Ты мне снишься (СИ)

— Где ты? – из последних сил кричу я. — Хиро, где ты?
— Открой свои глаза. Проснись.
***
Я дергаюсь на своей кровати и хочу поднять голову, но не могу. Дышать очень трудно, что-то давит сверху. Начинаю дрыгаться сильнее и шарюсь руками по простыни, поднимаясь выше к лицу, но встречаю перед собой препятствие. Видимо, кто-то душит меня подушкой. Твою мать.
Проникаю руками под ткань и начинают отодвигать ее от своей головы ладонями, и у меня немного получается. Маленький поток воздуха сразу же проникает в рот, а затем в лёгкие, и я делаю тяжёлый рваный вдох, который так был необходим мне, чтобы оставаться в сознании, иначе я бы просто отключилась от нехватки кислорода.
Надавливаю сильнее и наконец скидываю этот мешок с синтепоном с себя, тут же приняв сидячее положение. Свет луны из окна освещает комнату, и я вижу кудрявую копну волос, которая выделяется на фоне штор.
— Сара? – хриплым рваным голосом говорю я, восстанавливая свое дыхание. — Ты совсем из ума выжала? Что это сейчас было?
Я слышу рык со стороны и поворачиваюсь на звук, увидев, как девушка оскалила выражение лица и кинула подушку в сторону, а в следующую секунду она вцепилась мне в волосы, повалив на пол. От неожиданности я опешила, не сумев никак на это среагировать.
— Тварь, ты мне все испортила! – она замахивается и ударяет меня по щеке. — Куда ты полезла? У меня почти все получилось.
Сара сжала мои руки своими бёдрами вдоль туловища, из-за чего я не могу ей помешать. Девушка вновь замахивается, чтобы дать мне еще одну пощёчину, но я поворачиваю головой, и она промахивается, попав мне по губе. Я облизываю их, а на языке остается металлический привкус крови.
— Больная, слезь с меня. – я пытаюсь вырвать кисти рук из-под ее ног.
— Гребанная ты скотина, он был почти моим. – она вопит во все горло, дергая мои волосы. — Тебе одного было мало? Шалава.
Кажется, крыша моей соседки окончательно съехала. В ее глазах мельтешат сотни эмоций, и в данный момент она по-настоящему пугает меня до чертиков. Сара начинает придушивать меня одной рукой, вцепившись когтями в горло, и это становится последней каплей. Я подгибаю ноги в коленях и ударяю ее в живот ступней, она расслабляет хватку и я вырываю свои запястья и убираю ее ладонь с шеи, вцепившись ей в плечи. Валю девушку на пол рядом с собой, а затем сажусь сверху, заломив руки над головой.
— Истеричка, успокойся. – хрипло говорю я, слизывая кровь с губы. — И объясни нормально, почему ты хотела меня убить?! Боже, это даже звучит абсурдно, а ты реально меня душила, пока я сплю.
— А ты не догадываешься?! Я считала тебя своей подругой, а ты оказалась конченной мразью, Ребекка. – она кричит так сильно, что мне приходится прикрыть глаза. Надеюсь, от этого шума никто не проснётся. — Ты знала, что он мне нравится и отбила его у меня, как самая настоящая крыса.
— Из-за Хиро, серьезно? Тебе пора в дурку, подружка. У тебя уже маниакальная одержимость. Ты на учёте случайно не состоишь? Неуравновешенная.
— Я люблю его. – из ее глаз начинают градом течь слёзы, и на мгновение мне даже становится ее жаль. — А он выбрал тебя. Хотя я в сто раз красивее и лучше.
— Сара, это не похоже на любовь, ты, по-моему, всего навсего сходишь с ума. Может, врача?
— Врач понадобится тебе, когда я разобью твою физиономию об этот пол. – она снова кричит, как ненормальная и хватает меня за волосы, спихнув с себя. — Я прибью тебя, стерва!
Мы начинаем кататься по ковру: Сара в попытках ударить меня, а я в попытках защититься от неё. Не хочу ее бить, но если она не прекратит, то придётся ей хорошенько вмазать по курносому носику, хотя я не одобряю физическое насилие в любом его проявлении, но у меня просто нет выхода, эту психичку надо хоть как-то привести в чувства.
Ручка на двери со скрипом поворачивается, и в комнату проникает свет из коридора. Ее неадекватные вопли все же кого-то разбудили. Надеюсь, это простой ученик, с которым можно договориться, а не дежурный преподаватель или Бен, ибо если это кто-то из них, то у нас будут проблемы, и, что хуже всего, о нашей драке узнает вся школа.
— Что за фигня? – мужской обеспокоенный голос проникает в уши и в следующую секунду я перестаю чувствовать тело этой неуравновешенной рядом с собой.
Я наконец встаю на ноги и оборачиваюсь, увидев спину Хардина, который прижимает Сару к стене. Что он здесь забыл?
— Отпусти меня. – она горлопанит на весь коридор, и я быстренько подхожу к двери, закрыв ее, чтобы еще кто-нибудь не пришёл.
Девушка дёргается, как рыба, которую выбросило на сушу, а Скотт пытается ее удержать.
— Ты можешь так не брыкаться? Или я сожму сильнее.
Сара начинает шипеть, когда Хардин вдавливает ее сильнее, чтобы она не ударила и его. Затем он поворачивается в мою сторону, пройдясь взглядом по мне, остановившись на лице.
— Я слишком много выпил или вы действительно дрались? – хрипит он.
— Зачем ты пришёл ко мне посреди ночи? – я подхожу ближе.
— Хотел поговорить с тобой. – Скотт поворачивает голову, взглянув в мои глаза, а я отвожу их в сторону.
— А ты еще не все сказал? – я вскидываю бровь.
— Ребекка, я… – он начинает говорить, но Томпсон прерывает его своей, вновь накатившей, истерикой.
— Она ещё недостаточно получила. – кричит Сара. — Дай закончить, рогоносец!
— Как ты меня сейчас назвала? – зло спрашивает Хардин.
— Так ты не только рогатый, ты еще и тупой? Теперь понятно, почему она вцепилась в твоего брата.
— Лучше заткнись, пока есть возможность, с тобой я точно церемониться не собираюсь. – Хардин сильнее сжимает ее руки и из девушки вырывается писк.
— Ты бы с ней так не церемонился. Что вы нашли в этой курице? Она тебе изменила, а ты тут как тут, нарисовался. Лучше бы прибил ее за все хорошее. – Сара мотает головой, с шумом рыдая и пытаясь вырваться. — Отпусти, я хочу придушить эту шлюху.
Хардин затыкает ей рот своей ладонью и сильнее вжимает в стену.
— Если бы у тебя был член, то вместо твоего лица сейчас было бы кровавое месиво, смекаешь? – грозно шипит он. — Просто радуйся, что родилась девочкой и помалкивай, иначе тупой рогоносец и про это забыть может.
Затем он придвигается к ней ближе и начинает что-то тихо шептать, но я не могу расслышать не единого слова. Это каким-то образом влияет на девушку, что она перестаёт сопротивляться, а в глазах появляется страх.
Кудрявая начинает бесшумно плакать, но уже ничего не произносит и не кричит, после того, как парень отпускает ее. Я стою в оцепенении, стараясь ничего не говорить, пребывая в подвешенном состоянии от всего произошедшего.
У меня такое чувство, будто я стою в помещении, которое наполнено газом, и всего одна искорка может привести к взрыву. Чувствую себя той самой искрой, из-за которой произойдёт катастрофа. И, в последнее время, меня слишком часто накрывает это ощущение.
Хардин достаточно близко подходит ко мне и я чувствую запах алкоголя, который исходит от него. Кажется, я упустила тот момент, когда он успел пристраститься к спиртному. За всю нашу дружбу он был пьяным ровным счетом ни разу и даже не притрагивался к высокоградусным напиткам, а за пару недель он напивается и заявляется ко мне уже второй раз.
— Давай поговорим. – тихо произносит он, смотря на меня исподлобья. — Пожалуйста.
Я легонько киваю, согласившись на его предложение, в надежде на то, что мы наконец сможем поставить жирную точку и больше не будем возвращаться к ссорам и вечным спорам. Подхожу к ванной комнате, включив свет, и открываю белую дверцу, встав около неё, чтобы брюнет прошёл вперед. Он размеренным шагом входит, запустив руку во взъерошенную копну своих коричневых волос и я захожу за ним, закрыв дверь, чтобы оказаться от Сары настолько далеко, насколько это возможно в тех условиях, где мы находимся.
Отхожу к раковине, оперевшись пятой точкой об неё, а Хардин встает напротив меня рядом со стиральной машинкой.
Он молчит, не произнося ни слова, просто громко дышит и разглядывает меня, и, если честно, это начинает настораживать, а в ванной становится слишком жарко от напряжения и волнения.