Я твоя тень (СИ)

Когда я завершил утренние дела и начал думать о том, куда пойти завтракать, позвонила мама. Нехотя тянясь к телефону, я представлял, что это звонишь мне ты.
— Доброе утро, дорогой, — мамин голос рывком выкинул меня из грёз. — Ты уже договорился с друзьями? Я буду ждать вас в ресторане у Россини в два часа.
Поскольку я еле-еле очнулся ото сна и одной ногой всё ещё витал в облаках, сообразить, как мне отмазаться на этот раз, я не смог.
— Э… да, конечно, — пробормотал я, прекрасно осознавая, что рою себе яму, но не в силах противостоять искушению прикинуться примерным сыном. — Только…
— Ты что, спишь ещё? Уже двенадцатый час! Чем ты занимался вчера?
— Я… Нет, я не сплю, просто… Вчера долго занимался, не заметил времени.
— Что же ты такого интересного делал? — мама точно мне не поверила. — Ты же знаешь, что нужно ложиться вовремя и вовремя вставать, иначе голова соображать не будет. Опять на тебя твои странные приятели влияют?
— Мам, они тут не причём. Я был один, в общежитии. Хочешь у охранника спроси.
— Не городи ерунды! Что это ещё за новости такие? Так, чем ты занимался, ты не ответил.
— Готовил доклад по…
— А что ты раньше делал, раз до сих пор доклад не готов? Что мешало тебе делать его раньше?
— Да ничего, его задали совсем недавно, просто я увлёкся. Это не срочно.
— Ладно, некогда мне тебя проверять. Приходи с друзьями к двум и доклад возьми, я посмотрю. Всё, давай.
Мама положила трубку, а я выдохнул с облегчением, но уже через секунду пришёл в ужас. За три часа я должен найти друзей, написать доклад и телепортироваться в ресторан! У меня ни за что это не получится!
Я стал метаться по комнате, бесцельно хватая то одну вещь, то другую. Попробовал рвать на голове волосы и даже биться лбом об стену. Конечно, это не помогло. Если мама узнает, что я врал ей всё это время, то мне точно конец. Она заставит меня вернуться в Балтимор, и больше никогда не увижу тебя!
Я в панике схватил телефон и нажал твоё имя в телефонной книге. Через три гудка раздался твой сонный голос.
— Тейт? Что случилось? — похоже, я не только разбудил, но и напугал тебя.
— Ты же всё ещё мой друг? — робко уточнил я.
— Ага.
— Мне нужна твоя помочь, вопрос жизни… очень важно для меня. Поможешь?
— А что надо? — я не слышал особого энтузиазма в твоём голосе, но другого выбора всё равно не видел.
— Нужно встретиться моей мамой и прикинуться моим другом. Ну, то есть, притвориться хорошим … человеком, — мне сложно было подобрать слова, и я выпалил первое, что пришло на язык.
— В смысле? А я что же — плохой человек?
— Нет, конечно, хороший. Очень хороший, самый лучший! — ты издал какой-то звук похожий одновременно и на смешок и на ворчание. — Просто моя мама, она… В её понимании хороший человек — это нечто более узкое, в определённых рамках. Ну, ты понимаешь?
— Не особо.
— Ну, пожалуйста, Френ… Ференц, помоги мне. Мне больше не к кому обратиться!
Наверное, я говорил с излишним напором, но мне и, правда, терять было нечего.
— Я ещё не отказался, — сказал ты по-прежнему холодно.
Я растерялся, поскольку не понимал, как убедить тебя. Пообещать что-то? Денег? Но где я их возьму?
— Хочешь, я тебе что-нибудь за это сделаю? Буду твоим должником, а ты потом попросишь, всё что хочешь?
— Хмм… Нет, это неинтересно. Ладно, слушай, я тут немного занят, я тебе перезвоню.
В трубке раздались гудки. Ещё никогда они звучали для меня настолько неприятно. Я отказывался верить, что ты отверг меня. Может быть, я слишком давил? Или ты и в самом деле занят чем-то важным? Но чем, если ты только проснулся?
Я прождал мучительные десять минут, неотрывно тараща глаза на экран мобильника. Когда пошла одиннадцатая минута, я понял, что ты не позвонишь. Оставалась только одна надежда — уговорить тебя лично при встрече. Если ты и так откажешься, то… Что «то», я не решил, но точно знал, что это будет на подобии слова «конец». Мысль прозвучала настолько отвратительно, что я силой заставил себя думать о посторонних вещах.
 
До твоего дома я долетел за двадцать минут, используя метро и ноги. Только бы ты был дома, только бы ты никуда не ушёл! Дверь в здание оказалась не заперта, через секунду я уже был у твоей двери, которую я еле сдержался, чтобы не выбить ногами. Подёргал ручку — заперто. Сердце ёкнуло. Нет, только не это…
Я постучал, сначала спокойно, потом сильнее. Я занёс руку, чтобы со всего размаха ударить по двери, и в этот момент она распахнулась. Там бы ты!
В длинном махровом халате, с растрёпанными волосами, недовольный.
— Чего ты ломишься, блин? — ты явно не рад был меня видеть, но я всё равно зашёл, несмотря на то, что ты пытался преградить мне дорогу. — Ну, куда ты, блин! Я тебя не пригла…
Не знаю, зачем — наверно, по инерции — я прорвался в твою квартиру и остановился только когда, оказавшись у открытой двери в комнату, увидел незнакомую девушку, прикрывающую наготу одеялом. У меня отпала челюсть.
— Зай! Кто это? — крикнула девушка, глядя мимо меня в коридор.
Я почувствовал на себе руки, они взяли меня за талию и сдвинули из проёма в сторону, не грубо, но уверенно и настойчиво.
— Что? — ты уставился на меня, как на чудо природы. Ещё страннее было то, что на твоём лице я уловил еле заметную тень растерянности. — Мне же надо с кем-то трахаться? От тебя-то в жизни не дождёшься.
Я проглотил твои слова, как должное.
— Извини, — пробормотал я, обращаясь одновременно и к тебе, и к твоей гостье. Я еле сдержался, чтобы не спросить про Мону. Всё-таки это не моё дело, я не могу упрекать тебя в том, чего не знаю. Вдруг с Моной у вас свободные отношения или вы вчера расстались или… Да, мало ли что ещё!
Пока я, как истукан, торчал в коридоре, ты просочился в комнату и закрыл дверь у меня перед носом. Не похоже было, чтобы ты меня выгнал, поэтому я зашёл на кухню, нашёл свободный стул (на втором лежала стопка книг), сел и сосредоточился на том, чтобы не начать перебирать всевозможные версии увиденного и услышанного.
Время шло, тебя всё не было, и не думать о том, что ты сейчас делаешь, становилось всё труднее. Теперь уже я боролся с желанием заглянуть в комнату. Я посмотрел на книги на соседнем стуле. Это были учебники по литературоведению, музыке, истории, а в самом верху — цветной журнал с комиксами. Я полистал его, но меня не увлёк, и тогда я решил изучить кухню. В холодильнике было только пиво, чипсы, мясные консервы и майонез. Если ты питался только этим, странно, что ты умудрялся оставаться худым, разве что у тебя были проблемы с пищеварением или ел ты раз в неделю. Я стал открывать все по очереди ящики, но вместо столовых приборов нашёл там полиэтиленовые пакеты с таблетками, старые газеты, смятые доллары и презервативы. Вообще было довольно странно изучать твои вещи, словно я без спроса вторгся в твою жизнь, или даже заглянул внутрь твоего тела.
Когда я изучил всё, что мог, то начал волноваться. И не потому, что ты пропал надолго, а потому что взглянул на часы и понял, что до встречи с мамой остаётся без малого два часа. А ведь ещё нужно было доехать и проинструктировать тебя. Или же … получить от ворот поворот и наспех придумать другой план. Я решил, будь, что будет — поднялся, дошёл до закрытой двери в комнату и рывком открыл её.
Ты сидел на своей неизменной раскладушке по-прежнему в халате и пытался прикурить сигарету. Руки твои тряслись, и ничего не выходило. Девушка успела натянуть на себя одну из твоих футболок, которая доходила ей чуть ниже талии и никоим образом не могла спрятать бельё. Я не знал, можно ли мне смотреть на чужую девушку в таком виде, поэтому пялился во все глаза. Она это сразу заметила, но не смутилась, а прикусив большой палец руки и сделав томный взгляд, поманила меня к себе. Я взглянул на тебя, но тебе было всё равно, ты был занят сигаретой. Я сделал пару шагов к подоконнику, потом остановился. Нет, я не должен отвлекаться! Мама уже, возможно, готовилась выйти из гостиницы, а я… Что я вообще тут делаю? Может быть, сдаться и пойти в ресторан одному?