Синдикаты на краю империи (СИ)
Я был практически уверен, что полиция не станет расследовать происходящее. И даже регистрировать всех этих мертвяков. Не хватало ещё ребятам под конец года испортить себе статистику.
И тут появились репортёры.
Канал «ФТВ», новости Фазиса и дотошная ведущая Кети Леруа.
— Что здесь случилось по вашему мнению? — Кети докопалась к инспектору Гранадзе, который всеми силами пытался выйти из кадра. — Клановые разборки? Опасный маньяк? Войны синдикатов?
— Без комментариев, — бубнил полицейский.
Пресс-секретарь полиции Фазиса был многословнее:
— Следствие разберётся. Мы держим ситуацию под контролем, гражданам империи нечего опасаться.
По лицам копов было видно, что они собирались спустить дело на тормозах, но теперь придётся для проформы опросить пару свидетелей.
— Хочется верить, что так оно и будет, — Кети Леруа не скрывала сарказма, — ведь стражи порядка раскрыли уже много резонансных преступлений. Я же напомню дорогим зрителям, что в последние дни на улицах Фазиса наблюдается разгул бандитизма. Криминальные группировки выясняют между собой отношения, не гнушаясь вовлекать в свои разборки одарённых. И одно из самых опасных мест города — Жёлтый Район.
Новости спорта меня не интересовали.
Зевнув, я поднялся с кресла, и в этот момент в гостиной появилась Джан.
— Убыток принял заказ. Сегодня забираем деньги.
Уныло смотрю в окно.
Ливень, который зарядил ещё вчера, усилился. Шторм, холод, затопленные улицы и площади. В одном месте обрушился кусок набережной.
Я устал.
Пора взять небольшую паузу и разобраться с бытовыми вопросами.
Например, подыскать Алисе и её отцу нормальную квартиру.
— Это не всё, — донеслось из-за спины, когда я уже покидал гостиную. — Тариэл хочет встретиться с тобой во сне. Что-то срочное.
— Прямо срочное?
— Да. Говорит, это в твоих интересах.
— Хорошо. Организуй нам посиделки.
Дождь — лучшее время для упражнений с холодным оружием.
Едва переступив порог своего персонального додзё, я направился к стойке с трофейной катаной. Меч покоился в лакированных ножнах.
Ждал меня.
Глава 35
Я шевельнул кочергой догорающую плёнку. Видеозапись, как вы понимаете, я на месте преступления не захотел оставлять. В теории, можно было раздобыть видеомагнитофон и просмотреть свои подвиги, но я не люблю бездарно тратить личное время.
Видики, кстати, продаются в магазинах. Громоздкие, примитивные и жутко дорогие. Интересно, когда местным кинотеатрам составят конкуренцию видеосалоны?
Дождавшись, когда плёнка полностью прогорит, я залил угли водой. Попросил Бродягу упаковать золу в матерчатый пакет для мусора и выдвинуть в прихожую. Камин вместе с трубой — демонтировать. Не стоит привлекать дымом лишнего внимания.
Разобравшись с этим вопросом, я начал собираться в банк.
Мы забрали причитающиеся за смерть оператора деньги, распределили между собой, и я понял, что на руках скопилось много наличности. Прибавьте сюда трофейный кэш господина Вонга. Пару часов назад я прогулялся по банкам Фазиса и обналичил чеки из чековой книжки. Какое счастье, что покойный босс хранил в сейфе банковскую квитанцию, в которой была указана текущая сумма основного вклада. Я не сомневался, что у этого упыря куча депозитов, но в кабинете обнаружить сведения об этом не удалось.
В общем, я теперь богат.
Сходил, называется, за хлебушком.
И теперь, когда две спортивные сумки под завязку набиты крупными купюрами, я в очередной раз задумался над тем, что пора повышать ставки. Работать на обычного авторитета, устраняя за гроши несговорчивых чиновников — уже не мой уровень. Думаю, Тариэл это понимает. Или тот, кто стоит за Тариэлом и управляет процессами в городе.
Ночью у меня запланирован переговорный сон.
Время и набор иллюзий согласованы.
Думаю, Убыток сообщит нечто важное, что переведёт мой бизнес на рельсы успеха и процветания.
— Уезжаешь? — спросила Джан.
Я вызвал по телефону такси к подъезду ближайшего обитаемого дома и сейчас очень спешил.
— Угу.
— А что выносить нужно? — в прихожую влетел Федя.
Я молча указал на мешок с мусором.
Парнишка заметно приуныл.
— Там дождь…
— Оденься. А мне пора.
Дожидаться вечно копающегося оружейника я не стал. Такси уедет без меня, что не есть хорошо. А Джан уж как-нибудь проконтролирует вынос мешка.
Сумки были тяжёлыми.
Вспомнились советские времена, когда пионеры ползали по дворам, собирая макулатуру. Я из этого возраста давно вышел, но движуху застал. Началось это в середине «семидесятых» и растянулось на полтора десятилетия.
Прикол в том, что моя «макулатура» стоит дороже.
Ругаясь последними словами, я добрался до подъезда, напротив которого припарковалось такси. Водила помог запихнуть сумки в багажник, спросил адрес и назвал цену. Как и следовало ожидать, во время дождя тарифы поднялись втрое. Делать нечего, я согласился. Гулять так гулять.
За время моего отсутствия банкомат установили, настроили и сдали в эксплуатацию. Я заметил одинокого клиента в дорогом пальто, который обналичивал свой чек. Неподалёку был припаркован чёрный автомобиль с тонированными стёклами — дорогой и представительный. Я ни секунды не сомневался, что у буржуя имелся персональный шофёр.
Девушка-консультант посмотрела на меня с недоумением. Парнишка в кожаном плаще, без зонтика и телохранителей. С двумя увесистыми баулами.
— Что вам угодно, молодой человек?
— Пополнить депозит.
В моих руках оказался полированный жетончик с цифрой «1».
— Благодарю, — подхватив сумки, я направился к первой кассе.
Пришлось немного посидеть на диванчике — молодая аристократка закрывала один счёт и открывала другой. Плащ я снял, повесив на крюк декоративной вешалки.
— Здравствуйте, господин Иванов, — лучезарно улыбнулась кассирша. — Чем могу служить?
— Пополнение депозита, — я поднял вверх сумку. — Таких две.
— Секундочку.
Кассирша вызвала по интеркому другого работника, который прикатил тележку для отгрузки моих накоплений. Купюры я пересчитал заранее, распределил по пачкам и скрепил резинками для волос, купленными в «Канцтоварах». Сейчас я просовывал по одной пачке в окошко, девушка снимала резинки, вставляла пачки в механический счётчик банкнот, нажимала кнопку и слушала мерный шелест бумаги.
Процесс затянулся надолго.
Когда купюры закончились, и была озвучена итоговая сумма, я посмотрел на часы. До официального закрытия банка оставалось полчаса.
— Всё на один депозит? — уточнила кассирша.
— Совершенно верно.
Сотрудник, распихав банкноты по безликим матерчатым мешкам, увёз всё это богатство в неизвестном направлении. Я что-то подписал, получил квитанцию и выписку со счёта. Уже собирался отчалить, когда меня окликнули.
— Мсье Иванов, — ко мне подрулил с иголочки одетый мужчина, благоухающий изысканным парфюмом. Галстук с символикой Ганзы, дорогие швейцарские часы. Я так понял, этот тип вынырнул из неприметной двери между стойками касс. — Искренне рад тому, что вы доверяете свои капиталы нашему банку. Разрешите представиться: Вениамин Бабарыкин, ваш персональный управляющий.
— Персональный управляющий? — я малость опешил.
— Совершенно верно, — улыбнулся Бабарыкин. — После того, как сумма вклада нашего клиента превышает… хм… определённый порог… такой человек переводится в категорию избранных лиц. Разрешите пригласить вас в приватное помещение? Для конфиденциальной беседы.
На такой поворот я не рассчитывал.
В прошлой жизни я предпочитал хранить сбережения в крипте либо раскидывать их по разным банкам. Как правило, кипрским. Это позволяло не держать яйца в одной корзине, попутно избегая лишнего внимания к своей персоне. В Российской империи почти все финансовые институты принадлежали кланам. И так сложилось, что я не доверяю никому, кроме Ганзы.
— Какого рода беседа? — уточнил я.