Самый тяжелый наркотик (СИ)

- То есть ты в полной мере учитываешь мои заслуги, когда держишь меня на своем корабле мимо воли и мучаешь до потери сознания? У тебя чрезвычайно парадоксальная логика, Каерин. Твоя благодарность не стоит и ломаного гроша, и то, что ты творишь, не замечая ничего вокруг, заставляет меня сожалеть о содеянном.
- Ты говоришь страшные вещи, Минам.
- Потому что ты совершаешь безмерно ужасные поступки.
Ариец тяжело вздохнул и взял меня за подбородок:
- Минам, давай не будем в очередной раз ссориться и насладимся мирным временем, выпавшим в пути.
- О каком мире ты говоришь, Каерин? Все без исключения минуты, каждую секунду мы находимся на войне.
- Ты проиграла эту битву, - перестал казаться дружелюбным собеседник. - Отныне ты находишься в моей власти, поэтому я настоятельно советую тебе смириться с тем, что с этого времени ты неизбежно, целиком и полностью принадлежишь единолично мне.
- Твои собственнические замашки находятся на грани фантастики.
- Минам, своим неадекватным поведением и ослиным упрямством ты просто не позволяешь мне продемонстрировать мои лучшие качества.
Приняв срочный вызов по внутренней связи и прослушав короткое сообщение, Каерин отбыл по неотложным делам, не забыв дать указание подчиненным. Они сопроводили меня до новой каюты, если не сказать "комфортабельной камере в тюрьме особо строгого режима". Язвительно поблагодарив рослых особей мужского пола за то, что столь любезно проводили, я закрыла перед ними дверь и рухнула на широкую кровать. Не пролежав в подобном положении и минуты, я скатилась на пол и склонила голову к коленям, запустив пальцы в волосы. Жалость к себе была необъятной, мне было плохо, и я тщетно пыталась собрать свою волю в кулак.
Прошло время, прежде чем в моем воспаленном мозгу созрело некоторое подобие плана. Я подошла к двери, прислушиваясь к малейшим звукам, в коридоре неожиданно подул сильный ветер и раздался приглушенный грохот. Вооруженные солдаты поспешили на шум, и ни один из них не задумался над тем, откуда мог появиться сквозняк на корабле в открытом космосе. Я осторожно вышла и, воспользовавшись отсутствием охраны, скользнула в ближайшее ответвление коридора.
  
Глава 10. Благими намерениями
 
Арийский корабль представлял собой настоящее чудо инженерной мысли, на порядок превосходившее земные аналоги. Минималистический интерьер был выполнен в строгих тонах с преобладанием незнакомого уныло-серого материала. Являясь носителем природных стихий, я не любила искусственные заменители и чувствовала себя в бесконечных длинных коридорах некомфортно.
Скрываясь от проходивших мимо арийцев в служебных формах, я заглядывала в редкие открытые помещения, когда неожиданно мое внимание привлекли голоса. Я оказалась возле капитанского мостика с миллионом мигавших разноцветных индикаторов и голографическим объемным изображением космоса в центре. Адмирал Акаерин-тан был занят разговором по внешней связи с пожилым бледнолицым арийцем. Бывший подопытный стоял ко мне спиной, и я остановилась, прислушиваясь к не предназначавшемуся для моих ушей разговору.
- Согласно решению совета самая крупная земная военно-исследовательская база была нами успешно уничтожена, - безэмоционально отчитался перед высоким руководством Каерин. - Сейчас мы держим курс на имперские колонии с особо тяжелыми условиями обитания для передачи пленных. Мы обернемся за трое суток, после чего я убедительно просил бы вас уделить мне время для личной аудиенции. Мне необходимо обсудить с вами некоторые приоритетные вопросы, связанные с Земным Союзом, и я очень надеюсь, что вы не оставите мою просьбу без внимания.
Голографическое лицо собеседника отразило недовольство, и он произнес:
- Я не считаю вашу инициативу по данной теме, курируемой лично советом, актуальной и не вижу смысла в вашем вмешательстве в ход войны.
- Все же я настаиваю, и, уверяю, что мирное разрешение моего вопроса находится непосредственно в ваших же интересах.
 
Картинно приподняв бровь на бледном лице, собеседник уничижительным голосом поинтересовался:
- Адмирал Акаерин-тан, неужели вы, забыв строгие законы и тысячелетние устои нашей родины, осмеливаетесь угрожать совету?
- Я никоим образом не хочу дискредитировать совет, оплот и могущество нашего нерушимого государства, однако до меня дошли слухи, лишающие доверия одного из его членов. Мне стали известны факты, касающиеся техногенной катастрофы, произошедшей на прилегающих к Империи обширных территориях. Они требуют проведения более глубокого расследования и непосредственно вашего всеобъемлющего разъяснения, - вежливым тоном произнес Каерин, словно выступал в роли агронома, и речь шла об урожайности бахчевых на сопредельной планете в позапрошлом году, а также способов их удобрения и борьбы с вредителями.
- С тех пор прошло много времени, и срок давности уже истек.
- Поверьте, что народ Империи помнит об ужасной катастрофе, унесшей жизни их родных и близких, словно это было вчера, и скорбит до сих пор.
- Чего вы хотите? - нахмурился собеседник.
- Я лишь прошу вас об аудиенции через три световых нормо-дня и надеюсь на толерантное отношение с вашей стороны.
Сделав тяжелую паузу, член совета арийской Империи с горьким привкусом неизбежности согласился:
- Хорошо, адмирал Акаерин-тан, я принимаю ваши условия, но хотел бы, чтобы вы осознали: идеалов в природе не существует, и лишь то, чем мы жертвуем и что предпринимаем ради всеобщего блага, может говорить о нашей добродетели.
- Неужели вас можно причислить к лику святых? - иронично поинтересовался ариец.
- Не думал, что вы сможете уловить суть, вы для этого слишком молоды, чересчур амбициозны и эгоистичны. По прошествии времени вы в полной мере поймете мои слова, прекратите, наконец, идеализировать мир и не будете столь непримиримым и категоричным, - сказал собеседник и отключился, не попрощавшись.
- Двуличный ублюдок, - выплюнул Каерин.
- Кто из вас двоих в большей степени? - шокировано спросила я.
Светловолосый ариец обернулся так, что его движения смазались, и воскликнул:
- Минам, что ты здесь делаешь? Почему ты находишься без охраны на капитанском мостике?
Я неопределенно пожала плечами, осторожно отступая назад, и ответила:
- Я искала выход.
- То есть ты предприняла очередную попытку побега? Тебе еще не надоело прятаться?
- Мне непреодолимо хочется бежать от тебя без оглядки так далеко, как только простирается вселенная.
- Как давно ты здесь стоишь, Минам?
- Достаточно для того, чтобы получить сокрушительный удар под дых от суровой действительности.
- Минам, то, что ты услышала, ввиду твоей политической неискушенности и вырезки из контекста, было истолковано тобой неверно, - предпринял попытку разубедить меня мужчина. - Я это делаю ради спасения Земного Союза от неминуемой гибели, это очень тяжелая задача и неблагопристойные методы ее достижения соответствуют высокому уровню сложности.
- Самую крупную земную военно-исследовательскую базу ты уничтожил тоже во имя справедливости? - гневно поинтересовалась я. - Ответь мне, Каерин, в чем были виновны служители науки?
- Это был прямой приказ совета, не подлежавший обсуждению, - поджал губы ариец. - Данный институт был признан чрезвычайно опасной организацией, ведь разработки ученых активно внедрялись вашим правительством в силовые структуры. Они создали совершенно диких солдат, без кодекса чести и морали, словно каторжников с пожизненным сроком заключения, которых практически невозможно убить. Эти создания способны после точечного попадания ракеты встать, отряхнуться и продолжить кровожадно расправляться с превышающими их численностью противником едва ли не голыми руками. То, что творил этот институт, не гнушаясь генными мутациями, даже не укладывается голове, это совершенно безнравственно и очень опасно.
 
- Я являюсь первой из тех, кого имперский совет приказал уничтожить! Если у тебя не хватает духу, чтобы убить меня, Каерин, то мне это сделать по силам. Потому что я не в состоянии больше смотреть на то, как рушится все, чем я дорожу, - следуя душевному порыву, в моей руке оказался выдернутый воздушным потоком чужой лазерный пистолет, и я на самом деле приставила его к своему виску.