На границе миров (СИ)

— Видишь, Кайли, какие у меня верные и исполнительные слуги? — повернулся ко мне Шамад.
Я сжалась, пытаясь раствориться в этом огромном чёрном зале, но мои белые одежды не желали исполнить моё желание. Они выделяли меня ярким пятном на общем чёрном фоне. Я сжимала пальчики на ногах в попытке хоть как-то согреться, но ощущала лишь, как острые грани странного покрытия впиваются мне в ступни.
Шамад видел, что мне больно стоять, но ему было наплевать на это. Все укоры в сторону Дерека по поводу моих травм были профанацией. В кроваво-красных глазах не было и капли сочувствия, сопереживания или чего-то подобного.
Он бросил взгляд на мои ступни, прошёлся по искалеченной ноге, а затем скривился и отвернулся.
— Подними голову, — отчеканил он приказ, и Дерек незамедлительно выполнил его. — Смотри мне в глаза, — ухмыльнулся Шамад. Хочу видеть твои эмоции. Все! Каково это — добровольно отдавать свою истинную другому мужчине?
Я увидела, как у Дерека дёрнулся кадык, но он решительно смотрел в глаза Шамаду и его взгляд не выражал ничего, кроме полной покорности Богу.
— Для вас я сделаю всё, мой господин, — уверенно проговорил Дерек, заставляя моё сердце сжаться, заледенеть, а потом разлететься на куски, разрывая осколками все внутренности.
— Хороший пёсик, — хохотнул Шамад и потрепал Дерека по голове.
Я поняла, что красноглазый намеренно устроил передо мной весь этот спектакль. Ему доставляют удовольствия страдания других. Ему нравится унижать и он хочет, чтобы я это поняла и вела себя примерно. А ещё я должна была видеть унижения Дерека, чтобы полностью разочароваться в нём.
— А знаешь, Кайли, что этот демон принадлежит к вымирающему племени оборотней? Очень редкому. А вырождаются они потому, что перестали появляться на свет истинные для них. Уже пятьсот лет не было ни одного… Только истинные могут подарить им сильных наследников, укрепить ветвь. В их племени осталось около двадцати особей?
— Двадцать две, мой господин, — прошептал Дерек.
— Крайне мало. А молодых, способных зачать потомство около десятка. И при всём этом мой верный пёсик добровольно отдаёт свою истинную мне. Ещё и ползает при этом на коленях и благодарит, что я её забираю. Ты ведь благодарен? — Шамад подарил Дереку издевательскую улыбку.
— Да, мой господин. Для меня нет ничего важнее, чем служить вам.
Я думала, что моё сердце разбилось несколько минут назад. Но сейчас мне показалось, что оно склеилось заново, чтобы вновь разлететься на куски, пронзая внутренности новой волной боли. Мне даже дышать стало тяжело.
— Свободен, — бросил Шамад, и Дерек, молниеносно вскочив на ноги, начал спешно удаляться. Он даже не посмотрел в мою сторону.
Только сейчас осознала, что по щекам текут слёзы. Они попадали в трещины на коже и нещадно щипали, но мне было плевать. Никакая физическая боль не сравнится с душевной.
Мне хотелось закричать, чтобы Дерек не бросал меня одну с этим чудовищем, но слова застряли глубоко в горле, царапая его ядовитыми шипами.
— Ну, что? — Шамад ухмыльнулся. — Я, кажется, уже говорил, что ты моя? В честь предстоящей свадьбы сделаю тебе небольшой подарок, — красноглазый легко повёл рукой, и я ощутила, что вывихнутая нога больше не болит.
Опустила глаза вниз и увидела, что конечность приобрела нормальный вид. Бинты, которые фиксировали стопу, свободно повисли на ней.
— Так лучше. А теперь лицо, — новый взмах рукой.
Но на этот раз что-то пошло не так. Кожу опалило, я вскрикнула и схватилась за щёку, ощущая дёргающую боль.
— Незадача, — скривился Шамад. — Магическая травма, полученная от рук стражей, мне не подчиняется. Придётся терпеть рядом с собой уродину. Надеюсь, что совсем недолго. А то картина удручающая.
Я держалась за щёку, переваривая слова красноглазого. Какие у него планы насчёт меня? «Жили долго и счастливо» точно к нам не применимы. Честно говоря, после двойного предательства мне было уже на всё плевать. Убьёт? Пусть. Главное быстро.
Я обхватила себя руками и уронила голову. Сил совершенно не было. Даже на эмоции их не осталось. В груди появилась зияющая чёрная дыра, которая сжирала абсолютно всё.
 
Шамад хлопнул в ладоши, подзывая слуг. Ко мне тут же подскочили две хрупкие темноволосые девушки, подхватывая под руки.
— Уведите, — холодно приказал красноглазый. — В смежную с моей комнату её. Обращаться почтительно. Она ваша будущая королева. Вымыть, накормить, одеть. Выполнять любую прихоть в пределах разумного.
Девушки кивали, словно болванчики, смотря на Шамада со смесью страха и благолепия. Самая поганая смесь во всех мирах.
— Я приду к тебе завтра, — красноглазый поднял моё заплаканное лицо за подбородок, заглядывая в глаза. — Запомни, Кайли — я ненавижу слёзы. Сегодня простил тебе эту маленькую слабость, но впредь не потерплю подобного. Поняла?
Я поджала губы и моргнула, не имея возможности кивнуть.
— Я спрашиваю, ты меня поняла? — процедил жёстко мужчина.
— Да, — прохрипела непослушным голосом и непроизвольно всхлипнула, тут же внутренне сжимаясь.
Шамад резко отпустил моё лицо и зашагал прочь, а меня мгновенно подхватили под руки и начали выпихивать в противоположную сторону.
  
Глава 40
 
Меня привели в большую спальню, отделанную в строгих чёрно-белых тонах с небольшой примесью серого и красного. Посреди комнаты возвышалась огромная кровать с балдахином, возле одной из стен — туалетный столик с небольшим пуфиком и комод, а рядом большая резная дверь из чёрного дерева, видимо ведущая в покои Шамада. Противоположная стена была свободна от мебели. Её занимало большое панорамное окно. Пол был застелен пушистым светло-серым ковром, в ворсе которого я мгновенно утонула по самую щиколотку.
— Госпожа, — защебетали девушки, подталкивая меня к неприметной двери, находящейся в противоположной стене. — Мы поможем вам принять ванну и переодеться.
— А не могли бы вы оставить меня одну? — попросила девушек. Те замялись, явно не зная, что им делать. С одной стороны Шамад приказал исполнять любой мой каприз, а с другой он им прямо выдал распоряжение привести меня в порядок. И девушки прекрасно видели моё состояние и, судя по всему боялись, что я могу утопиться в ванне. — Вы можете подождать меня здесь, — вздохнула, взвешивая в голове мысль об утоплении.
Демоницы вздохнули с облегчением и отпустили меня в ванную одну. Я юркнула за дверь и тут же заперла её изнутри на щеколду. Мне необходимо хотя бы несколько минут одиночества после всего случившегося.
Медленно подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Вся левая сторона лица была в безобразных кровоточащих трещинах, расходящихся от глаза, а сам глаз будто бы выцвел, превратившись из карего практически в жёлтый.
Дрожащими пальцами дотронулась до кожи и тут же зашипела от боли. Скорее всего, на лице останутся шрамы. Я буду уродиной! Бесправной рабыней для Шамада с изуродованным лицом. Таково теперь моё будущее.
Всхлипнула, сползая на пол и сворачиваясь на нём калачиком. Сейчас больше всего на свете хотелось просто отключиться, не думать ни о чём, не чувствовать душевной и физической боли, забыть о предательстве Тома и Дерека, но никак не получалось. В голове словно заело плёнку с повторяющимися кадрами: ритуальная поляна, занесённый надо мной кинжал, глаза мадам Линды, объятия Дерека, появление красноглазого и его издевательства над моим любимым мужчиной.
Заскулила, как побитая собака, не понимающая, за что её наказывают. Дерек меня предал, надо выкинуть его из головы и постараться жить дальше. В конце концов, миллионы девушек страдают от мужского лицемерия и я не первая и не последняя. Но ещё час назад он признавался мне в любви, а потом бросил, даже не посмотрев в мою сторону.
 
— Госпожа? — стук в дверь заставил меня вздрогнуть. — С вами всё в порядке? Нужна наша помощь?
— Нет, — бросила я, поднимаясь с пола и включая воду. — Всё нормально.