Мы, рейнджеры (СИ)

— А у меня, значит, умные прям! — расхохотался Дот-Койот. — Да говорю ж — пучок все! Даже лучше на самом деле, — он тряхнул рыжей челкой и без обиняков припечатал: — Ты шибко умный поц. С тобой было бы трудно. А Гай своячел!
— Ну вот и славно, — искренне рассмеялся я в ответ и достал из шкафа глубокую миску: мясо для Ти-Рекса уже должно было разморозиться. — Классная у тебя посудина. Судя по году выпуска, я представлял нечто более поношенное и со всех сторон залатанное.
Это правда. Просчитывая варианты и склоняясь к контракту с Дот-Койотом, я даже прикидывал, через сколько месяцев я смогу взять кредит и где лучше купить новый транспортник. А на деле махина Дот-Койота выглядела, как будто только-только со стапелей. И, судя по всему, летала она быстро.
— Мои руки не для скуки! — Дот-Койот весело мне подмигнул. — Если надо че подчинякать — свисти. И не боись, даже такую накрученную посудину не испорчу, — он похлопал “Странника” по переборке.
— А и позову! — согласился я. — Не сейчас, может, через годик-другой. Надо будет уже заняться переделкой моей половины.
Вот так, Оби-Ван, и принимаются судьбоносные решения — спонтанно. Пока мы не начали разговор с Дот-Койотом, я и не думал избавляться от балдахинов и гобеленов. А теперь в голове и четкий план помещений созрел, и я мысленно прикинул, сколько денег смогу на апгрейд ухнуть.
— Зашито! — объявил Док-Койот и протянул мне руку для закрепления сделки.
— Заметано, — вырвалось у меня автоматически, и я схватился за его мозолистую ладонь.
— Э! — Дот-Койот укоризненно нахмурился. — Заметано — это белыми нитками сшито! А мы типа начерно уже договорились, да?
— Да, — без колебаний ответил я, даже не пытаясь разобраться в хитросплетениях чужой логики. — Договорились.
— Эй, вы нас кормить будете или сами решили все сожрать? — сначала послышался рев Гай-Хи, а потом он сам явился на кухню. И заполнил ее собой всю.
— Готовченко, — объявил Дот-Койот и сунул в лапищи Гай-Хи миску с салатом. — Тарань на всех.
Сам Дот-Койот соорудил невероятную пирамиду из противня со стейками, каких-то мисок, тарелок и плошек и пошел вслед за Гай-Хи. Я замкнул их процессию с миской мяса для Ти-Рекса в руках.
  
Глава 14
 
Путешествие в компании оказалось мало чем отличающимся от путешествия в одиночку — общаться-то мы не могли. Это Светокрылу было весело часами перемигиваться с товарищами, а мы со Стиг-Роем и Ти-Рексом снова были одни.
— Вы там песни что ли поете? — поинтересовался я однажды, когда Светокрыл все-таки почтил нас своим присутствием.
— Почти, — уклончиво ответил тот. — Скорее, мы делимся впечатлениями. Кстати, именно этой части знаний не хватает в мемоядре, — заметил он. — Возможно, это потому, что до контакта с людьми рассекатели их почти не испытывали.
— И что? — я уселся на бордюре рядом с выкопанным кустом какой-то ароматной травы. — Что рассказывают твои собратья?
— Златокрыл почти ничего, а вот остальные делятся охотно, — Светокрыл присел рядом. — Взмаху поначалу было трудно, его утомляла излишняя наполненность ментального поля. Но сейчас он проникся и даже согласился с выбранным Зу-Янгом визуальным образом.
— Неудивительно, — заметил Стиг-Рой. — Он ведь давно хотел заключить контракт. В итоге он всем доволен?
— Более чем, — улыбнулся Светокрыл. — Люди его восхищают. А в Май-Лиссе он буквально души не чает.
— В ней все души не чают, даже Дот-Койот проникся в итоге, — заметил я.
Да, к концу завтрака, для которого Дот-Койот собственноручно напек блинчиков и получил за них столько похвалы, что едва не загорелся от смущения, этот увалень малость пообвыкся. И даже сумел более или менее внятно ответить на вопрос Май-Лиссы по поводу марок скафандров.
И все равно, пока что в наши с Гай-Хи уверения, что он вполне нормально разговаривает, хоть и странно, никто особо не верит.
— А как насчет рассекателя Ша-Рипа и Ли-Суен? — поинтересовался я раньше, чем Светокрыл решил, что беседа себя исчерпала, и можно вернуться в реальность. — Как его зовут в итоге?
 
С именами рассекателей все было сложно. Конечно, у них были свои имена, выражавшиеся в последовательности световых сигналов, но “мирское”, человеческое имя каждый из них выбирал себе сам после слияния. Исключением стал все тот же Взмах, который годами кружил вокруг Земли, общался с другими рассекателями и людьми — специальные приборы коммуникации давно уже были изобретены — и выбрал себе подходящее имя с помощью людей из Департамента.
— В итоге он остановился на "Турбо", — ответил Светокрыл. — На наш со Златокрылом взгляд несколько… фривольно, — он посмотрел на Стиг-Роя. — Я выбрал правильное слово?
— Даже если и нет, я вроде понял, о чем ты, — вместо Стиг-Роя ответил я. — Простовато и недостаточно грандиозно. Но прежде всего имя должно нравиться его носителю.
— О, Турбо очень доволен именем, — поспешно заверил меня Светокрыл. — А еще ему бесконечно нравятся замки. Он говорит, они до сих пор наполняются.
— Кстати, ты извинился перед Ша-Рипом? — со смешком поддел меня Стиг-Рой. — За “типовые коридоры”?
— Чего? — от неожиданности я чуть не свалился с бордюра. — Было б за что извиняться, даже сам Ша-Рип предположил бы именно такой замок, спроси я его об этом до слияния. Мой личный тоже сильно отличается от этого, — я показал выпачканной в земле рукой на виднеющийся в конце парка дворец.
Да, кстати, я научился держать руки грязными. Оби-Ван, ты себе не представляешь, как это оказалось трудно в слиянии, ведь о комочках земли надо было постоянно думать. Чуть отвлекся — и все, руки снова чистые, как и ботинки с коленками.
— А мы ведь так и не попробовали, — неожиданно заинтересовался Светокрыл. — Выйти за пределы этой части и посмотреть, что в итоге “изобразит” только твое сознание.
Эта мысль зрела уже давно, но мы все были не уверены, что, если, так сказать, выйти за пределы карты, сработает именно подсознание, а не воображение.
— Пока меня устраивает то, что есть, — я не врал. После переделки и еще нескольких волн незначительных изменений замок стал максимально комфортным для меня. А уж побережье и океан — вообще восторг. — Хотя, конечно, интересно, остановился бы я на Храме джедаев или Винтерфелл бы соорудил.
— Голосую за джедаев, — улыбнулся Стиг-Рой.
— Знаешь, я бы проголосовал за это в самом начале, — протянул Светокрыл, странно на меня глянув. — Но сейчас… Имя Оби-Вана звучит все реже.
Я оторвался от своего занятия — процесса обрывания старых листьев с куста — и посмотрел сначала на Светокрыла, потом на Стиг-Роя.
Лишь затем прислушался к себе. Покопался в памяти.
Нет, Оби-Ван по-прежнему был рядом. Мы со Светокрылом регулярно наряжались в джедайские робы и бились на мечах. Но изливать Оби-Вану душу мне требовалось все реже.
И этому было целых две причины: во-первых, теперь у меня было целых три собеседника. А во-вторых, и вот эта мысль меня ужасно напугала — поводов стало меньше. Я больше не возмущался несправедливостью мира, а принимал этот факт как должное.
— Убейте меня гироскопом, я что, старею? — шепотом спросил я. — Вроде ж не должен так быстро с учетом слияния.
На это Стиг-Рой громогласно рассмеялся и обнял меня за плечи.
— Это называется “взрослеешь”, — заметил он. — С чем тебя и поздравляю.
— Только не проси отрастить тебе бороду, — в свою очередь улыбнулся Светокрыл. — Это будет ужасно.
— Зато какой фурор произведу, когда вылезу из ложи, — рассмеялся я, испытав нехилое облегчение.
Применять к себе глагол "взрослеть" тоже было страшновато, но все лучше, чем "стареть". Ну потому что, в отличие от стариков, взрослые способны на авантюрные безумства. Для первых это словосочетание обычно означало, что деменция подкралась незаметно.
Кстати, а почему ее до сих пор не научились лечить? Генные, аутоиммунные, онкологические заболевания давным-давно взяты под контроль, а омолаживать разум так и не могут.