Ты мой! Игры в сторону... (СИ)

Она сгребла мальчишек в охапку, втягивая запах родных человечков.
– Как же я всех вас люблю! – Признание относилось ко всем присутствующим в квартире.
Стас внимательно разглядывал сыновей, явно принимая решение.
Дверь распахнулась на всю ширину. Домашнее рыжее солнце окинула взглядом мешающих маме братьев.
– Малышня, быстро умываться и за стол. Бабушка ждёт!– Распорядилась Алиса, спросив:– Мамуль, как ты?
– Всё хорошо, – Нина улыбалась, наблюдая, как непоседы послушно выполняют приказы старшей сестры, – за меня не беспокойтесь. Завтракайте.
Девочка обладала не только железным характером родителей, но и отлично развитым даром убеждения.
Стас присел перед кроватью на корточки, заглядывая в большие глаза жены.
– Хочу попросить тебя кое о чём.
– Всё, что угодно, если это не угрожает безопасности наших детей.
– Сможешь не покидать квартиру некоторое время? Медсестру для смены повязок можно вызвать на дом.
Нина нахмурилась:
– Желаешь посадить меня под домашний арест?
Он покачал головой, поясняя:
– Хочу лечь в клинику на пару дней. Сделают обследование и попробуют сгладить это безобразие.– Блондин провёл пальцем по шраму.– Мама с Аглаей звонят каждый день не по разу, напрашиваясь в гости, или приглашая в Рязань. Устал отнекиваться. Не хочу шокировать их своим видом.
Она замерла, боясь показать безумную радость, что распирала душу. Неужели их с Юлькой уловка сработает? Консультация психолога, возможно гипноз. Хоть что-то, что вернёт ему память полностью, сложив в целое события последнего года.
– Конечно, милый. Что значит какая-то пара дней?– Она рассмеялась, радуясь, что эту эмоцию не нужно играть.– Заскучать по безумному миру за стенами не успею.
– Сейчас договорюсь с Бероевой на ближайшее время. – Он вышел из спальни.
Нина, наконец, смогла дать выход эмоциям, уткнувшись лицом в подушку, смешивая радостный смех с всхлипываниями.
Хотелось выйти из ловушек кошмара последнего времени. Снова любить и быть любимой в ответ, без оглядывания и сравнений с мёртвой испанкой. Уснуть бы и проснуться в том доме у океана, чтоб последние месяцы оказались страшным кошмаром с приключениями от заскучавшего разума.
Она встряхнула головой. Нет, в той безмятежной поре душа чуть не заплыла толстым слоем жира. Нужно искать что-то среднее. Работа в офисе, бизнес дадут равновесие между счастьем и желанием реализовать себя во всех отношениях. Дома хозяйствовать не станет. Придётся Жукову смириться.
Он вернулся через десять минут. Шатенка взглянула на пришедшее сообщение. Пришлось прятать улыбку, когда Стас вошёл в комнату.
– Завтра.
– Что завтра?– она сделала вид, что не поняла.
Хотя Юлька даже сообщила время. В девять утра состоится дедлайн для их отношений с мужем. Станет ли всё, как было прежде, или придётся расстаться.
Жить втроём, деля одну постель, не для неё.
– Можно завтра ложиться на полное обследование, кто-то отменил время, или через месяц.
Нина пожала плечами.
– Чего тянуть?
Он гипнотизировал её взглядом, пытаясь понять, есть ли в деланном спокойствии подводные камни. Жена выглядела совершенно искренней. А как иначе, если любит?
Блондин кивнул.
– Тоже так думаю.
Долгая трель звонка. Они переглянулись. Редко кто приходит, предварительно не позвонив.
– Кого-нибудь ждёшь?– Стас направился к выходу.
– Нет.– Она стукнула по колену, вспомнив.– Паша вчера собирался примчаться, я попросила дать отдых.
Он качнул головой, замедлившись. Светличный, как страшный сон всегда рядом, но появляется неожиданно. Пора бы с этим смириться, да не даёт его излишнее внимание к бывшей жене.
Дети выскочили из игровой, рванув вслед за папой к двери, шлёпая по паркету голыми пятками.
Стас остановился, строго взглянув на отпрысков.
– К двери подходите, только если родители зовут встречать гостей. Скажу это раз и навсегда. Понятно?
Мальчишки замерли на месте. Отец редко был таким рассерженным. Кивки головами и малыши так же скоро исчезли на кухне, под крыло любимой бабушки.
Стас улыбался, открывая дверь. Знали бы пацаны, насколько сильно он их любил.
 
– Тоже рад тебя видеть.– Светличный шагнул в просторный холл, не дожидаясь приглашения.
Лицо спортсмена из счастливого моментально превратилось в раздражённо– настороженное.
– Ну и где у нас пострадавшая? – Брюнет вел себя, словно хозяин.
Блондин прорычал сквозь зубы.
– В своей спальне.
Павел усмехнулся, взглянув на раздосадованного оговоркой Стаса. Признался, что спят с женой в разных комнатах. Ещё немного и станут договариваться о сексе за месяц.
– Оплакивает потерянную счастливую жизнь?
– С тобой в раю жила.
– В раю не в раю, но никто не пытался её убить.
Пришла очередь для ухмылок спортсмена.
– Конечно, ерунда, стрелял снайпер. Чуть в настоящий не отправилась!
Они одновременно остановились, взглянув друг на друга. Никакого злорадства в глазах. Лишь понимание, что жизнь с обоими у шатенки вышла не сахар.
Жуков сомкнул веки, выдохнув через ноздри. Членами мериться намного проще, чем под пулями и ножом побывать.
Никаких отсрочек на потом больше не будет. Завтра ложится в больницу, правит болячки и больше никогда не оставит жену одну и в опасности.
Спортсмен сверлил взглядом холёное лицо начинающего стареть брюнета.
– Зачем припёрся?
Ухмылка не сходила с рельефных губ.
Блондин сжал пальцы, борясь с искушением. Заехать бы в них кулаком.
– С детьми поиграть и предложить кое- что. – Уверенным голосом спасителя.
– Что именно?
– Сначала обсудим это с кошк…– Павел наморщился.– С Ниной.
– С моей женой?– Желваки ходили по обезображенному лицу.
Вызывающий взгляд чёрных глаз в овет.
– С ней самой.
– Стас, кто пришёл?– Громкий крик.
А через пару секунд встревоженная шатенка выскочила из спальни, столкнувшись нос к носу с «бывшим».
– А, это ты? – Опять в западне, поставленная перед выбором, который давным–давно сделала.
Брюнет моментально прочитал её мысли, как было всегда. Кошка и через много лет была его кошкой.
С усмешкой, впившись чёрными глазами дьявола в бледное худое лицо:
– Ждала кого-то другого?
За его спиной Жуков, смотрел зверем.
Дети сидели на кухне, как мышки, слушая разговор на повышенных тонах папы с дядей Пашей.
Нина скривила губы, мгновенно оценив ситуацию. И не прогонишь из общей по сути жилплощади. Тварью неблагодарной выглядеть не хотелось. Она не знала с чем Светличный пожаловал, но приняла решение. Квартиру продать и купить дом. Шатенка ощущала себя зажатой в клещи и прекрасно понимала Жукова.
Нельзя жить там, где Павел чувствовал себя на собственной территории.
Напряжение висело в воздухе.
Она широко открыла дверь спальни.
– Заходи, предлагай.
Нина скользнула взглядом по мощным рукам Жукова с побелевшими косточками сжатых пальцев. День «икс», для выяснений первенства мужчин на кулаках, с каждым днём приближался.
Она показательно-ласково попросила:
– Присоединяйся к беседе через пять минут. – И шагнула в глубину комнаты.
  
Глава 17
 
Стас с трудом переваривал то, что слышал от хирурга, рассматривающего лицо.
– Удивительно. Первый раз в своей практике вижу, чтоб шрамы не убирали, а наносили.
Блондин сомкнул веки, открыв после вопроса.
– Говорите, что на яхте в море их получили?
Он проглотил комок, чтоб ответить.
– Это то, что сказали мне, когда вышел из комы.
Карие глаза немолодого доктора светились теплом и сочувствием.
– Вас обманули. Лицо было изуродовано намеренно.
Стас качал головой не соглашаясь.
– Этого не может быть!– Всё, что знал о том времени, переворачивалось с ног на голову и признать правду, значит поставить крест на Марианне. Отчаяние с сочувствием в больших чёрных глазах. Мази, с величайшей осторожностью втираемые в бордовый рубец, чтоб убрать его яркость. Забота в каждом мелочи, в любой мелочи. Она ночевала в его палате, до момента, когда медицинский автомобиль увёз их из клиники. Перелёт домой на чартере с медсестрой на борту. И ни разу никто не намекнул…