Захваченная инопланетным воином (ЛП)

Мы все киваем, и я ловлю себя на том, что борюсь со слезами при мысли о том, что снова придется идти.
«Все в порядке, Элли. Просто пройди еще немного, и ты либо уснешь, либо станешь ужином. В любом случае, этот кошмар закончится».
Терекс идет рядом со мной, пока мы медленно выбираемся с поляны и возвращаемся назад. Мы в плохом состоянии, слишком измучены и ошеломлены, чтобы разговаривать. Я чувствую себя так, словно кто-то ударил меня в живот при мысли о том, что мы уйдем, не найдя пропавших женщин, но воины правы — мы все ранены, и ни у кого из нас нет никакого опыта пребывания на этой планете.
У меня кружится голова, и я чувствую, что меня сейчас стошнит. Не знаю, то ли от боли в локте, то ли от обезвоживания, но все, чего я хочу, это свернуться калачиком рядом с одним из этих огромных, жутких белых деревьев и уснуть. Возможно, проснувшись, я обнаружу, что все это было кошмарным сном.
Я спотыкаюсь о корень дерева, и перед моими глазами вспыхивают искры, когда от резкого движения дергается моя рука. Она странно онемела и болит, если я держу ее неподвижно, но если я двигаю ее, боль почти заставляет меня упасть на колени. Я не могу себе представить, насколько больно сейчас Зои.
— Самочка, — произносит глубокий голос, и я поворачиваюсь. Терекс жестом велит мне повернуться, и я подчиняюсь, напрягшись всем телом, пока он развязывает и немного по-другому делает мне перевязь. Его руки действуют слажено и уверенно, когда они касаются моей шеи, и вскоре он сооружает более плотную надёжно фиксирующую руку перевязь.
— Спасибо.
Это долгая прогулка, и у меня много времени, чтобы подумать. Вместо того, чтобы размышлять о вещах, на которые я не могу хоть как-то повлиять, я разумеется трачу свое время на то, чтобы рассмотреть гигантского воина, который спас нас.
Все в нем говорит о самоуверенности — от его пронзительного взгляда до широких плеч и того, как он высоко держит голову, осматривая наше окружение. Два других воина, кажется, подчиняются ему, но тем не менее он прислушивается к тому, что они говорят. Он явно напряжен, и все трое находятся в состоянии повышенной готовности на случай появления новых вуальди. Но он все равно заметил, что мне больно, и попытался облегчить боль, поправив перевязь.
Я замечаю, как Вивиан пялится на его огромное тело, и тут же отвожу взгляд. Значит, так тому и быть.
Наконец, мы выходим на другую поляну, и все мы — женщины — останавливаемся в шоке, когда осматриваем наши средства передвижения.
— Что это за хреновина? — бормочет Невада.
— Наши мишуа, — растерянно говорит Дераз. — Ты что, никогда раньше не видела?
— Мы не совсем здешние, — бормочу я, и Алексис смеется.
Единственное, что общего у этих странных зверей с лошадьми, — это то, что на них можно ездить верхом. По крайней мере, я так думаю, потому что на всех четверых есть какие-то седла. О, и точно так же, как у лошадей, у них четыре ноги.
Но на этом сходство заканчивается. Мишуа темно-зеленого цвета, с толстой чешуей, покрывающей их тела и головы, чем напоминают мне ящерицу или даже динозавра. Их огромные зубы блестят на солнце, а головы увенчаны гребнем из бивней, как у носорога, которые начинаясь от морды становятся все больше у самой макушки.
— Это дино-лошади, — тихо говорит Невада.
Она права. С красными глазами и чешуйчатой кожей они немного напоминают нечто из Парка Юрского периода. Мысль о том, чтобы приблизиться к ним, заставляет меня развернуться и рискнуть встретиться с вуальди.
— Не бойся, самочка, — говорит Терекс, и я поворачиваюсь, чтобы увидеть, что он изучает меня. — Мы не позволим им причинить вам вред.
— Знаешь, более утешительным было бы сказать: «Они не причинят тебе вреда», — бормочет Алексис.
Терекс пожимает плечами. Затем воины лезут в кожаные сумки, прикрепленные к их дино-лошадям, и вытаскивают кожаные мешки с водой.
Они вручают их нам, и я чуть не плачу от облегчения. Я делаю большой глоток, а затем заставляю себя делать маленькие глотки, беспокоясь, чтобы вода не полезла обратно из меня. Как только мы возвращаем воду, Терекс жестом приглашает нас подойти.
— У нас есть четыре мишуа, так как мы надеялись привезти мясо для племени. Кому из вас будет удобнее ехать одной? Мы привяжем его к одному из наших мишуа, и вы будете в полной безопасности.
Неудивительно, что Невада вызвалась добровольцем. Мы все наблюдаем, как Терекс ведет ее к голове зверя, чтобы представить.
— Это Леа, — говорит он. — Протяни ей свою руку, и мы посмотрим, примет ли она тебя.
Мы все задерживаем дыхание, когда Невада бросает на мишуа взгляд, который ясно говорит: «Не связывайся со мной». Она протягивает руку, и Леа фыркает, тычась в нее своим огромным носом.
— Она хочет, чтобы ты ее погладила, — говорит Терекс, и тень улыбки скользит по его лицу. Я пытаюсь не обращать внимания на искру ревности, которая вспыхнула глубоко в моей груди и хмурюсь, обращая свое внимание на другого мишуа.
Никогда в жизни у меня не было такой сильной реакции на мужчину. Конечно, у меня были влюбленности, и ни одна из них не закончилась особенно хорошо. Может быть, это просто способ, которым мой мозг обрабатывает шок от всего, что со мной произошло. Он ищет какое-то отвлечение, чтобы удержать меня в здравом уме.
Прикосновение к моей здоровой руке вырывает меня из моих мыслей, и я понимаю, что смотрю в пространство. Я так устала, что чуть не заснула с открытыми глазами.
Я улыбаюсь Деразу, и он улыбается в ответ. Он также невероятно красив, хотя и не заставляет меня чуть ли не спотыкаться от нервов, как это делает Терекс. Хотя это неплохо.
Дераз ведет меня к своему мишуа, и я замираю, ничего не в состоянии с собой поделать — Невада уже на своем звере, спокойно ждет, поглаживая шею Леа.
Асроз усаживает Алексис на другого мишуа, и я делаю крошечный шаг вперед, пытаясь набраться храбрости.
— Она поедет со мной.
Я поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с Терексом.
— О, все в порядке, — говорю я. — Этот мишуа подойдет.
Я делаю еще один крошечный шаг вперед и снова замираю, когда мишуа смотрит на меня. Дераз бросает на меня взгляд, говорящий, что я сошла с ума, раз решила перечить Терексу, и жестом предлагает Вивиан выйти вперед.
Она бросает на меня убийственный взгляд, и я вздыхаю, поворачиваясь к Терексу.
Он смотрит на меня своими странными глазами и указывает на свою мишуа.
— Ее зовут Кини.
Меня бросает в дрожь при мысли о приближении к мишуа. Она даже больше остальных, и она наблюдает за мной одним красным глазом, когда Терекс подходит ко мне сзади.
— Ш-ш-ш, — говорит он. — Твой страх испугает ее. Мишуа очень чувствительны, и если ты боишься, ты напугаешь и ее тоже. Испуганный мишуа — опасный мишуа.
— Хорошо, — борясь за дыхание, отвечаю я.
Терекс рассказывает мне об этом, впритык подойдя ко мне со спины, так что его голос грохочет в моем ухе. Он наклоняется вперед, берет мою руку в свою и протягивает ее мишуа. Я дрожу как осиновый лист, но не сопротивляюсь, и Кини обнюхивает меня. Если бы я не знала, то подумала, что дино-конь издевается надо мной.
Она позволяет мне погладить себя, и ее веки опускаются, когда я глажу ее кожу. Она чешуйчатая, почти как у ящерицы, но еще она теплая, а нижние части ног у нее покрыты странным мехом — густым и пышным. Интересно, как именно эволюционировали эти странные существа?
Я взвизгиваю, когда Терекс внезапно поднимает меня, как будто я ничего не вешу. Прежде чем я успеваю смириться с переменой в росте, меня сажают в седло, и он усаживается позади меня, обнимая одной рукой за талию.
Он поворачивает голову и, должно быть, подает знак своим друзьям, потому что мы начинаем движение. Я хватаюсь здоровой рукой за переднюю часть седла, безнадежно выбившись из зоны комфорта. На Земле я никогда даже не ездила на лошадях, а сейчас я еду на дино-лошади… на Агроне.
Я вздыхаю, и Терекс наклоняется вперед, шепча мне на ухо: