, Слэйд сильней нажал на газ. Он скучал по Эмили и ранчо больше, чем мог предположить.
Разговор с Хантером и его родителями о том, что произошло более тридцати лет назад, казалось, отошел в прошлое. Хантер жутко переживал, что Морганы оставили Слэйда в приюте. Но, как сказал брату Слэйд, рискованно переходить по сожженным мостам. Они нашли друг друга, и остальное теперь неважно.