Нет грешным покоя (СИ)

— Кого я вижу, Снейп собственной персоной! — легкий прищур с холодным голосом не смогли скрыть чертей на дне глаз. — Мистер считает себя настолько крутым, что решил устроить себе дополнительную неделю каникул?
— Вы плохо осведомлены о моем досуге, мистер Мальсибер, эта неделя была самой скучной и пресной за всю мою жизнь. Хотя что еще можно ожидать от больницы. Это вам не курорт, — Сев ловко приземлился между товарищами и подцепил себе на тарелку жирный кусок курицы. После еды, что подавали в лечебнице, организм требовал чего-то вредного, жареного, со специями.
— Ты был в Мунго? — воскликнул Розье, но Северус, тонко улыбнувшись, предупредительно прижал палец к губам.
— Господа, поговорим обо всем вечером, нам ни к чему лишние уши.
— Хорошо. Мы рады, что ты снова с нами, Снейп. А то тут слух прошелся, что ты умер.
Он взглянул на своих друзей и коротко хмыкнул. До истины было недалеко.
После обеда он столкнулся со старой знакомой. Лили Эванс молча бросилась на шею Северуса, отчего тот опешил от подобной детской непосредственности, граничащей с фамильярностью, и крепко обняла.
— Сев, где ты пропадал? Ты меня напугал! Я тебя всю неделю искала.
— Лили, ты заметила? — он несказанно удивился, ведь в последнее время они редко пересекались с этой рыжеволосой ведьмой.
— Дурак ты, — та шутливо ткнула его вбок, — ты же не Мародер, чтобы пары пропускать. И тем более, я уверена, что будь ты хоть на смертном одре, ты бы приполз на Древние руны и зельеварение.
— Ты меня переоцениваешь. Учитывая, что я был в Мунго. С анемией, — стремительно добавил Северус, увидев испуганный взгляд, — с простой магловской анемией.
— Бестолочь, — Лили покачала головой.
В этот миг ее окликнула однокурсница, и она, извиняюще улыбнувшись, удалилась прочь.
В библиотеке же Северус столкнулся с Пандорой. Та удивленно подняла на него пронзительно-синие глаза и склонила голову набок.
— Я тебя не узнала.
— Я так сильно изменился?
Она слегка кивнула.
— Твоя аура. Она немного другая. Раньше было много темно-голубого, а сейчас она темно-красная. Как кровь. И мутные пятна на груди. Они будто горят и колются. Это признак гнева и ненависти. Хотя, когда цвета накладываются друг на друга, сложно о чем-либо судить.
— Почему? Что это значит?
К словам Одли Северус всегда прислушивался, хоть со стороны они и звучали странно.
— Ты знаешь, что у человека две энергетические оболочки. Одна внешняя, показывающая, в каких условиях жил человек, каково было его окружение. Например, аура детдомовца будет сильно отличаться от того, кто жил с семьей, а поле здорового человека с крепкой иммунной системой будет отличаться от ауры человека больного. А есть еще и внутренняя оболочка, показывающая состояние души человека. Тут уже все будет зависеть от личности: стремится ли он к знанием или славе либо впадает в меланхолию, ведет за собой других или является ведомым. Но так или иначе, внешний слой и внутренний взаимосвязаны и влияют друг на друга.
— К чему ты клонишь?
— У тебя они независимы. Внешняя аура мало чем отличается от оболочек наших сверстников, ведь наши тела еще растут и развиваются. Но твоя внутренняя оболочка… очень плотная, как у взрослого. И только сильные душевные потрясения способны повлиять на ее изменение и даже полностью перекрасить. А душа детей очень пластична.
— И… давно ты это видела?
Северус затаил дыхание. Если Одли все это знала, то она могла сделать некие выводы. А если учесть, что она еще и слышала Великих, такой дар начинал пугать.
— Со дня нашего знакомства. И я рада, что ты мой друг. Потому что… многие считают меня чудачкой… А ты принял меня такой, какая я есть. И никогда не считал мои «странности» чем-то ненормальным. В трудную минуты именно ты пришел мне на помощь, я хочу ответить тем же. Так что, если ты доверяешь мне, расскажи, что случилось.
— Прости. Но я пока не могу рассказать.
— Понимаю, — Одли слегка кивнула, — некоторые мысли должны созреть, прежде чем делиться их плодами с другими. Но знай, я помогу тебе ободрить твой нездоровый дух!
 
— Что? — Снейпу показалось, что он ослышался.
Та же интонация, тот же спокойный голос. Он начал всматриваться в эти бездонные глаза цвета сапфира. Что-то в ее лице было неуловимо знакомое. Но что?
— Я помогу тебе поддержать твой слабый дух, добрый охотник.
Северуса прошил удар тока. Он замер, пораженный, и этого мгновения хватило, чтобы Пандора проскользнула мимо него и покинула библиотеку. Когда дверь за ней тихо прикрылась, он вздрогнул и опрометью бросился на выход, но в коридоре уже никого не было.
«Этого не может быть, — сердце Северуса бешено стучало, — как Она очутилась здесь?»
* * *
Следующие полгода прошли для Северуса в бешеном темпе. От изучения магловской программы он решил отказаться: ему хотелось еще глубже проникнуть в тайны магии, а науки простецов забирали слишком много времени. Тренируя беспалочковую магию и подтягивая свою физподготовку до уровня Охотника, он не забывал заниматься подготовкой к соревнованию юных зельеваров. На него еще и навалилось то, что после Мунго он попал в поле зрения директора, и теперь ему приходилось пару раз в неделю беседовать с Дамблдором в его кабинете. Альбус был человеком интересным и прекрасным ученым, с ним было занимательно вести беседы по поводу зельеварения с уклоном в алхимию и обсуждать свежайшие научные достижения. Директору было очень лестно, когда Северус нашел издание его научной работы по исследованию свойств драконьей крови и попросил в ней расписаться. Да и самого Альбуса радовал пытливый ум его юного собеседника.
Приготовление и продажа духов, зелий, алкоголя студентам шли полным ходом, ведь кроме денег это помогало Северусу развивать важный для алхимика дар контроля нескольких процессов, протекающих одновременно, да и в экстремальной ситуации приходилось находить решения оптимизации для буквально всего без потери качества, что не могло не влиять на развитие общего магического уровня.
Луна тоже не давала покоя. Йольские обряды и встреча с Королевой возложили на Северуса дополнительные обязанности по проведению ритуалов. Мало того, что он должен был проводить обряд на каждое полнолуние, так еще и Аннализа настоятельно рекомендовала ему найти иной путь в их мир.
Желание поскорее пройти Инициацию и стать полноценным Охотником подгоняло Северуса похлеще кнута и не позволяло ему хоть немного сбавить темпы. Времени катастрофически не хватало не то что на общение с друзьями, так даже на нормальную еду и сон. Однажды он до ужаса напугал Мародеров, столкнувшись с ними ночью в коридоре. Тогда парни решили, что столкнулись с призраком погибшего жуткой смертью студента, и убежали прочь, боясь, что привидение нажалуется мистеру Филчу на нарушителей. Снейп же тогда даже не понял, с кем столкнулся, и осознание происходящего пришло к нему только спустя некоторое время.
Когда наступила пора летних экзаменов, Северус лишь слегка удивился, почему отменили пары и они пишут какие-то тесты. Только на втором экзамене мозг догнал, что происходит, но паники не было: по сравнению с тем, что Снейп изучал в Выручай-комнате, вопросы экзамена были пустяком. Еще неделю ожидания результатов он ходил вокруг замка, пока остальные студенты отдыхали, с глазами филина, не веря, что учебный год кончился. За это время он так прикипел к учебе и своему убежищу, что не представлял, как проведет целых два с половиной месяца без всего этого, но тут же нашел ответ: подработка, подработка и еще раз подработка в Косом. Ведь экономический кризис, что гулял по Великобритании, никак не отразился на ее магической стороне.
Было и еще кое-что в лете, что несказанно радовало Северуса. Можно было совершить полноценное погружение в кошмар, не боясь, что утром придется бежать на пары, а значит у него будет чуть больше времени для разговора с Королевой.
Снейп сел в Хогвартс-Экспресс и мечтательно уставился в окно, пугая своей немного безумной улыбкой товарищей.