Любовь по правилам и без 2 (СИ)
- Я? Почему я не в отношениях? - я вздохнула и призналась. - Это сложно. Я очень нехорошо рассталась с отцом Мари. Поначалу не хотела даже смотреть на мужчин, да и не до того было. А потом… Ты прав, отношения это тяжело. Где взять подходящего мужчину? Не глупого, не женатого, не извращенца?
- Я не глупый, не женатый и не извращенец, - заявил Марк. - Я подходящий?
Мне не хотелось давать никаких обещаний, поэтому ответила неопределенно:
- Возможно.
- Тогда давай попробуем? - предложил Марк. - Вдруг у нас получится.
Еще пару минут назад я, боясь сознаться в этом самой себе, ждала подобного предложения. Но вот оно прозвучало, и я запаниковала. Попробовать построить отношения с мужчиной?! Да вы шутите! Я не могу!
- Боюсь, у нас ничего не получится, - слишком быстро произнесла я и, увидев как расстроился Марк, тут же пожалела о сказанном.
- Вряд ли я тебе не нравлюсь, - сказал Марк. - Тогда в чем причина? Почему ты так уверена, что у нас ничего не выйдет?
А действительно, почему?
Вроде как я вполне себе созрела если не для серьезных отношений, то хотя бы для попытки их наладить. Но, если по-честному, я столько лет одна, что уже отвыкла от мужчин. Нет, я вполне нормально общаюсь с противоположным полом. Вижу, что интересна им и как личность, и как привлекательное тело. Отношусь к этому вполне спокойно, мне даже нравится ловить на себе заинтересованные взгляды и выслушивать комплименты. И против секса я ничего не имею. Но вот встречаться… И не один - два - три раза, а вот так, как предложил Марк - серьезно…. У меня устоявшаяся жизнь…
- У меня дочь! - выпалила я вслух.
- Ты считаешь это препятствием для отношений? - осторожно уточнил Марк, внимательно глядя мне в глаза.
- Для меня или для тебя?
- Странный вопрос, - он даже растерялся. - Скорее, для нас.
- Ты готов к чему-то серьезному с женщиной, имеющей маленького ребенка? Отцом которого ты не являешься? Ты вообще когда-нибудь видел детей близко? Представляешь, как с ними общаться?
- У меня есть …., - Марк задумался, подбирая слова, - двоюродный внук.
- У тебя?!
- Да.
- Внук? - я поиграла бровями, демонстрируя недоверие.
- Представь себе. Внук моего старшего брата, - пояснил Марк. - Получается, мой двоюродный внук.
- Внучатый племянник, - поправила автоматически.
- Пусть будет племянник, - кивнул Марк.
- И часто ты его видишь? - хмыкнула я, намекая, что такое неблизкое родство вряд ли подразумевает тесное общение.
- Я даже сидел с ним пару дней, когда его родители прилетали в Париж на прошлое рождество, - гордо ответил Марк. - Они ударились в загул, бросив мальчишку на меня. Но вообще ты права, вижу я его нечасто. Они живут в России, я уже пару лет преимущественно во Франции.
- И сколько ему лет, этому твоему внуку - племяннику?
- Четыре года.
- Ровесник Мари, - машинально отметила вслух.
- Прости за вопрос, но все-таки, ты в разводе? - повторил Марк.
- Я никогда не была замужем, - ответила честно, а чего скрывать?
- Но с отцом Мари вы общаетесь?
Мне очень понравилось, что Марк сразу стал называть дочь по имени, без обезличенного «ребенок» или «твоя дочь». Словно Машка была для него не абстрактным ребенком, а вполне конкретным человеком с именем и характером.
- Нет, мы не общаемся.
- Он участвует в жизни Мари? - допытывался Марк, и я зачем-то созналась:
- Он не знает о том, что у него есть дочь.
- Не знает? Как так может быть?
- Он бросил меня до того, как я поняла, что жду ребенка.
Немая сцена. Марк был в затруднении, как отреагировать на мое признание, поэтому сидел, молчал и переваривал.
- Ты не пыталась с ним связаться? После того, как узнала? - спросил после паузы.
- Он собирался жениться. Не на мне, как ты сам понимаешь.
- И ты ничего не сказала, - продолжил за меня Марк.
- Нет. Зачем? У него своя жизнь, у нас с Машкой - своя.
- Считаешь это правильным? То, что он не знает о собственном ребенке?
- А ты считаешь, что я поступила плохо? - тут же вскинулась в ответ. - Неправильно?
Марк неопределенно пожал плечами и этот его жест неожиданно разозлил меня.
- Он бросил меня. Говорил, что любит, а сам оказался помолвлен с другой. А когда это открылось, у него не хватило ни порядочности, ни смелости просто поговорить со мной, объяснить, извиниться. Я ничего ему не сказала. И ни секунды об этом не жалею. Зачем ему моя дочь?! У него есть сын - ровесник Машки. Это, по-твоему, правильно? Порядочно?!
- Прости, прости! - Марк поднял руки ладонями вперед, будто успокаивая мою злость. - Я полез не в свое дело. Конечно, он поступил подло и непорядочно. Знаешь, для меня вопрос рождения ребенка вне брака это очень болезненная тема.
- Почему? - спросила я. - У тебя есть дети?
- Нет, - твердо ответил Марк. - Для меня рождение ребенка возможно только в браке, иначе никак.
- Ты из религиозной семьи? - попробовала угадать я.
- Не в этом дело. Просто так получилось, что я сам внебрачный ребенок, - ответил Марк.
- Расскажи, - совершенно неделикатно потребовала я.
Марк пару мгновений смотрел на меня, словно решая: а стою ли я его доверия, а потом:
- Мои родители никогда не были женаты. Отец был старше матери, и у него уже была другая семья.
- Как они познакомились?
- Мама пришла к нему работать, стенографисткой. Но она была очень исполнительным работником, а может, просто ему понравилась, и в скором времени она стала его личным помощником. А потом у них случился обычный служебный роман, в результате которого на свет появился я.
- Твой отец знал о тебе? – спросила напряженно.
- Разумеется. Мама, как только поняла, что ждет ребенка, тут же ему рассказала. Думаю, глубоко в душе она надеялась, что узнав о ее беременности, отец разведется и женится на ней.
- Но этого не произошло?
- Конечно, нет. Отец … был из очень непростой семьи. С традициями, корнями и большими деньгами. И жена у него была под стать всему этому. Он никогда не стал бы рушить семью ради интрижки с молоденькой помощницей. И в начале их отношений честно ее об этом предупредил, но ведь сердцу не прикажешь, и юные барышни всегда остаются наивными и верят в сказки про единорогов и прекрасных принцев.
- А что было потом?
- Потом? Да ничего особенного. Мама родила меня.
- А он вас бросил?
- Нет. Он открыл на мое имя банковский счет и помогал маме. Приезжал к нам домой почти ежедневно, но никогда не оставался на ночь, даже когда я болел. Не дал мне свою фамилию, вообще официально не признал меня. Лурье это фамилия матери.
Марк встал из-за стола, нашел в шкафчике сигареты и закурил.
- Долгое время я считал, что это и есть нормальная семья – когда мать с ребенком живут вдвоем, а отец только приезжает на несколько часов в день. Помню, как удивился, когда узнал, что в других семьях родители постоянно живут вместе.
- Ты спросил об этом у матери?
- Нет, я задал этот вопрос отцу.
- И что он ответил?
- Правду, - Марк пожал плечами. – Что у него есть другая семья, другая жена и другой сын. И он не может их оставить ради нас.
- Сколько тебе было тогда?
- Шесть лет.
Я представила, что должен был чувствовать шестилетний мальчик после таких откровений отца. Шесть лет! Это же всего на два года старше моей Маньки! Кошмар.
- А потом? Что было потом?
На это раз Марк долго молчал и курил. Потом затушил окурок и ответил:
- Через год после нашего с ним разговора, мама погибла. Возвращалась вечером домой с работы. Она настояла, чтобы снова пойти работать. Не к отцу, разумеется, но он помог ей устроиться в одну нотариальную контору помощницей нотариуса, а мне наняли няню. Вечер, темно. Недалеко от дома на нее напал наркоман. Она сразу отдала и сумку, и серьги с кольцом, но ему показалось этого мало, а может он уже был под кайфом и ничего не соображал.