Синдикаты на краю империи (СИ)
Размышляя таким образом, я ехал домой.
Экскурсия на полигон подошла к концу, нашу группу высадили возле гимназии. Ребята притихли — большинству не понравился результат тестирования. Изредка я ловил на себе оценивающие взгляды.
Когда все начали разбредаться по домам, куратор Райнер окликнул меня по имени.
— Сергей, на минутку.
Что интересно, Игоря задерживать не стали.
Я замедлил шаг.
— Подбросить тебя? Где живёшь?
Провокационный, мать его, вопросик.
— Я в библиотеку хотел съездить.
Ляпнул первое, что пришло на ум.
— В какую?
От общения с Райнером не отвертеться.
— Губернаторская.
— Это в центре? На Тимирязевской?
— Угу.
— Мне в ту сторону. Садись.
Машина у Райнера была под стать своему владельцу. Угловатый, но весь какой-то укреплённый монстр с высокой посадкой, мощными колёсами и кенгурятником. Чем-то мне этот зверь напоминал «гольф кантри» из прежней жизни. Вживую я эти модели не видел, только в кино — «железный занавес» всё-таки. Зато потом, уже после распада Великого и Могучего, столкнулся, вы не поверите, в Австралии.
На капоте я заметил изображение стилизованной медвежьей лапы. Сзади — крепление с запаской. И да, вместо крыши натягивающийся брезент, так что в жару можно превратить это извращение в кабриолет.
Нижняя часть джипа, колёса и борта были заляпаны грязью.
— Помыть надо, — буркнул неуловимый куратор. — Нравится?
— Круто выглядит.
— Не важно, как выглядит, — пробухтел Райнер, усаживаясь за руль и щёлкая блокиратором пассажирской двери. — Это «Урал-24» с двухлитровым движком. Ты посмотри, рама какая. Для гор — самое то.
Ты ещё скажи, подумал я, усаживаясь на переднее сиденье, что он сто двадцать лошадей выдаёт. Нереальное для вашего времени достижение.
— Сто двадцать пять эл-эс, — с гордостью сообщил куратор, вставляя ключ зажигания. Чем оправдал мои самые мрачные прогнозы. — Пристегнись. У тебя с этим явные проблемы.
Я послушался.
В чужой монастырь, то есть машину, не надо лезть со своим уставом.
Мы съехали с тротуара и понеслись в направлении Судьбы. В дожди этот перекрёсток сильно подтапливает, но сегодня погода норм.
— А что в библиотеке-то забыл? — как бы невзначай поинтересовался Райнер. — Я думал, ты круглые сутки на ножах с кем-то дерёшься.
— У меня ж потеря памяти, — делаю скорбное лицо. — Иногда почитываю газеты, а то не понимаю, что вокруг происходит.
— Ясно, — кивнул Райнер, проскакивая на полной скорости мимо старушки на «зебре». Та профессионально уклонилась, пропуская психа. — Так вот, отклик у тебя приличный. Не рекорд, но и не полное днище. Этот параметр, кстати, улучшается.
— Правда? — уже ясно, куда он клонит.
— Да. И мне показалось, что ты заинтересовался мехами. А тут такое дело… надо любить эти машинки. Чувствовать их. Смекаешь? Тогда появятся шансы стать хорошим пилотом.
— А зачем оно мне?
— Престижно, — начал перечислять Райнер, перестраиваясь в соседний ряд. — Платят хорошо. По меркам любого кланового центра. Не сразу, само собой. Испытательный срок, затем присяга и учебка, первый контракт. Три категории, включая высшую. Куча доплат. За выслугу лет, квалификацию, боевые награды…
— Можно погибнуть на войне, — резонно замечаю я.
— Я тебя умоляю. Мы сейчас воюем только на Каспии с иранцами, да и то конфликт замороженный. Не тянет Халифат финансово, не те нынче времена.
Да уж. Приближаются «восьмидесятые». Значит, должен быть свой Афган. Не такой, правда. катастрофичный для империи, как в моём альтернативном прошлом.
— И что мешает Эфе меня туда забросить?
— Ничто не мешает, — пожал плечами куратор. — Но там сейчас ограниченный контингент застрял. Эскалация не планируется. Правящий Дом справляется и без нас, мобики им не нужны.
Хоть что-то радует.
— А когда в гимназии аттестат получишь и учебку пройдёшь… Может, всё и закончится. К тому идёт.
Пожимаю плечами.
Надо бы освоить пилотирование, но соскочить с контракта. Все империи живут по общему принципу — постоянный захват территорий и приграничные заварушки. Завершится мясорубка на Каспии — начнётся ещё что-нибудь. Бесконечный круговорот.
— В общем, пока ты в гимназии, думай, — инструктор включил продаванскую незаинтересованность. — Я веду факультатив по пилотированию. Никаких обязательств. Учишься, присматриваешься. К тебе присматриваются. Да, чуть не забыл. Мехи — один из самых быстрых путей, ведущих в клан.
Я знал, что это услышу.
Высадив меня у Губернаторской муниципальной библиотеки, Райнер тут же газанул, сорвался с места и умчался в закат. Этот тип патологически не умеет ездить медленно в городской черте. И ведь не сбивает никого…
Потратив два часа на библиотеку, я ушёл оттуда недовольным. Про Чёрное Око — лишь отдельные упоминания в прессе. Мне выдали старые газетные подшивки и карточку с указанием нужных выпусков и страниц. Всякий раз это была криминальная хроника, где полицейские расследовали преступление и намекали на след «бунтовщиков». Мне удалось обнаружить отсылки к принципам Ока и истории его основания. В нескольких версиях, ибо точных сведений в открытом доступе нет.
Вернувшись в пансионат, я сразу понял, что намечаются проблемы.
На шею мне бросилась заплаканная Джан.
— Серёжа, помогииии…
Мне ничего не оставалось, как обнять девушку, которая усиленно заливала моё плечо слезами. В голове крутились самые дикие предположения. Атака на Бродягу, Федя выпал с балкона, потеря денег в игорном доме… Да что ж могло приключиться такого в моё отсутствие?
Отстраняю морфистку от себя.
— Рассказывай.
— Вот, — Джан сунула мне в лицо растопыренную пятерню. — Видишь?
— Что я должен увидеть?
— Ноготь отвалился!
И действительно.
Накладные кусочки пластика присутствовали везде, кроме указательного пальца. И это безобразие настолько обескуражило мою соседку, что…
Ладно, попытаюсь вникнуть в ситуацию.
— Как это произошло?
— Ну, я салат нарезала и… зацепила ножом. Сунула под горячую воду… он и того… отвалился.
— А под горячую зачем?
— Да случайно получилось!
Из кухни донёсся голос Фёдора:
— Она эти штуки обычным клеем приклеивала! Я ж говорил, не будет это работать!
— А ты видела, как это у нас делают? — поинтересовался я, скидывая ботинки.
— Да там какая-то жесть, — всхлипнула Джан. — Слоями что-то намазывают, в лампе каждый палец высушивают… Куча химии непонятной… Сложно ведь!
— Угу.
Хочется сказать, что я предупреждал.
— А ещё… вот.
Мне вновь ткнули в лицо когтистыми пятернями.
— Как тебе такое?
Накладные пластины выглядели безобразно. Я не сразу понял, в чём прикол, но потом догнал. Сами ногти отрасли, и нижняя граница накладок сдвинулась.
— Их снимают раз в три недели, — в голове всплыло ценное знание. — И новые лепят.
— Я ж не знала!
Фух.
Лучше бы ты, подруга, уроки делала или выполняла задачу, поставленную перед нами Администратором. Искала в чужих снах Компас. А то расходуется ценный ментальный ресурс на всякую ерунду…
— Надо их снять, — уверенно заявил я. — И больше не клеить.
— Я говорил! — послышался ехидный голос Фёдора.
— Как? — всхлипнула Джан. — Там надо палочками какой-то растворитель вводить…
— Попробуй ацетон, — кинул я первую версию, пришедшую на ум. — Если палочек нет, намотай вату на спичку.
— Ой, я и не подумала! — обрадовалась Джан и тут же упорхнула в неизвестном направлении.
Хмыкнув, я потопал к себе в комнату. Пока никто не выносит мозг, надо переодеться, поупражняться в тренировочной комнате и продумать детали выполнения нового заказа Убытка.
Глава 5
Убыток быстро понял, что Твари интересовались в первую очередь скупкой краденых артефактов. Вроде бы хотели прибрать к рукам этот бизнес, но искали и конкретную вещь.