Мой сводный идеал (СИ)
Катя взглянула на часы, висящие над диваном, и ахнула.
― Что это я разболталась? У меня ж прием через час!
* * *Я как однорукий инвалид раскладывала вещи на полки своего нового шкафа, утрамбовывала учебники в ящики стола и постоянно прокручивала в голове историю Руслана и Лики.
И понимала, что меня все больше и больше выбешивал приезд этой девицы.
Несмотря на родительские запреты, мне все равно чертовски нравился этот парень. С первого дня как я увидела его в этом доме, он больше не покидал мою голову. Мне хотелось смотреть на него во время семейных завтраков, обедов и ужинов. Мне нравилось любоваться им, когда он играл на гитаре, когда вел машину, когда он мелькал в коридорах универа. Когда он с сонным видом по утрам шагал в ванную комнату, когда мы смотрели с родителями комедию, и я украдкой наблюдала, как он, полностью погруженный в сюжет, смеялся над веселыми моментами.
Поздно вечером, когда все расходились по комнатам, я, делая вид, что мне нужно в ванную, шастала мимо его комнаты, чтобы невзначай встретится с ним в коридоре. Иногда коротала вечера на кухне в гордом одиночестве, в надежде, что он спустится за чем-нибудь, и мы будем болтать с ним полночи, или посмотрим какой-нибудь фильм.
Но ничего этого не происходило.
«Черт возьми, неужели я ему ни капельки не нравлюсь?» ― со злостью подумала я и захлопнула ящик стола.
Если бы папа мог читать мысли, то я бы уже наверняка отправилась обратно в Вологду.
Хороша дочурка… Они ко мне со всей душой, а я пытаюсь добиться внимания Руслана… Совсем не думая к чему это в итоге может привести…
Примерно в то время, когда в универе началась первая пара, Костя прислал сообщение.
«Ты где?»
«Осталась дома. Рука болит. Есть какие-то новости от твоего отца?»
«Хороших ― нет…»
«Тогда мой папа сегодня сто процентов поедет в полицию».
«Зачем? Мой отец и так делает все возможное».
«Ты плохо знаешь моего папу. Он хочет лично контролировать процесс».
«Дай мне его номер. Я объясню ему, кто занимается поимкой тех ублюдков».
Немного подумав, я поняла, что именно так и следовало поступить изначально. Пусть Костя сам лично расскажет папе, кто его отец и попробует убедить его в том, что обращаться в полицию ― пустая трата времени и нервов. Я написала ему номер папы с пометкой: «Лучше позвони ему после обеда. Утром он обычно очень занят».
* * *В тех коробках, что стояли в моей комнате, я не нашла маленькую шкатулку со своей бижутерий и отправилась на ее поиски в комнату Князя, решив, что когда папа выносил оттуда мои вещи, просто забыл ее прихватить.
Я включила свет, обвела взглядом его комнату и быстро нашла, что искала. Шкатулка и флакончик с моим красным лаком для ногтей стояли на подоконнике. Забрав их, я двинулась к выходу, и тут мой взгляд упал на торчащий из папки рисунок. Там виднелась половина лица, длинные темные волосы и плечо, перечеркнутое тоненькой бретелькой.
Ведомая любопытством, я вытащила его из папки и замерла, пристально вглядываясь в лицо, аккуратно прорисованное карандашом.
Глава 27
Какое-то время я сидела на кровати Князя и с вихрем вопросов, кружившихся в голове, рассматривала рисунок.
Очевидно, что к нему было приложено очень много усилий и отдано достаточное количество времени. Я бы даже смело предположила, что в него вложили душу.
А еще у меня не было ни грамма сомнений в том, что на нем была изображена я.
Об этом говорили миндалевидные глаза, восходящий изгиб бровей, полные губы, волосы длиной ниже плеч и даже родинка один в один как у меня на правой щеке.
Катя как-то упоминала, что Князь увлекался рисованием, но я даже подумать не могла, что у него это настолько мастерски получалось. Как будто он как минимум окончил художественную академию.
Но больше всего меня поразил не сам рисунок, а то, что это был именно мой портрет. Он срисовал меня с фотографии, выложенной на моей стене в соцсети. И если открыть то фото, то навряд ли удастся найти хотя бы одно отличие. Ну, кроме того, что там рядом со мной сидела Дашка, показывающая в камеру сердечко и улыбающаяся парню из ее двора, который нас фотографировал на нее мобильник.
Фото было сделано неожиданно, поэтому мой взгляд был отведен в сторону. Точно так же, как на этом портрете.
― Очень красиво, ― вслух подумала я, улыбнувшись рисунку. Но вспомнив, чья рука его нарисовала, вновь стала серьезной.
Я давно не ребенок и без труда могла догадаться, когда ко мне испытывали симпатию. И совершенно точно была уверена в том, что с момента моего приезда в этот дом Князь был очень мной заинтересован. Об этом говорили его изучающие взгляды, обращенные ко мне, его частые предложения подбросить меня в универ, его сжатые кулаки, когда он видел меня рядом с Костей или с Русланом.
Пару раз, когда я находилась в его комнате, он заходил в нее, делая вид, что ему понадобилась какая-то вещь. Долго рылся в нижних ящиках стола, куда были на время перемещены его вещи, а затем, взяв какую-нибудь ерунду вроде зарядки для телефона (которых в гостиной столько, что можно засаливать на зиму), выходил из комнаты.
Но одного я не могла понять: на что он рассчитывал? Что у нас вдруг неожиданно завяжется разговор?
Разве у меня на лбу написано «Всепрощающий ангел»?
Парень, который в школьные годы пробил дыру в моей самооценке, смеет надеяться (а он точно надеется) что однажды я обращу на него внимание? Серьезно? Пф…
Сумею ли я когда-нибудь простить его за все, что он мне сделал ― вот в чем вопрос.
Если он привык по щелчку пальцев заставлять девиц пускать на него слюни, то флаг ему в руки! Со мной этот номер не прокатит. Будь он хоть тысячу раз привлекателен и офигителен. На этом парне стояло жирнейшее клеймо «Однажды он пытался меня сломать».
А это для меня табу. Ни о каких, даже дружеских отношениях не могло идти и речи.
Я многое умела прощать. Миллион раз проглатывала вранье, предательство, мамины пощечины, наплевательское отношение к себе. Но, когда кто-то самосовершенствовался за счет слабых, ― хоть убейте, этого я ни понять, ни простить была не в силах.
Князь нападал не один, а с кучкой себе подобных отморозков, и нападал не на парня, к примеру, схожей с ним комплекции, а на девчонку, на беззащитную девчонку.
Если бы он только знал, как часто тогда в мою голову лезли суицидальные мысли. Если бы он только знал, что приходя домой из школы рядом со мной не было никого, кто бы мог меня утешить. Если бы он знал, с какой дрожью я открывала школьную дверь и входила внутрь.
От нахлынувших воспоминаний у меня защипало глаза. Я зажмурилась, чтобы выпустить слезы и в следующую секунду вздрогнула от голоса Кати.
― Тась, ты где?
По лестнице послышался стук каблуков.
Подскочив с кровати, я быстренько засунула рисунок обратно в папку и, схватив со стола шкатулку и флакончик с лаком, выбежала из комнаты.
― Ты не видела мой планшет? ― запыхавшись, спросила Катя, и пробежав мимо меня по коридору, пулей влетела в их спальню.
― Кажется, утром он лежал на тумбе под телевизором, ― припоминала я.
Катя, быстро цокая каблуками, выбежала из спальни и, направляясь к лестнице, взмолилась:
― Хоть бы он был там, господи хоть бы он был там! Иначе Саша меня прибьет. О-о, слава богу! ― послышалось уже с первого этажа. ― Тась, я улетела!
Через пять секунд хлопнула входная дверь, и я увидела в окно, как машина Кати с пробуксовкой вылетела со двора.
Закончив уборку в своей комнате, я отправилась в душ. Мне срочно нужно было взбодриться и сесть за практическую работу по информатике. Иначе завтра Троян оторвется на мне по полной программе. Я уже поняла, что он за фрукт. И навряд ли мне удастся разжалобить его больной рукой. Будь он хоть трижды моим земляком.
Я вспомнила, как на прошлом занятии по информатике моя одногруппница опоздала на пятнадцать минут и, влетев в кабинет, скороговоркой объясняла ему, что автобус, в котором она ехала, угодил в аварию. Никто не пострадал, но это стало причиной ее опоздания.