Предатель. Осколки счастья (СИ)

Знакомое здание на горизонте, и лифт поднимает на четвертый этаж. В принципе, нам только передать часть документов и обсудить юридические нюансы строительства. На пустыре, где я промокла в дождливом апреле, уже полным ходом идут земляные работы.
В приемной непривычно людно, и Жанна, заметив нас с Миррой, приглашает всех присутствующих в кабинет к Воронцову. Сердце тревожно забилось ещё в приемной. Краем глаза замечаю среди статных мужчин его… Он стоит спиной и с кем-то непринужденно беседует. От вида человека, который мне небезразличен, сердце стучит, как у раненого зверя. То затихая, то стремительно набирая обороты.
Я прохожу самой последней за всей делегацией и аккуратно присаживаюсь на стул рядом с Миррой.
В горле запершило от жуткого волнения.
В ряде напротив меня в чрезвычайно красивом и строгом костюме восседает Мелихов. В голове всплыли слова Жанны о посетителях, брошенные ею в последний мой визит сюда о некой мебельной организации, уже работающей в направлении обеспечения будущего объекта всем спектром необходимой мебели, и слова Мелихова о долгосрочном перспективном проекте.
Где я и где он. Но наши дорожки опять пересеклись. Мне назло. Судьба опять покрутит перед моим носом его красивым фэйсом и спрячет на несколько месяцев.
— Добрый день, коллеги, — взор Воронцова скользнул по мне, — наш проект в стадии строительства. Сегодня обсудим проектно-сметные документы, которые необходимы для дальнейшего этапа работы, касающийся внутреннего дизайна и определения точного заказа оснащения гостиницы оборудованием и мебелью. Мебель практически вся будет делаться на заказ.
Уфф. Кому-то крупно повезло!
Мелихов, считай, рванул с низкого старта. Хватит ли ему ресурсов для такого крупного проекта?
Вид у Вани более чем невозмутимый. В голове всплыли образы предыдущего Мелихова, мнущегося у входа в аудиторию в университете, в рабочем комбинезоне у меня на кухне, спящим у себя в квартире, обняв меня в своей большой кровати.
Теперь я вижу делового мужчину с холодным пронзительным взглядом. Я чуть поежилась.
Чувство невозвратимо потерянного закружило с новой силой. Пока я разбиралась в чувствах к своему, а точнее чужому мужчине, своими руками отодвинула своё счастье. Я постаралась выкинуть навязчивого Мелихова из головы. Всё равно смотрит на меня, как будто видит впервые и нет ни единого намека хоть на какую-либо эмоцию.
— Петр Михайлович, мы привезли копии проектно-сметной документов для передачи в проектную контору, — Мирра начала, как всегда, тут же. — А также остальные документы, которые вы запросили: разрешение на строительство, выписка о постановке на кадастровый учет.
— Олеся, передай, пожалуйста, документы, — бросила мне Мирра Аркадьевна.
Я молча достаю папку под пристальным взором десяти пар глаз. Мелихов внимательно смотрит, как я методично достаю приготовленный внушительный пакет с документами и, пройдясь до стола Воронцова, кладу перед Петром Михайловичем.
— Спасибо, — благодарит Воронцов и провожает взглядом моё приземление обратно. Чуть дольше, чем положено.
В горле опять пересохло, и я делаю большой глоток минеральной воды из стакана, стоящего передо мной. Я собираюсь с мыслями, которые растеклись по красивому длинному столу Воронцова, наполированного до блеска. В принципе, моя миссия выполнена. Документы торжественно переданы нашему заказчику. Хочется дождаться окончания этой пытки и стремительно вылететь отсюда.
— Добрый день, Олеся, — Ваня догнал меня у выхода из приемной. — Вы ведете проект Воронцова?
Я взглянула на Мирру, застрявшую с проектировщиками. Аркадьевна что-то громко в своем духе доказывала.
— Да, он обратился в Центр, где я работаю. И так как у других сотрудников уже по несколько проектов, мне дали вести сопровождение сделки Воронцова. Пока под бдительным оком моего начальника.
Мелихов взглянул на Мирру, застывшую в позе хищника перед прыжком.
— Напориста.
— Да, но это хорошее качество в нашей работе. Воронцов тебе заказал мебель в гостиницу?
 
— Да. Еще зимой.
— Не рановато?
— Петр Михайлович очень продуманный человек.
— Проект долгосрочный. Не получится, что он сделает заказ, а расплатиться не сможет?
— Ты за меня волнуешься? — улыбка чуть тронула губы Ивана. — У нас уже подписан договор. И внесен задаток на материалы. Так что я в любом случае защищен.
— Да? — Удивилась я. — Воронцов тяжело расстается с деньгами, — я вспомнила, как Воронцов гнал с кадастровыми работами и долго тянул с их оплатой.
— Петр Михайлович спешит.
— Строительство — это не быстрое дело.
— Готовит подарок для молодой жены.
— Вот как! — Я удивленно подняла брови. — Ты в курсе?
— Да. Пока сюда приезжал на встречи секретарь Воронцова, наверное, за всех сотрудников рассказала.
— Да. Жанночка у него общительная дама.
Мирра подошла к нам и оценивающим взглядом пробежалась по Мелихову.
— Мирра Аркадьевна, это Мелихов. Поставщик мебели и оборудования в гостиницу.
— Да, я помню. Петр Михайлович знакомил при встрече, — бросила моя начальница, окинув внимательным взглядом Ваню. Слишком внимательным, и чуть улыбнулась краешком губ.
Ещё бы. Память у Мирры феноменальная. Тем более, если дело касается рабочих моментов, но тут чувствую пробивающийся сквозь стальную броню личный интерес. Я тут же почувствовала, как Мирра расплылась перед смазливой картинкой.
И эта туда же!
Олеся, ты ревнуешь?
Такая мелочь. А у тебя искорки в глазах брызжут в сторону объекта твоей симпатии, а ты уже пыхтишь внутри, как паровоз.
— Как скоро будет готова мебель?
Я чертыхнулась! Этой зачем, когда будет готова мебель?
— И вы работаете только с крупными предприятиями? — Тон Мирры совсем другой, чуть наигранный, чуть жеманный.
— Не только. У меня магазин, где всё, что вам понравиться, можно приобрести розничному покупателю.
— Да что вы? И где ваш магазин.
Мелихов достает свою красивую визитку. Дизайном которой он хвалился мне, когда я подрабатывала у него до выхода на основную работу.
Мирра подхватила визитку и её режущее слух: «Спасибо», отзывается уколом где-то глубоко.
Я стою и ерзаю от нервного волнения и придумываю тысячи причин, как вытащить Мирру из-под гипнотического взгляда Ивана, под влияние которого попала не только я.
Телефон зазвенел в сумочке Мирры. И к моему великому счастью, мою начальницу заняли дела её привычного сумасшедшего графика работы.
— Алло, — Мирра тут же сосредотачивается на звонке, бросая Ване: «Минуточку».
— Ты сняла комнату? — вдруг спрашивает Ваня, как только Мирра оставила нас вдвоём.
— Нет. Я живу у подруги. А деньги на комнату собираю, — ответила я, смеясь.
Не у всех все так хорошо, как у тебя!
— Как ты узнал, что я живу со своей подругой.
— Ты сама сказала.
Я сделал вид, что припоминаю подробности вечера, но в памяти смутное чёрное пятно под названием «Марсель».
— Что твой любезный супруг не рассчитался с тобой по имущественному разделу? — Слышу стальные нотки бывшего юриста.
— Нет. Наша совместное жилье было куплено в ипотеку. А машина до брака. Так что я не стала претендовать на раздел имущества. Не на что.
Я умолчала, что часть средств первоначального капитала были мои личные средства, но вытаскивать их из Герман оказалась себе дороже.
— Что ж, меня ждут дела. До свидания, Олеся. Рад был увидеть
— До свидания, — прощаюсь в слух с Ваней, про себя осознавая, как я рада была увидеть сегодня его.
Ваня растворился за дверью. Практически вся дружная команда растворилась из приемной Воронцова. Только моя начальница, вся в своём диалоге по телефону, и я, мнущаяся у дверей, уже дважды попрощавшаяся с Жанной, никак не отчалим к родным пенатам на шестом этаже.
Я слушаю громкий голос своей начальницы, чувствуя, как под кожей разливается жгучая злость на себя… и на свою неуверенность…
  
Глава 26
 
Свой звонок на телефоне я услышала ещё в ванной. Мирра может позвонить в любое время суток и задать кучу вопросов. Я вертела в голове, что ещё нужно Мирре? Допрос с пристрастием, который мне устроила моя начальница по поводу Мелихова, мне, мягко сказать, не понравился. Аргументировала, что волнуется за Воронцова.