Пламенный цветок (СИ)
— Мы что же, преступницы, чтобы ходить под конвоем? — недовольно скривилась безобразно накрашенная леди Гизелла. Она настолько густо подвела свои маленькие глаза сурьмой, что те стали напоминать узкие щёлочки. Леди недовольно оглядела стражников, и прочие дамы тут же принялись вторить её возмущению.
— Простите, — потупив взор, с присущей Торине кротостью произнесла Нэйдж. — Батюшка вовсе не желал вас обидеть, стража нужна для защиты…
Однако договорить ей не дали.
— Хотите сказать, на Линке не безопасно? — обеспокоенно переспросила юная леди Халцина, чей пёстрый наряд делал её особенно схожей с попугаем, и дамы закудахтали ещё громче.
— Какой ужас! Неужели в королевстве нет достойных мужчин, чтобы защитить дворец⁈ — поразилась леди Морана.
— Мы должны позвать людей барона! — всполошилась леди Гизелла.
— Нет-нет, всё не так, — попыталась возразить Нэйдж, но её уже никто не слушал.
— Удивительно, как такая страна так долго просуществовала! Теперь понятно, почему ваш король так просил Его Величество Чесмика о свадебном договоре! Вся надежда теперь только на принца Андреаса! — выдала громогласную тираду леди Мирцана.
— Боюсь, нашему принцу будет очень нелегко в этом лицемерном королевстве! — внезапно вклинилась леди Яруна, демонстративно поправляя пышные лимонного цвета юбки.
— Что вы хотите этим сказать? — не сдержалась Сэлина, выступив вперёд. — Линкское королевство всегда отличалось благородством и радушием!
Нэйдж не успела её остановить, впрочем, едва ли это вообще было возможно!
— Судя по отсутствию манер у прислуги, я опасаюсь верить здешним людям! — воскликнула леди Морана.
— И будете совершенно правы! — поддержала её леди Яруна. — В этом королевстве люди на любезность отвечают подлыми ударами, не так ли Ваше Высочество?
Нэйдж удивлённо воззрилась на леди.
— Вот только не надо делать такое невинное лицо, Ваше Высочество! — с укором продолжила леди. — Не вы ли вчера ударили барона только за то, что он поддержал вас, когда вы оступились?
«Это ещё что за история⁈» — Нэйдж ощутила, как краска приливает к лицу от негодования и гнева. Так бесстыдно оболгать — это же просто вверх нахальства! А тем временем леди Яруна продолжала свой обличительный монолог:
— Сначала прижимистый король скупится на фонари, а затем его дочь вместо слов благодарности нападает на честных людей!
— Какой кошмар! — принялись причитать дамы.
— И на вид сама невинность, какое коварство! — Покачала головой леди Октавия.
Такой напор невольно сбивал с толку, и Нэйдж только и могла, что рассеянно хлопать ресницами и тщетно пытаться вставить хоть слово в оправдание, но все они тонули в новых выкриках. И это всё больше злило. Как же хотелось шарахнуть по всей этой своре магией, но принцесса была на такое не способна! Ощущая себя загнанной в угол, Нэйдж поступила единственно верным способом. Хлюпнув носом, она заплакала. Внезапная перемена тут же была замечена леди Мирцаной, которая одним жестом остановила травлю. Дамы затихли, и в саду стало как-то особенно неуютно и напряжённо.
Пряча лицо в руках, Нэйдж жалобно забормотала:
— П-п-прос-с-стите… я… я… Я испугалась!
— Испугались? — переспросила леди Мирцана. — И поэтому оттолкнули барона?
Продолжая заливаться фальшивыми слезами, Нэйдж кивнула и сразу же ощутила, как обстановка изменилась. Настороженность и враждебность сменились состраданием и обеспокоенностью.
— Т-т-там б-было так темно, и я не узнала… барона! — жалобно всхлипывая, закончила Нэйдж.
— Бедняжка! — прошептала леди Гизелла, и многие дамы принялись сочувственно качать головами.
— Я тоже боюсь темноты, — призналась леди Халцина и несмело подступилась к Нэйдж. Однако молодую даму тут же отодвинула в сторону бойкая леди Яруна.
— Ох, юные принцессы нынче слишком чувствительны! — принялась кружить вокруг она. — Нашу прекрасную Юфемию тоже так просто напугать! Но вы не волнуйтесь, Ваше Высочество, мы не дадим вас в обиду!
Дамы взволновано обступили Нэйдж и принялись успокаивать на все лады. Спустя пару минут Нэйдж смахнула последнюю фальшивую слезинку.
— Сэлина, вы с отрядом можете меня подождать здесь, — внезапно демонстративно объявила она, при этом хитро подмигнув служанке. — Мы с дамами немного пройдёмся по саду, и я не думаю, что мне может что-то угрожать в их обществе.
Эта внезапная перемена очень обрадовала леди Яруну и леди Мирцану. Они не скрывали своих хищных улыбок.
— Похоже, Ваше Высочество, наконец, оценило по достоинству наше общество, — пробасила леди Октавия, на что Нэйдж скромно улыбнулась ей в ответ и позволила увлечь себя стайке бэрлокских дам в парковые аллеи.
Погода, несмотря на приближение зимы, всё ещё была сухой и тёплой. Осенний парк радовал яркими красками, последние цветы благоухали, а под ногами шуршали разноцветные листья. Нэйдж, кутаясь в шерстяной плащ, неспешно шествовала за дамами. Леди Гизелла затянула какую-то бестолковую беседу о важности женских панталон, которая, к явному удивлению, вызвала живой интерес у прочих. Юная леди Халцина, заливаясь румянцем, хвасталась, что её панталоны шьёт та же портниха, что и у принцессы Юфемии. Леди Морана же уверяла и настаивала, что только её швея знает толк в этом вопросе. И более удобного и красивого белья не сыскать во всём королевстве! Нэйдж не знала краснеть ей или бледнеть, однако вникать в важность цвета, длины и кружева не получалось. Разговор казался настолько тупым и бессмысленным, что в какой-то момент она полностью потеряла общую канву и перестала воспринимать кудахчущие реплики дам. Насторожено оглядываясь, Нэйдж невольно начала отставать, и именно в этот момент её внезапно подловили.
— Ваше Высочество, вижу, беседа леди Гизеллы вас утомила? — подхватив её под руку, негромко проговорила леди Яруна.
— Эта тема… — пряча глаза, начала Нэйдж.
— Так же бестолкова, как и сама леди Гизелла! — хмыкнула леди Яруна, ещё больше замедляя шаг. — Я хотела бы с вами пошептаться немного о другом, вы же не против?
Интуиция Нэйдж была очень даже против, но опасный блеск, появившийся в глазах коварной бэрлокской дамы, разжигал интерес. Что же она задумала?
— Вопрос крайне деликатный, — всё больше отставая от дам, осторожно зашептала леди Яруна. — Но считаю своим долгом вас предупредить…
Нэйдж, не совладав с любопытством, остановилась и склонилась к ней в ожидании важного секрета. Хитрая леди, дождавшись, когда прочие дамы отойдут подальше и скроются за кустами бересклета, выдержала многозначительную паузу. Словно нарочно дразня, леди Яруна подозрительно огляделась и только затем, уверившись, что они остались одни, чуть громче заговорила:
— Королевского дворца достигли слухи о вашем побеге, и, разумеется, все прекрасно понимают, что на Линке не такие строгие нравы, помнится, ваша старшая сестра некогда шла под венец уже в положении, но…
Нэйдж нахмурилась. Ей очень не нравился намёк, непрозрачно читающийся в словах благородной дамы. Хотелось резко прервать столь бесстыдные речи, но чутьё подсказывало, что разговор затеян не просто так.
— Вам стоит знать, что Его Высочество Андреас весьма щепетилен в таких вещах! И опытная невеста — непростительное оскорбление. Может разразиться международный скандал!
— Должна заметить, ваши предположения не менее оскорбительны! — холодно отрезала Нэйдж, отшатываясь в сторону. Однако леди Яруна вновь вцепилась в её руку.
— Я вам не враг! Поверьте мне! — взволнованно зашептала она. — Я могу помочь!
— Помочь? — с недоумением взирая на даму, переспросила Нэйдж. Доверия леди у неё не вызывала ни капли, но искушение узнать нечто тайное было слишком велико, потому она смягчилась и сделала вид, что готова слушать.
— На Бэрлоке растёт вампирский кровавый плод. Он плоский и мягкий, если на него сильно нажать — лопнет, заливая всё кровавым соком…
— Как интересно… — задумчиво протянула Нэйдж, исподволь разглядывая леди. У дамы нервно бегали глаза, а ярко накрашенный рот чуть перекосился и подрагивал. Леди явно волновалась и говорила с придыханием, почти заглатывая слова: