Любовь по правилам и без 2 (СИ)
В десять вечера я поднялась со стула и потянулась, разминая затекшие мышцы. Глянула на часы и обалдела. Я просидела перед монитором больше двенадцати часов!
Вышла в гостиную и сама предложила Полин:
- Почитаешь?
- Конечно.
Потом я спала прямо на диване в гостиной, пока тетя читала то, что я успела накарябать за день.
Она разбудила меня глубоко за полночь.
- Иди в кровать, Аннук. Иначе утром будет болеть все тело.
Я послушно, почти не размыкая глаз, двинулась в спальню.
- Аннук, - раздалось мне в спину, - это хорошая история. Ее надо обязательно дописать.
И я дописала. Потратила на это еще неделю. Полин прочитала и выдала:
- Нужно публиковать.
Тут я запаниковала: какое публиковать? Что публиковать? Вот эти мои умственные потуги?
- Полин, ты не серьезно!
- Наоборот, дорогая, я очень серьезно. У тебя получился прелестный рассказ, уж поверь мне.
- Но это не значит, что его нужно где-то публиковать, - возразила я, польщенная тетиной похвалой.
- Слушай, - оживилась тетя, пропуская мою последнюю фразу, - почему бы тебе не начать писать книжки?
Кажется, я лишилась речи. Нет, не кажется, точно лишилась. Хорошо, что я сидела, потому что, если бы стояла, то рухнула бы на пол.
- Книжки? – тупо переспросила тетю, все еще надеясь, что ослышалась.
- Да. Книжки, - кивнула Полин. – У тебя хороший слог и развитое воображение. Ты сейчас сидишь дома. Так почему бы не воспользоваться случаем?
И вот кто бы мог подумать, что я соглашусь на эту авантюру?
Но беременные гормоны и наследственная страсть к разного рода авантюрам сделали свое черное дело - к моменту рождения Маруськи я была уже довольно известным сетевым автором и выпустила свою первую печатную книгу.
В то же время, стараниями Полин и ее Бо (оказавшимся не только владельцем хорошей винодельни, но и довольно влиятельным человеком в мире политики), я стала Аннук Гутталь, французской подданной.
Кстати, Гутталь это моя настоящая фамилия. Просто, когда мои предки приехали в Россию, они сменили французскую фамилию Гутталь на более созвучную русскую - Гутовы. Так что, если вдуматься, я вернула себе наследие предков.
В общем, Мари Гутталь родилась у подающей большие надежды французской писательницы.
В самом начале моей писательской карьеры (боже, как пафосно это звучит!) Полин буквально заставила меня писать на французском. Да, я сопротивлялась. Поймите меня правильно, как только я решила, что буду делать карьеру автора любовных романов, тут же прикинула - а где именно буду публиковаться.
Я знала, что в России есть несколько сайтов так называемого самиздата. Сама иногда развлекалась чтением любовных романов. Но в отношении француженок терзало меня смутное сомнение - а разделяют ли они пристрастие россиянок к подобной литературе. Оказалось, что полностью разделяют. В общем, Полин и тут помогла - организовала мне несколько сетевых публикаций, а потом и сайт.
Выложив в сеть свой первый рассказ, я была очень удивлена, когда обнаружила на следующий день, что он собрал несколько сотен просмотров. И это только за одни сутки! Вдохновленная огромным количеством лайков и благожелательными комментариями, я за несколько дней выдала еще парочку рассказов и приступила к работе над романом.
И когда Машка уже вовсю пиналась у меня в животе, роман был закончен и выложен на сайт. Молодец я, да?
А потом Бо тряхнул старыми связями и познакомил меня с издателем. Так в моей жизни появился Виктор, к которому я, после недолгих, но очень эмоциональных переговоров, попала в писательскую кабалу на десять лет.
Мой первый роман был напечатан, и только господь знает, каких нервов мне это стоило.
Виктор был тираном! Он постоянно стоял у меня над душой, требовал, что бы я по сто раз переписывала ту или иную сцену, торопил. Я терпела, терпела, терпела, а потом выдала ему пару крепких русских выражений. Он, естественно, ни черта не понял, но заинтересовался. Пришлось, краснея, объяснять этому любителю изящной словесности, что именно я только что так эмоционально выкрикивала. Честно говоря, думала, что он оскорбится. Ничуть не бывало.
- Вот теперь я вижу тебя настоящей, - заметил Виктор с удовлетворением.
- А до этого я какой была?
- Замкнутой и напряженной. Словно ты не здесь, а где-то внутри себя, разговариваешь с собственным пупком, - пояснил Виктор.
- Так ты специально? - стало доходить до меня. - Но зачем?!
- Надо же было тебя как-то выковырять из твоей раковины, - усмехнулся Виктор и, заметив, как я сжала в руках папку с корректурой, тут же продолжил: - Но десятую главу все равно придется переписать!
Стоит ли говорить , что мы тут же прониклись друг к другу симпатией, что не мешало Виктору тиранить меня, а мне рычать в ответ и насылать на его голову все казни египетские.
Но тем не менее, мы нашли общий язык и даже умудрились подружиться, и именно Виктор повез меня рожать, когда прямо на приеме по случаю выхода книги у меня отошли воды.
**********
- Эй, ты меня слышишь? - позвал Виктор, вырывая меня из воспоминаний.
- Слышу, не кричи. Ты говорил, что новая книга будет иметь успех. Кстати, полностью с тобой согласна - книга мне удалась.
- Правильно, - согласился мой издатель, - сама себя не похвалишь, никто не похвалит.
- Почему никто? У меня есть ты, - возразила я скорее из природной вредности и добавила уже серьезно: - Когда будет презентация?
- Через неделю, - Виктор посмотрел в календарь. - Так что у тебя есть семь дней на подготовку.
- В смысле? - не поняла я.
Просто такие мероприятия готовила его пиар - служба, я в эти вопросы не лезла. Зачем мне лишняя головная боль?
- Ани, ты меня удивляешь! - отозвался Виктор. - А платье само к тебе придет? Туфли? Аксессуары? Ты уже договорилась со стилистом и парикмахером?
- Ты так переживаешь за мой внешний вид, будто замуж меня выдаешь, - подколола я.
- Ну, замуж не замуж, а произвести сногсшибательное впечатление ты должна, - сказал Виктор.
- На кого?
- Да, будет там один тип, - неопределенно ответил Виктор.
А вот это стало сюрпризом.
- И что? Он собирается издать меня в обложке из крокодиловой кожи с золотым тиснением?
- А знаешь, - протянул мой издатель, - этот может…. Кстати, хорошая мысль, особенно про крокодиловую кожу. Если небольшим тиражом, раритетное издание, так сказать….
- Прекрати немедленно, - возмутилась, возвращая Виктора с небес на землю, - пошлость какая!
- А иллюстрации заказать у каких-нибудь Дольче с Габбаной, - мечтательно продолжил он.
- Господи, Виктор, что ты несешь? Кончай, а? Лучше расскажи, что это за тип такой, которого я должна обаять.
- Не обаять, - Виктор картинно поднял вверх указательный палец, - а сокрушить. Чтобы он напрочь лишился мозгов.
- А они у него есть? - хмыкнула в ответ.
- Предстать себе. И мозги, и деньги.
- Я ему зачем? Или его жена любит любовную литературу?
- Он не женат. Так что литературу любит, скорее всего, его почтенная матушка.
- Но-но! Меня читают и молодые женщины! - шутливо оскорбилась я.
- Кажется, он хочет выкупить право на экранизацию, - сказал Виктор, игнорируя мою шутку. - Но это не точно, пока только намеки.
- Так он продюсер? - уточнила я.
- Он бизнесмен.
- У него молодая любовница, которая мечтает сняться в мелодраме? - осенило меня. - В главной роли, разумеется.
- Да черт его знает, - ответил Виктор. - Но мое чутье мне говорит, что мы можем неплохо на нем заработать. Так что тебе надо быть во всеоружии.
- Ну, если чутье…, - протянула я. - Тогда я в деле.
Чутье Виктора никогда нас не подводило.
2
Уже позже, вечером, уложив Мари и засев за работу, поняла, что не могу сосредоточиться.