Любовь по правилам и без 2 (СИ)
Отсутствие хлеба делало обязательным поход в булочную, сейчас как раз выпекают вечернюю порцию хлеба, значит я куплю еще теплый, с хрустящей корочкой, багет. А заодно могу выпить кофе. Это особенное удовольствие: сидеть в маленьком зале, смотреть в окно и пить эспрессо, никуда не торопясь.
Сказано - сделано. Что может сравниться с ароматом свежепомолотых зерен? Правильно, ничего. Я наслаждалась бодрящим запахом, лениво листая фотографии на телефоне. Все, кто видел нас с Мари, в один голос утверждали, что она моя уменьшенная копия. Но вот сейчас, глядя на ее смеющуюся мордочку, я не могла не признать - есть в Маньке что-то от Романа.
Мысли тут же переключились на Валишевского, с него - на Марка. Что я несла в нашу с ним последнюю встречу? Про инцест загнула, будто с головой у меня совсем плохо. Теперь, относительно успокоившись, я начала смотреть на ситуацию немного под другим углом.
Конечно, мое отношение ни к Роману, ни к его семье не изменилось, но Марк… это же совсем другое дело. Может быть, мне повезло наконец встретить «своего» мужчину, и сейчас только от меня одной зависит наше с ним общее будущее. Если я смогу пережить то, что он наполовину Валишевский, если мы вместе решим, как будет существовать в новой реальности, возможно, все у нас будет хорошо.
Я так задумалась, что не заметила появления нового, а точнее, старого персонажа. Сколько времени Роман сидел за моим столиком, разглядывая меня?
- Привет, - он поймал мой взгляд. - Я знаю, что тебе осточертела фраза, которую я сейчас скажу. Мне она тоже осточертела, но нам надо поговорить.
Все еще находясь во власти собственных мыслей, я довольно спокойно отреагировала и на его появление, и на его слова.
- Говори, - согласилась, понимая, что выхода у меня нет.
Я, конечно, могу встать и уйти, послав Романа куда подальше, но толку-то? Все равно он меня подловит, в этом можно не сомневаться. Валишевский упрямо сжал губы, явно собирался стоять на смерть.
- Говори, я слушаю, - повторила спокойно.
- Я знаю, что поступил с тобой, как последняя тварь. Знаю, Аня. Поверь мне, не было ни одного дня, чтобы я не думал об этом, не вспоминал, не жалел. Но у меня тогда не было другого выхода.
- Да, скажи еще, что твой отец женил тебя под дулом автомата. Или, быть может, он угрожал мне, и ты, исключительно из благородных побуждений, бросил меня, чтобы сохранить мне жизнь?
- Нет, отец сразу сказал, что решать мне. Как я скажу, так и будет. Потом, после того, как он познакомился с тобой, и ты ему понравилась, он назвал меня дураком.
- Надо же, - протянула я в ответ и сделала глоток кофе, чтобы как-то переварить свалившиеся мне на голову новости.
Сергей Карлович, помнится, что-то такое говорил, но тогда я не особенно ему поверила, а потом уже и не вспоминала.
- Это правда. Анют, я очень любил тебя.
- Так любил, что не просто женился на другой, но еще и бросил меня совершенно по-скотски, - напомнила ему.
- По-скотски, - согласился Роман. - С Софией мы знакомы практически с детства. Я всегда знал, что наши семьи мечтают о том, чтобы нас поженить. Мы с ней ничего не имели против этого. У нас были хорошие, дружеские отношения.
- Отчего же ты не взял ее сегодня с собой? Посидели бы втроем, раз она такая хорошая, - хмыкнула отчего-то горько.
- Прости. Я просто пытаюсь тебе все объяснить.
- Думаешь, надо?
- Надо, - твердо ответил Роман. - Надо было сделать это еще пять лет назад, но я струсил. Не хватило у меня смелости, чтобы тебе все объяснить.
- А сейчас хватит?
- Я тебя увидел у Марка в кабинете, и этих лет, как не бывало. Все вернулось. Анька, не могу я без тебя. Понимаешь?
Он сделал попытку взять меня за руку.
- Нет, - ответила, резко убирая руки под стол, подальше от Романа, - не понимаю. Знаешь, и не хочу понимать.
- Но я все равно тебе расскажу, - упрямо ответил Роман. - Я хотел поговорить с Софией, объяснить ей, что люблю другую, но … не знаю, как тебе сказать. У нее случились неприятности, серьезные. Вопрос жизни и смерти. Ей очень нужна была помощь. Я не мог бросить ее.
Вопрос вырвался помимо моей воли:
- А меня, значит, мог?
- Софии нужна была моя помощь! - сказал он с отчаянием.
- Помог? - спросила ехидно.
- Помог, - горько ответил Роман.
- Молодец. А от меня ты теперь чего хочешь?
- Анька, я тебя люблю, - упрямо сказал Роман. - Я виноват перед тобой, очень виноват. Не знаю, сможешь ли ты меня простить. Но я не мог поступить иначе. Мне нужно было просто объяснить тебе все еще тогда, пять лет назад. Я боялся, что ты не поймешь. Боялся потерять тебя. Запутался, не знал, что делать. В итоге обидел самого родного мне человека.
Он говорил с таким отчаянием, что я невольно поверила. Нет, это не отменяло всей мерзости ему поступка. Но, может быть, обстоятельства действительно вынудили Романа поступить так, как он поступил? Если бы тогда, пять лет назад, он пришел и сказал бы, что должен жениться на другой, я смогла бы его понять?
- И что же тогда случилось? Что за вопрос жизни и смерти?
- Я не могу тебе сказать, это не моя тайна, - вздохнул Роман. - Но Софии была в отчаянии, я должен был ей помочь.
- Хорошо, - согласилась я. - Допустим, ты не мог поступить иначе. Допустим, ты побоялся рассказать все мне. Допустим даже, что мучился тем, как поступил, все пять лет. А сейчас-то что?
- Я хочу заслужить твое прощение.
Не скажу, что эти слова стали для меня откровением.
С того самого момента, как Роман нашел меня, подсознательно я ждала чего-то подобного. Не буду утверждать, что мне было неприятно, не так. Мне было почти все равно, только в глубине души, так глубоко, что я предпочитала туда не заглядывать, стало … теплее. И сердце стукнуло взволнованно.
Я на несколько мгновений попыталась представить себе, что было бы, если бы этот разговор состоялся несколькими годами раньше, а Роман, по-своему расценив мое молчание, с нарастающим жаром продолжил:
- Аня, скажи мне, что я должен сделать, чтобы ты меня простила? Скажи, чего ты хочешь?
Его горячий шепот самым неожиданным образом привел меня в чувство.
Я увидела нас с Валишевским со стороны. Нет, не просто людей, сидящих за одним столиком в кафе, а мужчину и женщину, встретившихся после долгих лет разлуки. У каждого из нас есть своя жизнь: семья, дети, работа, да и много всего остального. Мы ведь не просто расстались с Романом когда-то, он бросил меня самым подлым образом, предварительно вываляв в грязи по самую макушку. И сейчас сидит рядом, шепчет, убеждает, просит его простить. А я? Слушаю его вместо того, чтобы встать и уйти. Но разве уйти – это выход?
- Звезду с неба, - ответила, насмешливо глядя ему в глаза. – Я хочу звезду.
Роман улыбнулся уголками губ.
- Ты совсем не изменилась, Анька. Как была, осталась такой же язвой.
- Все прошло, Роман. Если бы ты появился чуть раньше, на год – два, я бы, возможно, и подумала о прощении. Сейчас – нет. У меня другая жизнь. Дочь, - ответила я и чуть помедлив, добавила: - Мужчина. Ты просто опоздал.
Роман потянулся ко мне через стол и прошептал:
- Скажи, что ничего ко мне не чувствуешь, и я отступлю.
Я открыла рот, чтобы ответить, но он опередил меня – придерживая рукой за подбородок, поцеловал.
Этого я не ждала.
Замерла, как мышь под метлой, пока его губы нежно прикасались к моим. Странные, давно забытые ощущения. Я попыталась вспомнить, что я чувствовала пять лет назад, когда его губы точно также ласкали меня, и на краткий миг перенеслась в прошлое. Мои губы дрогнули, то ли протестуя, то ли отвечая на поцелуй. Я и сама этого не поняла, а Роман решил по-своему и попытался углубить поцелуй. Но мгновение моей растерянности, или слабости, закончились. Я почувствовала, как его язык разомкнул мои губы и попытался проникнуть в рот, и пришла в себя.