Сбиться с ритма (ЛП)

Сдерживаю возбужденную улыбку. За те сорок восемь часов, что провела с этими парнями, я мало вспоминала о жизни, которую оставила позади, или о грядущих неприятностях. Не беспокоилась обо всех «что, если» и не пыталась решить свои неизбежные проблемы. Может быть, в течение этих нескольких недель, для моего собственного спокойствия, я могла бы притвориться кем-то другим. Пусть это будет моим последним развлечением, прежде чем дерьмо, в которое превратилась моя жизнь, станет настолько реальным, что я буду изо всех сил стараться не утонуть в нем.
— Я собираюсь выбросить свою тарелку.
Итан протягивает мне свою, и мой ответный хмурый взгляд, кажется, забавляет его.
— Я просто пользуюсь твоим новым положением помощника знаменитостей.
Отворачиваюсь, прежде чем парень замечает мою улыбку, и иду к большим мусорным бакам в дальнем конце комнаты. Прохожу мимо Райдера и делаю вид, что не замечаю, как он наблюдает за мной, вероятно, надеясь, что я споткнусь, упаду и выбью передние зубы. Выкидываю тарелки и вытираю пальцы о джинсы, когда чувствую прикосновение к своему плечу. Оборачиваюсь и вижу парня с длинными черными волосами, размазанной подводкой для глаз и кольцом в губе.
Быстрая оценка: участник группы.
Парень засовывает большой палец за свой ремень с серебряными заклепками.
— Ты кто? — Его взгляд опускается на мои сиськи, задерживается на них и возвращается к моим глазам.
Я поднимаю ламинированную карточку на своем шнурке. Парень притворяется, что пытается прочитать ее, а не изучает мои сиськи.
— Гость.
— Приятно познакомиться, гость. — Парень протягивает руку. На четырех из пяти его пальцев гигантские серебряные кольца.
— Я — Ансель.
Я не пожимаю ему руку.
— О, у меня грязные руки. — Это не так, но я все равно вытираю их о бедра. — Приятно познакомиться, Ансель.
Я начинаю уходить, но парень сдвигается, чтобы преградить мне путь.
— Ты очень красивая.
Собираю все свои силы, чтобы не закатить глаза и не издать рвотные позывы.
— Спасибо.
Снова двигаюсь, чтобы уйти, но парень блокирует меня. Снова.
— Серьезно. Я наблюдал, как ты ешь. Ты действительно сексуальна.
— Это просто жутко.
Парень смеется и запускает руку с кольцами в волосы. Интересно, зацепится ли хоть одна прядь за черепа и драконьи головы, украшающие его пальцы? Он морщится, освобождая руку из своих жестких локонов, несколько оторванных волосков застряли в серебре.
— Как смотришь на то, чтобы потусоваться со мной в моем автобусе после шоу?
Откидываю голову назад, молясь о терпении и, выпрямившись, вижу, что Ансель с жаром смотрит на мою шею.
— Это код для «хочешь пойти трахнуться после того, как я закончу работу»? Потому что, должна сказать, я слышала это уже тысячу раз и если услышу снова, то натравлю Лорену Боббит [8] на ближайший пенис.
Лицо Анселя становится невероятно бледным, и он обхватывает руками свое барахло.
— Хорошего шоу.
Я обхожу Анселя и задаюсь вопросом, действительно ли все мужчины думают только о том, куда бы засунуть свой член в следующий раз. У меня что, на лбу написано «ИСПОЛЬЗУЙ МЕНЯ»? Или может прилеплена записка на спине? Мой пульс бьется слишком быстро, что кружиться голова. Останавливаюсь у ближайшего столика, переношу вес тела и делаю глубокие, успокаивающие вдохи, чтобы восстановить равновесие.
Теплая рука накрывает мою. Я моргаю сквозь головокружение, глядя в два озера обеспокоенных голубых глаз.
— С тобой все в порядке?
Райдер.
Отдергиваю руку и прячу ее за спину, чтобы парень не смог взять ее снова. Райдер делает шаг назад.
— Выглядишь так, словно вот-вот упадешь в обморок. Я просто пытаюсь помочь.
— Ну, не стоит.
Беспокойство переходит в замешательство, а затем в негодование.
— Ладно.
Как раз в этот момент двойные двери распахиваются, открывая группу крупных мужчин, все одетые в черное, за исключением одного в белой рубашке поло и брюках, который возглавляет процессию. Когда тела расступаются, я вижу Джесси посередине, прижимающего телефон к уху. Он находит глазами Райдера, затем меня, поднимает подбородок и отрывается от группы.
 
— Так и сделаю, детка. Позвоню по FaceTime после шоу. Я так сильно тебя люблю. — Джесси издает звук поцелуя, заканчивает разговор и засовывает телефон в задний карман. Он переводит взгляд с меня на Райдера и ухмыляется. — Хорошо, кто из вас пострадал на этот раз?
— Эй, Джесси! — Ансель подбегает и просовывает свое тело между Райдером, мной и супер-знаменитостью. Он протягивает руку, чтобы дать Джесси пять, но Джесси засовывает руки в карманы. Парень быстро оправляется от отказа, хлопнув в ладоши. — Ты должен прийти потусоваться с нами в нашем автобусе после шоу.
Я изумленно смотрю на него.
— Подожди, ты только что попросил меня пойти с тобой в твой автобус после шоу.
— Он тебя об этом просил? — Это сказал Райдер, у которого челюсть так сжата, что желваки дергаются.
— Ух ты, — говорит Джесси. — Я не против бисексуальности, но члены не для меня.
Ансель неловко смеется.
— Нет, чувак, я просто подумал, что мы могли бы потусоваться вместе, выпить пива. — Его глаза расширяются, когда тот понимает, что сказал. Информация о трезвости Джесси не является секретом, и, очевидно, что у Анселя случился кратковременный провал в памяти. — Э-э… — Он кивает головой в мою сторону. — Приведи ее. Может быть, мы могли бы показать ей, как нужно расслабляться.
Сексуальный намек был ужасно передан, но, тем не менее, присутствовал. Я открываю рот, чтобы защититься, когда Райдер встает передо мной и неловко приближается к Анселю.
— Она гостья Джесси, прояви немного гребаного уважения.
— Черт, чувак, успокойся. Я просто пошутил. — Я не могу видеть Анселя из-за большого тела Райдера, но слышу, как его ботинки шаркают прочь.
— Кто этот парень? — спрашивает Джесси, наблюдая за его отступлением.
Райдер, должно быть, понимает, что стоит очень близко ко мне, потому что быстро отходит в сторону.
— Это Засранец Хармон, басист из «Темпест Блейд». Он был с нами в туре последние три недели, Джэс. — Он хмуро смотрит парню в спину, как будто надеется сжечь его внутренние органы через спину.
— Его зовут Засранец? — Джесси говорит так искренне, что я чувствую, как кривятся мои губы. — Что за люди называют своего ребенка Засранцем?
— Ага. Его братья — Анус и Говнюк, — бормочет Райдер.
Смех раздается так неожиданно. Звуки, которые срываются с моих губ, напоминают гиену, но я не могу себя контролировать.
Когда замечаю, что Джесси и Райдер уставились на меня, я успокаиваюсь. Не сразу конечно, требуется время, чтобы стряхнуть остатки моего веселья, но я должна принять то, что только что наделала.
У Райдера такой взгляд, будто сто вольт электричества прошло прямо через его грудь. Джесси, с другой стороны, выглядит скорее любопытным, чем ошеломленным, скорее развлекающимся, чем обескураженным.
Тишина такая давящая, поэтому я указываю на свою левую щеку, чтобы ответить на очевидное.
— Ямочки. Я знаю, что они немного дезориентируют.
Райдер медленно моргает, словно пытаясь переварить мои слова.
Мне хочется стонать, вздыхать, кричать. Всю мою жизнь мне говорили, что я должна больше улыбаться, что, когда не улыбаюсь, то выгляжу кровожадно, а когда улыбаюсь, то словно освещаю комнату. Эти люди не ошибаются. Когда я не улыбаюсь, то могу держать их на расстоянии, но не дай Бог, что-то заставит меня рассмеяться…
— Кто это? — Мужчина в рубашке поло подходит к Джесси и смотрит на меня так, словно я предмет мебели. Он невысокого роста, у него темные волосы и седеющие бакенбарды, а щеки обвисли, как у бульдога. — Кто ее впустил? Я не одобрял никаких фанаток за кулисами. Откуда у нее пропуск? — Он щелкает пальцами одному из здоровяков в черном. — Проводи ее. Запретите вход в здание.