Ноктикадия (ЛП)

Под водой я видела свою мать, такую спокойную и неподвижную, как будто она уснула.
При первом же виде черных червей, проскользнувших мимо ее синих губ, я просыпалась, задыхаясь и дрожа.
Со временем я спала все меньше и меньше. С десяти часов до семи, потом до шести. Сейчас мне повезло, если за ночь я спала четыре часа. Снотворные нельзя было принимать после того, как закончилась страховка, поэтому я страдала от недостатка сна, дремала на уроках и в течение дня. Моим единственным спасением было то, что я умела отлично сдавать тесты. В противном случае я бы, наверное, провалила все занятия.
С долгим и усталым вздохом я стояла, уставившись перед собой. Во всех своих извращенных мыслях и кошмарах я никогда не предполагала, насколько завораживающим может быть море. Каким совершенно волшебным, даже в той небольшой части, которую я могла разглядеть из окна. Успокаивающим. Бескрайним. Мне нравилось, что оно заставляло меня чувствовать себя маленькой и незначительной. Что оно может быть темным и властным, но в то же время прекрасным.
Уголком глаза я уловила мерцающее движение, и, посмотрев вниз, увидела насекомое, перепрыгивающее через подоконник. Судя по тому, что я смогла разглядеть, это был черный мотылек. Я никогда раньше не видела черных мотыльков. Его крыло, изогнутое под странным углом, выглядело поврежденным и оставляло на белом подоконнике мелкую черную пыль. Мотыльки почему-то всегда пугали мою маму. Всякий раз, когда одна из них залетала к нам в дом, она гонялась за ней с метлой, разбивая ее на мелкие части.
Я протянула руку, позволяя существу перебраться на мою ладонь, и изучила его раненое крыло, заметив крошечные выемки, странно похожие на следы укусов. Он затрепетал своим здоровым крылом, щекоча мою ладонь, и я с улыбкой положила его обратно на подоконник, чтобы продолжить свое наблюдение.
Когда мои мышцы расслабились, а внимание ослабло, чтобы погрузиться в транс, по комнате разнесся грохот. Нахмурившись, я повернулась к выходной двери, уловив легкое движение ручки.
 Какого хрена? 
Дома, когда посреди ночи раздавался стук в дверь, я не открывала, потому что это был либо Коннор, шатающийся по дому пьяный после ночи с друзьями, либо уличный наркоман, ищущий место для ночлега. Но я больше не была дома.
Я на цыпочках подошла к двери, наблюдая, как мерцает свет из коридора. Там точно кто-то был. Практически не дыша, я прижала ухо к двери, чтобы прислушаться.
С той стороны царила тишина.
Холодок пробежал по моей шее, ледяные прикосновения прошлись по затылку.
Неразборчивый шепот защекотал мне ухо, и я повернулась туда, не обнаружив никого, кроме себя. Дрожь пробежала по позвоночнику, когда я распахнула дверь. Коридор был пуст. Бросив взгляд налево и направо, я никого не обнаружила.
Но один предмет привлек мое внимание. На пороге двери лежала металлическая пуговица грубой формы с выгравированным на ее плоской поверхности железным крестом. Я отступила назад и закрыла дверь над пуговицей, но она не поддалась, оставшись лишь на небольшом кусочке металла. Нахмурившись еще сильнее, я снова открыла дверь и наклонилась, чтобы поднять ее.
На этот раз голос прозвучал громче, как будто кто-то наклонился вперед рядом со мной, и я отпрыгнула назад, захлопнув дверь. Неразборчивый звук эхом раздался в моем ухе, но не плавным тоном иностранного языка, а чем-то странным и резким. Настораживающим. Сжимая пуговицу, я отступила от двери и забралась в свою кровать, набросив на себя одеяло. Слишком взволнованная, я не потрудилась застегнуть наручники на руке и выглянула из-под одеяла в сторону двери, наблюдая, как свет из коридора мерцает в тени.

ГЛАВА 15
ЛИЛИЯ
— Черт возьми, ну же! — Я провела картой по считывающему устройству, и меня встретил шестой красный сигнал подряд. — Давай! — Повернувшись немного влево, я увидела, что за последние две минуты очередь из семи других студентов уже удвоилась, и все они выглядели раздраженными и нетерпеливыми. Унижение грызло меня, пока я в седьмой раз провела карточкой.
 
Еще один красный гудок.
— Вот. — Рука протянулась вокруг меня с другой стороны, и я повернулась, чтобы увидеть высокого светловолосого парня с ярко-голубыми глазами, который с полуулыбкой протягивал свою карту и нажимал цифру два на панели, расположенной под картоприемником.
Последовал зеленый свет.
— Спасибо, — сказала я, убирая карточку, и давление в моем горле снова ослабло.
— Младшие курсы?
— Второкурсница.
— Только старшим разрешено обедать в Дарриган Холле. — Мы вдвоем легким шагом направились к входу в столовую. — Первокурсники и второкурсники ограничиваются Кавиком. Если только мы не пригласим гостя.
Еще один взрыв смущения согрел мои щеки.
— Я не знала. Мне жаль. Это место было близко к моему следующему занятию, и я подумала, что смогу быстро перекусить и уйти.
— Я Спенсер. — Ухоженная рука коснулась моей руки, когда он протянул ее мне, и я слабо пожала ее. Парень напомнил мне Пола Уокера, с его мальчишеским обаянием и тем, как его глаза естественно улыбались.
— Лилия.
— Есть шанс, что ты захочешь пообедать со мной?
По тому, как мгновенно сжалась моя грудь, когда он спросил это, можно было подумать, что у меня аллергия на свидания за обедом.
— О... эм. Я просто... Я собиралась поесть в...
— Спенс! — Кендалл, гид из офиса Лэнгмора, подбежала к нему, они оба были похожи на Кена и Барби, стоящих бок о бок. Когда ее взгляд упал на меня, улыбка исчезла, я задумалась, не подумала ли она, что на мне тот же наряд, что и вчера. Я выбрала другой сарафан — один с голубыми цветами, — но куртка и сапоги были те же. — Я вижу, ты пригласил гостя.
Прочистив горло, я подняла большой палец над плечом, который на самом деле указывал на туалет позади меня.
— Я собираюсь поесть во внутреннем дворе.
Накрашенные брови взметнулись вверх, когда она фальшиво улыбнулась.
— Как необычно с твоей стороны.
— Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? — Спенсер наклонил голову в мою сторону, и у меня в животе затянулся узел. Я ничего не имела против этого парня — он казался вполне приличным. Но я не хотела отвлекаться. Моей целью было сосредоточиться на учебе и ни на чем другом.
Кроме того, о чем, черт возьми, мы вообще могли бы поговорить?
— Эм...
— Все в порядке, если ты не хочешь. Никакого давления. — Он подмигнул мне, и когда я молча кивнула в ответ, он вместе с Кендалл направился к длинному столу с тарелками.
Я предпочла холодные ланчи из пакетов в противоположном конце зала, и только когда я направилась к выходу, где не было видно кассира, я поняла, что он пронес свою карту и, по сути, заплатил за мой обед.
 Уф. Обязательно было быть такой задницей? 
Когда я проходила мимо одного из столиков, я снова мельком увидела парня с медными глазами, с которым я столкнулась накануне, он сидел один и уткнулся в книгу. Когда эти глаза встретились с моими и он поймал мой пристальный взгляд, я резко отвлеклась и, следовательно, врезалась бедром в угол одного из столов. С тихим ворчанием я потерла то, что, несомненно, станет синяком в течение следующих двадцати четырех часов.
Выйдя из здания, я глубоко вздохнула и, заметив пустую скамейку под внушительным красным дубом, поспешила к ней через лужайку. Усевшись, я съела круассан с куриным салатом, половинками винограда и сельдереем, картофельные чипсы Кейп Код и органический яблочный сок. Даже холодный обед в Дракадии был более впечатляющим, чем все, что я могла бы собрать дома, а ведь это был всего лишь один из десяти вариантов холодных обедов.
Во дворе передо мной стояли покрытые лишаями статуи, обломанные и состаренные временем, — ангелы, дети с фигурами матерей, которые держали их на руках. Я оглянулась на зловещих горгулий, высившиеся у инженерного корпуса сзади меня. Как жутко они были наклонены, словно наблюдая за невинными статуями. Через двор от меня клевали черные птицы. Пресловутые вороны, подумала я. Я читала в истории школы, что из-за того, что на остров прилетало так много ворон, его долго считали проклятым.