Повелитель разума (СИ)

— Ты, наверное, сейчас думаешь, — предположила Соня. — Что за этим не обязательно стоят повелители или паразиты. Люди ведь могут быть недовольны просто так. Тем более в Низинах жизнь не сладкая. Но вот что странно. Почему об этом все забыли? Даже мой отец, несмотря на то, что в тот день он потерял жену. Не скажу, что у них были счастливые отношения. Они часто ругались, но потеря мамы подкосила отца. А он забыл тот день. К тому же это не единственная причина, почему я выбрала это событие.
— Есть что-то ещё?
— Есть, — сказала мрачно Соня. — Каждые три года случается массовое бедствие. Я тебе покажу.
Сказав это, Соня выделила несколько подборок газетных статей и положила передо мною. Я всмотрелся в описании минувших событий, чувствуя, что натолкнулся на что-то важное и опасное.
Не дав мне разобраться, что именно хочет показать Соня, в входную дверь позвонили.
Кажется, сегодня день нежданных гостей.
  
Глава 22. Беспокойство и поцелуи
 
Мы с Соней уставились друг на друга, будто грабители, забравшиеся в дом. Слишком уж тема, которую обсуждали, была мрачной. А этот звонок как в фильме ужасов, когда в самый напряжённый момент появляется злодей. Не хватало лишь драматической музыки фоном.
— Кто там? — спросила Саня.
— Друг пришёл. Беспокоится, куда я пропал.
— Ты его ждал? Или чувствуешь и видишь его мысли?
— Не ждал. Но о чём он думает, вижу.
— А мои мысли?
— И твои мысли, — ответил я, наблюдая за Соней. — Лучше всего видны и заметны самые яркие мысли и чувства. Не думай, что я вижу абсолютно всё. Для этого мне надо присмотреться, а тебе — громко подумать.
— Мы с тобой об этом обязательно ещё поговорим, — сказала Соня задумчиво. — А сейчас надо друга встретить.
— Сестра спустилась первой. С радостью ему поведала, что её братец привёл в дом девушку.
— Не привёл, я сама пришла, — улыбнулась Соня.
— Твоя правда. Идём вниз?
Соня с грустью взглянула на недоеденные бутерброды, бросила взгляд на меня, подумала о том, что я заметил её мысли, и смутилась. А потом смутилась второй раз, осознав, что я это тоже вижу.
— Можешь меня не читать?
— У тебя всё на лице написано, — усмехнулся я.
Соня на это фыркнула и закатила глаза, а я вышел в коридор и пошёл вниз.
— Курт! — позвал меня Дин. — Здесь Али говорит, что случилось чудо! К тебе в гости пришла настоящая, живая девушка!
— Привет, дружище, — сказал я, облокотившись на перила. — Какими судьбами?
— Ну…
Дин выразительно глянул на Али, напоминая мне, что сестра не в курсе того, что я прогуливаю школу. Да она вообще ни о чём не в курсе. А Дин хотел поговорить именно о том, куда я запропастился.
— Да просто зашёл, — сориентировался парень, подумав, что Али лучше не рассказывать о его беспокойстве. — Думал, может, сыграем с тобой в приставку.
— У него теперь игры куда интереснее, — пошутила сестра. — А ты Дин, ещё не нашёл себе девушку?
— Я в процессе, — смутился парень. — Может, ты мне дашь пару советов, как охмурить девчонку?
Смутился он не от самого вопроса, а потому что это спросила Аля. Сестра ему нравилась. Он мне об этом никогда не говорил, старался не показывать. Но каждый раз, когда приходил в гости, нет-нет, да бросал на неё взгляды украдкой. А уж его мысли были далеки от всех норм приличия.
Когда-то меня это злило. А потом я понял, что людей переполняет множество желаний. В том числе сексуального и эротического характера. В том числе по отношению сразу к большому количеству людей. Дину ещё штук пять девушек из школы нравились. Он с удовольствием на них заглядывался и фантазировал всякое разное. Как и многие парни нашей школы. Да и девушки недалеко от этого ушли, разве что их фантазии были несколько иного характера.
Сталкиваясь с этим в первый раз, теряешься и злишься, особенно когда речь заходит о твоей сестре. А когда начинаешь замечать это в каждом первом человеке, то злость постепенно уходит и приходит пофигизм. Начинаешь понимать, что лучше концентрироваться на поступках человека, а не на том, что у него происходит внутри. Потому что за последнее люди не особо-то и отвечают.
 
Может, благодаря этому мне сейчас с Соней и проще. Я вижу её сомнения, но они меня не сильно задевают. Потому что я знаю, что конечное решение — это всегда следствие большого количества внутренних процессов. Если каждый процесс рассматривать по отдельности, то отношения ни с кем не построишь. Раньше психанёшь и всё разрушишь.
— Это ты лучше к моему брату обратись, — ответила сестра. — Он теперь у нас настоящий эксперт.
В этот момент Соня закончила убирать все свои выкладки, спрятала рюкзак за стол, подумав, что так будет лучше, и вышла ко мне.
— Привет, — поздоровалась она, помахав рукой. — Я та самая живая и настоящая девушка.
— Ты же продавала нам печенье! — выпалил Дин.
— Печенье? — заинтересовалась сестра. — Точно! Та самая девушка, что заходила к нам!
Сестра уже видела Соню мельком, но не запомнила лицо. Ей и в голову не могло прийти, что продавщица печенья и девушка её младшего брата окажется одним лицом.
— Аля, — сказал я мягко, — можно я пообщаюсь с другом?
— Тебе есть что скрывать от любимой сестрёнки? — скуксилась она.
— Конечно, — ответил я, не моргнув глазом.
— Вот так вот, — опустила она плечи. — Растишь этого оболтуса, а потом он скрытничает.
— Да хватит тебе, — махнул я на неё рукой, — Дин, это Соня. Соня, это Дин.
— Соня — это как Соня Блейд? — спросил парень.
— Соня — это как София, — ответила девушка, не поняв шутки.
— Ааа… — глубокомысленно протянул Дин.
— Ладно, мелкотня. Пойду я взрослыми делами заниматься. Вы сейчас всё равно сядите в приставку долбиться.
Сестра поднялась по лестнице, прошла мимо нас Соней и ушла к себе в комнату. Мне даже вмешиваться не пришлось. Она сама не захотела лезь к нам. То, что она пыталась шутить, не означало, что ей комфортно, когда так много людей вокруг. Она подсознательно ощущала угрозу от каждого, будто зная, что любая мелочь может вывести её из равновесия.
— Я вам помешал, наверное, — неуверенно произнес Дин.
В зависимости от того, насколько сильные эмоции испытывает человек, они проявляются в той или иной яркости. Обычно среднего уровня эмоции я вижу как лёгкий фон вокруг человека. Сейчас же Дин светился любопытством и желанием задать миллиард вопросов, где я отхватил девушку.
При этом его смущало, что девушка какая-то странная. Дешёвая одежда, сутулится, с подозрением смотрит на самого Дина. В Соне чувствовалось, что она совсем из других мест. Иначе смотрит, внутри напряжена, готова ответить агрессией на агрессию.
У нас в школе тоже агрессии хватало, но она была совсем в другой форме. Там конкурировали иначе. А то, к чему привыкла Соня, для Дина — другой мир. Он это инстинктивно ощущал, но не понимал, что его так цепляет.
— Да нет, — ответил я так, что всем собравшимся стало понятно, что помешал и ещё как.
— А как вы познакомились? — неуверенность Дина куда-то улетучилась, и любопытство вместе с жизнерадостностью вышли на передний план.
Сочтя, что дальше стоять на лестнице как-то глупо, я отправился вниз, а Соня пошла за мной.
— Случайно, — ответил я. — Можешь думать, что мне настолько понравилось печенье, что это вылилось во что-то большее.
Соня при этих словах нервно хихикнула. Дин решил, что это проявление неловкости, а Соня вспоминала день, когда я впервые появился в школе.
— И давно вы встречаетесь?
— Нет, — ответил я и посмотрел на Соню. — Кто хочет есть?
— Я бы не отказалась, — призналась девушка, вспомнив об оставленных бутербродах. — И чай у тебя вкусный.
 
Дома позавтракать она не успела. Беспокоилась обо мне, да ещё её отец был не в духе, поэтому Соня хотела побыстрее свалить. Ничего не успела перехватить, поэтому и стояла сейчас голодная.
При этом Соня опасалась, что я подумаю, будто она поесть пришла, словно какая-то нищенка. Также девушка думала, что я всё это прочитаю у неё в голове, и эти бесконечные опасения настолько её вымотали, что она решила забить и просто расслабиться. Мудрое решение. Ведь я видел ситуацию куда глубже, чем она пока представляла.