Северная верность (СИ)
— Кларисса рассталась? — Спросила я у супруга, кивнув на разносолы.
— Угу.
Муж выглядел немного помятым, и я не нашла ничего лучше, чем спросить:
— Плохо спал?
Меня наградили нечитаемым взглядом. За столом по-прежнему царила тишина. Я пожала плечами и взяла плюшку с корицей. Тая набрала воздух в грудь, будто будет сейчас нырять под воду и возмущённо затараторила:
— Вообще-то мы все плохо спали. Я так испугалась за тебя, что не могла уснуть…
— Хорошо, что Кристиан тебе помог. — Многозначительно произнес Тьян.
Тая покраснела до равномерного красно-пунцового оттенка, а Кристиан трогательно накрыл ее ладонь своей:
— Завидовать, друг мой, нехорошо. Я, конечно, могу понять твои чувства… Все люди здесь семейные или влюбленные, счастливые одним словом. Один ты у нас не дорос.
Себастьян исподтишка бросил взгляд на Румину, а она озорно сверкнула глазами, тщетно пытаясь скрыть улыбку. Обстановка за столом немного разрядилась, но Дамиана не отпускало. Он по-прежнему был мрачен, чем вызывал у меня беспокойство.
— Тьян, в полдень у меня в кабинете, Крис — в три часа дня. — Друзья тоже вмиг помрачнели и дружно кивнули. — Леди Румина, лорд Низам, леди Сури, вам я бы порекомендовал попросить политическое убежище и подданство империи Рамин. — Теперь пришла очередь дарханцев мрачнеть.
— А сколько сейчас времени?
— Семь утра. — Отчеканил муж.
— Сегодня же суббота, ты можешь не ходить так рано на работу. Или может быть, я буду нужна тебе?
— Ни в коем случае, ты сегодня отдыхаешь. У тебя вообще должен быть постельный режим.
Я поджала губы, видимо, затащить мужа в спальню не выйдет. Дамиан моего недовольства не заметил, и был по-прежнему погружен в себя. Что ж, его можно понять, вчера он сначала за меня очень сильно испугался, а потом разозлился на весь свет. Даже мне досталось, что, услышав характерный свист арбалетного болта, я не пригнулась ещё ниже, а, наоборот, выпрямилась. И что мой муж был защищен, а я нет. И чтобы ни в коем случае, никогда больше и вообще не пыталась закрыть его собой. И что он взрослый сильный мужчина. И прочая, и прочая. Я кивала. Молча. Ведь любящему мужу не объяснишь, что он поступил бы точно так же. Он скажет: “Да, я же мужчина! Я имею право тебя защищать”. И будет прав. Но любящая женщина тоже имеет право защищать своего мужчину. Пусть и бросаться на амбразуру — это крайний вариант, но он тоже имеет место быть. В данный же момент мне нужна была не столько защита, сколько его тепло, которое он спрятал под маской решительности. В нем бурлил гнев. Тот самый, которого боялись лорды Совета. А мне лишь оставалось надеяться, что он не будет рубить с плеча и не наделает глупостей.
Спать не хотелось, потому что вчера я легла рано, и сон мой был крепким. Поэтому после того, как император и компания отбыли во дворец, я решила заняться организацией салона для Низама. Наши с Таисией платья произвели неизгладимое впечатление на столичное общество. Думаю, что после вчерашних событий мой муж не будет тянуть с официальной церемонией и коронацией. А это значит, что все захотят платья, как у императрицы. К этому времени магазин готового платья уже должен работать. Румина вызвалась мне помочь, чему я была очень рада. Урка тоже напрашивался в помощники, и я взяла его с собой постудить хвост и промочить толстые мохнатые лапы. В Янтарии уже пахло весной. Сегодня подтаивал снег на клумбах и тонкими несмелыми ручейками вытекал на тротуары и дороги. Капель звенела то тут, то там, ей в тон чирикали птицы. Ярко синело небо, словно умытое. На улицах прогуливалось много народа. Именно прогуливалось, нет, спешащих служащих тоже было немало, но теплая погода сделала своё дело. В городе витало ощущение праздника. Так бывает не только перед праздником Цветения, но и вот в такие солнечные дни. Особенно ярко это чувствуется на Севере, когда приходят первые оттепели, хоть и много позже, чем в столице, молодежь, и не только, уставшая от морозов и вынужденного бездействия, по сравнению с коротким бурным летом, устраивает гуляния, с песнями, танцами, конкурсами, кострами и угощениями. Настоящий праздник жизни, отдых для души. Весь день звучит смех, шутки, забавные истории. Да уж, прошел всего месяц, а я уже скучаю по Северу, будто не была там пару лет. Дом есть дом.
Урка, очутившись на улице, сначала настороженно прижал уши и внимательно на меня посмотрел, потом стал обнюхивать заборы, дорогу и несметное количество раз пытался ухватить за хвост очередного голубя или воробья, попавшегося ему на пути, наступал в лужи и потом смешно отряхивал лапы. К людям он был абсолютно равнодушен, как будто и не замечал их вовсе.
Искали помещение мы недолго. В торговом городке нашлось несколько пустующих площадей разных размеров. Мы выбрали одно из них, сговорились с хозяином о цене, подписали договор, и я внесла залог. Настроение немного испортило то, что на Румину смотрели, как на мою служанку, но она не робела, немного поджимала губы и неосознанно выпрямляла спину. Потом мы решили зайти в кафе, которое так понравилось нам с Таисией. Сима сегодня не работала, но обслуживали нас так же хорошо. Немногословный паренёк лет пятнадцати на вид хорошо ориентировался в меню и помог нам с выбором.
— Румина, ты и твой брат из какой-то высокопоставленной семьи, я права? Поэтому император посоветовал принять подданство? Насколько знаю, если раньше вашей просьбы о политическом убежище придет запрос из Дархана, власти империи обязаны будут выслать вас на родину.
— Да, это так. — Сникла девушка. — Лорд Гвейн нам все это объяснил, а также взял магическую клятву о неразглашении. Он начальник службы безопасности? — Руми внимательно и как-то обречённо посмотрела на меня, как будто сейчас решалась ее судьба.
— Как ты догадалась?
— Он задавал много вопросов… и, мне кажется, у него есть какие-то способности. — Она помахала в воздухе десертной ложечкой, пытаясь подобрать слова.
— Кроме того, что он сильный маг?
— Да, он словно внутрь смотрит, и заставляет говорить правду, и смолчать не можешь.
— И что он такого спросил, что ты сейчас места себе не находишь?
— Он спросил, что я думаю по поводу увиденного. А я ответила, что, скорее всего, ты фаворитка Его Величества, а он сказал, что ты его супруга… и по сути уже императрица, но никто об этом ещё не знает… и мне стало так стыдно, что я подумала о тебе такое… — дарханка старательно отводила глаза, а затем бросила на меня виноватый взгляд, я же неприкрыто веселилась, и она поняла, что все ее тревоги по поводу моих возможных обид напрасны, тоже улыбнулась и расслабилась. — А лорд Гвейн женат?
— Нет. Понравился?
— Нет, я просто… Из любопытства спросила.
— И невесты у него нет. Я просто так уточнила, на всякий случай.
Румина смутилась и спряталась за большой чашкой капучино, а потом когда поставила ее обратно, на ее верхней губе и кончике носа осталась светлая молочная пена. Девушка смешно свела глаза в одну точку, но потом, наверное, вспомнила, что она леди, хоть и скрывает это, а мы сейчас в обществе, чинно взяла салфетку и аккуратно стерла остатки кофе.
***
Я был зол. Нет, не так. Я был в бешенстве. Чего только стоило держать себя в руках и не полыхать, как стог сена, каждую секунду. Когда я вернулся во дворец, меня снова накрыли волной воспоминания вчерашнего вечера. Алая кровь на ее белой коже. Пришлось целых полчаса тушить вспыхивающий в разных местах костюм, а затем идти переодеваться. Злился я, конечно, по большей части на себя. Сам пустил все на самотёк, был излишне мягок. И вот результат, они решили, что им все можно, что можно просто убить императора на балу, у всех на глазах, и что после этого у них будет всё на блюдечке с вынутыми косточками. Я не метался по кабинету, не швырял бумаги и не бил предметы старины, спокойно сидел в кресле, лишь иногда сбивая пламя. Решение пришло ко мне ещё вчера вечером, когда мы все беспомощно ждали, пока подействуют травы. В империи нужно ещё столько сделать, чтобы она стала по настоящему единой и сильной, чтобы ее жители почувствовали позитивные перемены, их жизнь стала комфортнее и достойнее, а кто-то тем временем жаждет власти и наживы, тем самым мешая мне воплотить самую малость из того, что я задумал. Помощь жены, конечно, была бы не лишней, но бумаги можно подготовить и в понедельник. Сегодня достаточно согласовать приведение служб Криса и Тьяна в повышенную готовность. Нужно раскачать всю верхушку, заставить их действовать, иначе вылавливать их я буду, как крысовню, пока словишь одного, уже приплода появится шестеро. А завтра как раз будет свободный день, чтобы съездить к леди Эстель, сообщить о радостном событии. Нехорошо, если она узнает из газет.