Принц мафии (ЛП)

― Я скоро вернусь, ― говорит Джек, скрепляя свое обещание поцелуем, а затем уходит вместе с Кианом. Наблюдаю, как они скрываются за дверью, через которую я вошла всего несколько дней назад, когда пробралась в клуб.
Я поворачиваюсь и тут же подзываю бармена, пользуясь преимуществом того, что он видел меня вместе с Джеком.
― То же самое, ― говорю ему, и парень кивает.
Беру стакан, а он отходит обратно к людям, ожидающим в очереди свою выпивку. Меня не просят заплатить, я поворачиваюсь лицом к толпе и выпиваю водку. В этот раз кажется, что она обжигает еще сильнее, но мое опьяненное тело приветствует оцепенение, которое та предлагает. Ставлю стакан на стойку и иду к двери. Не хочу растерять всю свою решимость рядом с Джеком. Он нужен мне прямо сейчас, чтобы я сделала то, что должна.
Открываю дверь в пустой коридор. Выскальзываю из зала, до моих ушей еще доносится музыка, но так, словно голова набита ватой.
Слышу голоса, раздающиеся где-то из глубины коридора. Осторожно ступаю; даже в таком состоянии я все еще контролирую свои шаги.
― Она порядочная девушка, и то, что ты делаешь… ― слышу голос Киана, и что-то тяжелое ударяется о стену, заставляя меня остановиться.
― Что я делаю? ― Джек понижает голос, от чего я замираю на месте. Я никогда не слышала от него такого угрожающего тона, и это пугает меня настолько, что я подумываю о возвращении. ― Что, мудила? Хорошенько подумай, прежде чем говорить.
Раздается еще один удар, и я вжимаюсь спиной в стену, словно могу раствориться в ней.
― Я без ума от Мейв, ― от слов Киана мне хочется улыбнуться, но я слышу еще один удар о стену. Желание пропадает от нервного покалывания, зарождающегося на кончиках пальцев, как будто я хочу дотянуться и посмотреть, что же так громыхает. Краем сознания улавливаю шипение Киана каждый раз, как Джек впечатывает его в стену.
― Она со мной, ― голос Джека все еще страшен.
― Для тебя она всего лишь дырка, ― услышав оскорбление Киана, я отлепляюсь от стены.
Меня останавливает оглушительный грохот.
― Эта дырка моя!
Я разворачиваюсь и иду прочь от Джека с Кианом. Возвращаюсь в клуб. Мне не хватает воздуха. Не знаю, чего ожидала. Того, что Джек скажет Киану, чтобы не смел меня так называть. Вместо этого он говорит, что действительно питает ко мне какие-то серьезные чувства, а затем называет меня дыркой. Сердце словно сжимает когтистая лапа. Потираю грудь, будто это может помочь избавиться от боли. Врезаюсь в толпу, и она поглощает меня.
Я изначально знала, что он может вновь меня ранить, но не думала, что порез будет настолько глубоким или серьезным. Возвращаюсь к бару, заказываю, дай Бог, последний свой напиток на сегодня.
Бармен копается дольше, чем нужно, но, как только получаю выпивку, Джек тут как тут. Он натянуто улыбается и, глядя на его напряженные плечи, я подозреваю, что Киан сказал ему что-то такое, что его расстроило. Я нацепляю улыбку, как проститутка наносит боевой раскрас, и залпом выпиваю водку.
Выбрасываю из головы все сомнения и причины, по которым мне не стоит этого делать, и сосредотачиваюсь на единственном, что важно сейчас. Я хочу, нет, мне необходимо убраться подальше от Джека О’Ригана.
Тянусь к нему и кладу ладонь ему на грудь. Его сердце учащенно колотится. Приподнимаюсь на цыпочки и прижимаюсь поцелуем к его губам.
― Я хочу тебя, ― шепчу ему в губы.
Он зарывается своими пальцами мне в волосы и вот уже реальность этого прикосновения и то, какое влияние оно на меня оказывает, заставляют меня переосмыслить то, что я собираюсь сделать.
― Я хочу тебя прямо сейчас, ― оставляю дорожку поцелуев вдоль линии его челюсти и прижимаюсь к нему всем телом. ― Мы можем где-нибудь уединиться? ― поднимаю на него взгляд.
Он не сводит с меня глаз, в которых плещется похоть, но за ней мне чудится что-то еще, что я не могу определить. Меня не должно волновать, что чувствует этот говнюк. Я напоминаю себе о разговоре, который только что подслушала.
Я для него дырка, значит, так тому и быть.
Улыбаюсь, беря его за руку, и легко веду к двери кабинета. Он оглядывается, как будто проверяя, не смотрит ли кто. Большинство присутствующих пребывают в своих маленьких пузырях, наполненных блаженством. Я хочу лишь одного ― чтобы он поторопился, и я могла покончить с этим раз и навсегда. Джек открывает дверь, и мой желудок сжимается, заставляя меня помедлить у двери. Он тянется к выключателю, но я останавливаю его.
 
― Не включай свет, ― мой голос дрожит, и мне хочется выпить еще.
Но, если выйду отсюда, вряд ли когда-нибудь наберусь смелости сделать это еще раз.
Я захлопываю дверь и погружаю нас в темноту. Закрываю глаза, все кружится, и кажется, будто хаос, живущий внутри меня, выплескивается здесь и сейчас.
Вздрагиваю и открываю глаза, когда Джек обхватывает мое лицо ладонями. Я вижу его силуэт из-за света фонарей, проникающего через окно.
Он осторожно трогает губами мои губы, но, как только его тепло начинает обволакивать меня, я растворяюсь в нем и отвечаю на поцелуй, поначалу нежный, но становящийся все глубже. Мое тело тут же откликается. Провожу руками по его широкой груди, и через мою кожу словно проходит электрический разряд. Я хочу отстраниться, но в то же время хочу завести его. Джек прерывает поцелуй и снимает с себя рубашку. Он вновь обхватывает ладонями мое лицо, вновь накрывает губами мои губы, и я снова касаюсь его тела. Внутри меня все плавится, и я удивлена тем, что так сильно хочу его.
Я не могу его видеть, и это радует, потому что это бы все усложнило. Заглянуть в эти холодные голубые глаза, сосредоточенные на мне, как будто он только и думает о том, чтобы поиметь меня. Я ― Мейв Рейли. Не просто очередная баба для траха.
― Что такое? ― выдыхает Джек.
Я понимаю, что перестала его целовать.
― Ничего, ― обхватываю его за плечи и снова притягиваю к себе. Джек подхватывает сильными руками меня за бедра, и я тут же закидываю ноги ему на талию, пока он несет меня к своему столу. Жар от его торса проникает в меня, и грудь в бюстгальтере тяжелеет. Джек опускает меня на стол. Здесь свет от окна ярче, и мне будет видно Джека гораздо лучше. Закрываю глаза, пока не дрогнула и не потеряла самообладание.
Откидываюсь назад и стягиваю с себя топ. Джек замирает, уставившись на меня, и в тусклом свете я позволяю ему хорошенько себя рассмотреть. Тянусь за спину и расстегиваю бюстгальтер, освобождая грудь.
Джек расстегивает джинсы, стаскивая их вместе с боксерами вниз. Его член огромного размера вырывается на свободу, и я отвожу взгляд. Как, черт возьми, он во мне поместится?
Мое сердце начинает биться чаще, но я забываю о страхе, когда Джек, приблизившись ко мне, снова меня целует. Влага насквозь пропитывает мои трусики, и я придвигаюсь к его члену. Он упирается мне в шов джинсов, и это движение переворачивает все внутри меня. Я не могу сдержать стона.
Отрываюсь от его губ и целую в шею, вдыхая запах Джека. Аромат его теплой кожи, смешанный с одеколоном, окутывает меня. Джек проводит руками вниз, добираясь до моих джинсов, и мой желудок делает сальто.
Пуговица расстегнута, и я оставляю еще один поцелуй у него на груди. Движения Джека становятся все нетерпеливее, и я откидываюсь назад, приподнимаясь, позволяя ему стянуть с меня штаны. Я не чувствую холода, хотя должна бы замерзнуть, сидя на его столе в одних трусиках, но мне еще никогда не было так жарко как сейчас.
Джек подтягивает меня ближе, средоточие моей женственности касается его члена, а между нами остается только тонкая ткань моих трусиков. Сильными пальцами дергает трусики с двух сторон, разрывая ткань, внутренняя поверхность моих бедер блестит от влаги, когда Джек прижимает член к моему входу.
Придвигаюсь ближе, и он целует меня в шею, прежде чем захватить губами твердую горошину соска. Задевает зубами чувствительную кожу, и я шиплю, теснее прижимаясь к нему. Джек толкается в меня членом, и я впиваюсь пальцами в его плечи от того, что он прикусывает сосок.