Ты мне снишься (СИ)

Мои легкие наполняет такой желанный и нужный мне свежий воздух, а я с наслаждением продолжаю глубоко его вдыхать.
А тут не так плохо, как мне показалось на первый взгляд из-за чрезмерной охраны.
Кампусы вблизи выглядят безумно уютно. Кроваво-вишнёвый кирпич, в сочетании с белой крышей и окнами, облицованными резной фреской, смотрятся довольно неплохо.
— Ну, как тебе? — прикатив мой чемодан, спрашивает мама, приобняв за плечи.
— Мне нравится. — улыбнувшись, говорю я.
— Ребекка, мне надо будет подготовиться для торжественной речи, ты же справишься сама с распаковкой вещей и так далее? — виновато произносит мать, чем снова меня удивляет.
— Д-да, все в порядке. Я справлюсь. — запнувшись, проговариваю я. — Удачи.
— Спасибо, доченька. — поцеловав меня в висок, она поцокала на своих каблуках к большому белому зданию, которое находится сзади всех корпусов.
Смею предположить, что это будет актовым залом или чем-то наподобие этого.
Я снова осматриваюсь вокруг себя, замечаю ещё пару заезжающих машин. Скоро их будет очень много. Мы с мамой приехали раньше, чем надо, из-за того, что она является одним из главных спонсоров, поэтому народу пока совсем нет. Вокруг тишина.
Мой взгляд падает на идеально ровный газон, потом в глаза бросаются потрясающе выстриженные кусты, которые словно измерены линейкой и не отличаются друг от друга ни на миллиметр, далее идут стоящие в ряд скамейки, на которые еще никто не садился. На асфальте нет ни единого листика или фантика. Все просто вылизано до блеска.
Хватаюсь за ручку своего чемодана и качу его ко входу. Наверху красуется надпись «Greenwood: twelfth parallel», которая говорит о том, что в конкретно этом доме будут жить только выпускники.
Я распахиваю дверь, и попадаю в холл. Все вокруг светлое и красивое, через большие окна попадает много света, поэтому все выглядит уютно.
— Доброе утро. — резкий звонкий мужской голос сбоку пугает меня, и я подпрыгиваю на месте, хватаясь за сердце. — Простите, мисс, я вас напугал?
— Да, немного. — я поворачиваю голову и вижу перед собой парня, довольно-таки молодого, в серой униформе и с серебряным бейджиком в районе груди, но из-за того, что он стоит далеко, я не могу разглядеть, что там написано.
— Бен Симонс. Я ваш консьерж, но вы можете называть меня просто Бен. — вежливо произносит он и тянется за планшетом. — Мне нужно узнать ваше имя, чтобы сказать, какая комната за вами закреплена, мисс.
— Воу, неожиданно. — вслух произношу я, искренне удивляясь, что у каждого корпуса есть «вахтёр». — Ребекка Эванс.
— Так… Ребекка Эванс… Да. — он водит пальцем по экрану, разговаривая сам с собой. — Все верно, у вас комната на четвертом этаже, в левом крыле здания, она самая крайняя. Номер 13G11.
— 13G11…Хорошо, я поняла, спасибо.
— Простите, я бы помог с чемоданом, но я не имею права покидать рабочее место, тем более во время заезда.
— Я справлюсь, ничего страшного.
***
Я еле как прошла два этажа, с трудом затащив этот баул. Катить его конечно классно, но не поднимать по лестницам. По ним я сама с трудом хожу, не то что с лишним грузом. Моя спина и руки скоро отвалятся, но мне осталось подняться лишь с третьего на четвёртый.
Господи, почему здесь нет лифта?
Почему меня поселили не на первом этаже?
Хождение по лестницам точно не входит в число моих любимых занятий.
Передо мной снова выстраивается ряд ступенек, и я с трудом вскарабкиваюсь на первую, истошно пыхтя.
Я облокачиваюсь о стену и пытаюсь отдышаться, но вдруг я перестаю чувствовать рукоятку в своих ладонях.
Боже, только не говорите, что он свалился.
Я с трудом открываю глаза, и вижу перед собой чёрные ботинки и джинсы, которые порваны на коленях, ползу глазами выше, натыкаясь на обтатуированные руки и чёрную футболку. Хардин.
Боюсь поднимать взгляд, и посмотреть на его лицо. Нет, я знала, что мы обязательно сегодня увидимся, но я не думала, что это произойдёт так рано.
Он молча, не сказав ни слова, берет мой чемодан, и без особых усилий тащит его наверх. Только спустя несколько секунд я начинаю идти следом за парнем, пытаясь его догнать.
— Какая комната? — поравнявшись с ним, он очень грубо задаёт вопрос мне.
— Если это тебя так раздражает, то я бы и сама донесла всё. Возможно, через час, но донесла. А хамить можешь кому-нибудь другому, Хардин. — с упрёком произношу я.
— Уж извините, что я не такой воспитанный, как некоторые. — он испепеляет меня взглядом, и мне хочется зажаться в угол. — Твой любимый Хиро приедет с мамой только к открытию, поэтому придётся потерпеть меня.
— Зачем ты это все начинаешь? О нем сейчас даже и речи не шло, хватит.
— Ты скажешь, куда мне его нести или я сам должен догадаться? — все так же рычит парень.
— Левое крыло, самая последняя дверь. — вполголоса, и с обиженной интонацией, проговаривая я.
Ловлю себя на мысли, что действенно лучше бы вместо него я встретила Хиро. Или Митчелла. Или Оливера. Да кого угодно, кто бы мог помочь, но при этом не смотреть на меня, как на врага народа.
Зеленоглазый ставит чемодан около двери и выжидающе глядит на меня.
— Что? — я складываю руки на груди.
— Хочешь, чтобы я первый в твою комнату зашёл?
— А, ты об этом? Да мне без разницы, если честно.
Брюнет дергает за ручку и дверь открывается. Комнатка небольшая, но места в ней для двоих предостаточно. Она чуть меньше моей, но главное, чтобы соседка попалась нормальная.
На тумбе я замечаю две связки ключей, одна для меня, а вторая для девушки, которая пока не приехала.
Плюхаюсь на кровать с бледно желтым покрывалом, только потому, что оно мне больше понравилось, чем то розовое, и все мое тело моментально расслабляется.
— Куда поставить? — спокойно произносит Хардин.
— Вау, ты даже так разговаривать умеешь? — с сарказмом говорю я. — Поставь к шкафу.
Он послушно выполняет мою просьбу и садится на противоположную кровать, начиная разглядывать меня с ног до головы.
— Как ты вчера добралась до дома?
— А разве тебя это волнует?
— Что за глупый вопрос?! — Хардин повышает голос. — Конечно меня это волнует.
— Именно поэтому ты меня вчера кинул, да? По-моему тебе вообще было все равно! — я тоже взрываюсь в ответ.
— Нет, Ребекка, это не так. Если я тебе сейчас кажусь злым, то тогда я был просто в бешенстве. — он вскакивает с кровати и быстрыми шагами пересекает расстояние между нами, садясь на пол напротив моего лица. — Я старался сделать как лучше.
— Мне сейчас послышалось? — я приподнимаясь на локтях. — В каком, мать твою, месте ты старался? Скажи мне! Ты же просто сбежал. От проблем, от разговора, от меня.
— Прости. — он опускает лоб на матрас.
— Одним словом ничего не исправишь. — я мотаю из стороны в стороны головой, не на шутку разозлившись. — Зачем вообще надо было начинать эту драку? Кулаки зачесались, да? Хиро ничего такого не сделал, чтобы заслужить к себе такое отношение. Между нами ничего нет, ты слышишь меня?
— Между кем ничего нет? Между тобой и Хиро или между тобой и мной?
— Ты идиот?
— Видимо да.
— Конечно между мной и Хиро. Хардин, пожалуйста, прошу тебя, если тебе в следующий раз опять что-то покажется, то сначала поговори, а потом уже руки распускай. Точнее, вообще не распускай!
— Ты так переживаешь за него, очень мило. — с отвращением рычит он и встаёт на ноги.
— Почему ты вечно ищешь какой-то подвох? У тебя фингал под глазом и губа разбита. Он ведь тоже дает тебе отпор, не надо создавать самому себе проблем.
— Он заслужил.
— В каком месте?
— Потому что нельзя трогать мое. — шипит брюнет.
— Я не кусок мяса, ты слышишь? — на глаза уже начинают наворачиваться слёзы.
— Ответь мне честно, вы трахались с ним?
— Ты… Да как ты… Что с тобой происходит? — первые слезинки капают из глаз, скатываясь по щекам.
— Это не ответ, Ребекка. — чеканит Хардин, а его голос бьет по ушным перепонкам. — Что за истерику ты разводишь? Подотри свои сопли и ответь на вопрос, который я задал.