Синдикаты на краю империи (СИ)

Девушка потрясённо молчала.
Старик смотрел на меня недоверчиво.
В этом мире нет Гугла и Яндекса, но есть библиотеки. Проблема в том, что на все эти копания в пыльных манускриптах я трачу по полдня. И это упущенное время мне никто не вернёт. Я же предпочитаю лишние часы тратить на упражнения с оружием, физические нагрузки и прочие занятия, повышающие уровень боевой подготовки. Пятьдесят рублей — это вовсе не деньги на ветер. Это делегирование.
— Пятьдесят рублей? — переспросила Алиса. — Ты не ошибся?
— Никакой ошибки, — заверил я. — Доход, конечно, нестабильный. В месяц может быть как один запрос, так и десять. Так что я ничего не могу гарантировать, кроме оплаты по факту.
— Сергей, — проникновенно выдохнула Алиса. — Ты сильно выручил нас с папой в этом месяце. Я не могу взять с тебя денег.
— Любой труд должен оплачиваться, — возразил я. — А помогал я вам не ради денег. Просто так.
Старик зашёлся в приступе кашля.
— Ладно, — я бросил взгляд на часы, которые на самом деле являлись мыслекартой. — Засиделся я тут у вас. Что, устраивает предложение?
— Конечно, устраивает! — просветлела Алиса. — Я сейчас номерок запишу. Здесь у нас линия не проведена, так что звони в библиотеку. Меня позовут.
С этими словами девушка направилась к одной из прикроватных тумбочек, выдвинула ящик, достала блокнот, набросала ряд цифр и принесла мне вырванный лист в клетку. Я сложил клочок бумаги в несколько раз и убрал в карман толстовки.
Охренеть.
Квартира ещё и без связи.
Почтовых ящиков я тоже не заметил, но это для Фазиса норма. Здесь надо самому топать на почту, в родное отделение, чтобы получить письмо или посылку.
— Рад нашему знакомству, юноша, — старик встал, чтобы пожать мне руку. Когда ладони соприкоснулись, мне вновь почудилось, что в жилах мужика течёт энергия.
Бред какой-то.
Если он одарённый… почему не может вылечиться?
С другой стороны… Это же хроническая болезнь. Одно дело — ранку заживить и трещину в кости зарастить. Совсем другое — избавиться от рака или сахарного диабета.
— Если кто-то будет сдавать квартиру поближе к центру, — сказал я на прощание, — дам знать.
— Дорого, — пробурчал Николай Филиппович.
— Вдруг повезёт, — хмыкнул я.
И распрощался с гостеприимными людьми.
* * *
Слежку я заметил сразу. Не очень умелую. Даже, я бы сказал, кустарную. За мной просто увязался парнишка азиатской наружности, который делал вид, что интересуется сувенирами в лавках. Китаец интересуется сувенирами в чайнатауне. Это как рыбак, покупающий экскурсию на траулер.
И где же у нас лучшее место для нападения?
Конечно, переулок, соединяющий Хуабу с Чёрными Копателями.
Глухие стены, никаких свидетелей. Редкие прохожие, преимущественно китайцы. Отсутствие путей к отступлению — если тебя зажали, то никуда не денешься.
Дальнейшее предсказуемо.
Мальчишка исчезает, а спустя минуту за мной увязываются азиаты с лицами головорезов. В количестве трёх штук. Впереди тоже высвечиваются силуэты. И тоже китайцы. Совпадение? Не думаю…
Те, что сзади, плавно ускоряются.
Походки расслабленные, руки в карманах.
Впереди двое, но они реально здоровые. Наверное, этих хмырей кормили пандами и бамбуком. Ну, или жареными пауками.
— Братишка, закурить не найдётся? — спросил тот, что слева.
Теперь я мог рассмотреть вязь татуировок на шее этого «братишки». Хвост то ли змеи, то ли ящерицы, заворачивался над ухом азиата. Бритоголового, кстати. Это что, панды-скинхеды?
— Найдётся, — сказал я и ударил китайца в кадык.
Удар я нанёс молниеносно и с таким расчётом, чтобы не убить. Вилкой, не костяшками пальцев. Не важно, сколько в тебе мышечной массы по сравнению с пятнадцатилетним подростком, но от подобных тычков ты ляжешь. Что и произошло — любитель никотина захрипел и рухнул на колени. Я тут же нырнул под ногу второго «братка», решившего валить меня с разворота. Не просто нырнул, а прописал открывшемуся идиоту двойку в корпус и апперкот в челюсть. Монстр не упал и попытался пробить мне коленом, за что и поплатился. Перехватив ногу Брюса Ли, я опрокинул его на асфальт.
 
Развернулся к остальным.
Глаза азиатов, простите за каламбур, сузились. Руки обзавелись ножами и кастетами. Общая расхлябанность исчезла, сменившись сосредоточенностью.
— Ты на кого прёшь, фраер, — выдала худосочная панда с ножом-кастетом. Никогда не понимал, зачем их придумали. — Здесь территория господина Вонга, и он будет очень недоволен…
Главарь вещал на русском.
С минимальным акцентом.
Мне было плевать на недовольство господина Вонга. Пусть скажет спасибо, что его холопов не депортировали за всю эту уличную борзоту.
Двое ребятишек начали обходить меня справа и слева.
Не прокатит, родные.
Делаю шаг вправо, пропускаю мимо удар главаря и перехватываю клешню мужичка с пробивающейся сединой. У быка длинные волосы, собранные в пучок на затылке. В клешне зажат тесак. Ну, вы знаете, китаёзы этими штуками постоянно на кухнях что-то разрубают. Если выломать кисть под определённым углом, будет больно, а тесак со звоном упадёт на асфальт. Ну, а если рубануть в локтевой сустав, можно сломать руку. Кстати, вот и долгожданный хруст.
Подоспел третий молодчик.
Этот парень сильно удивился, ткнув кастетом в своего же товарища. Ну, всякое бывает. Нечего толпами на прохожих нападать. А говорят, китайцы поголовно мастера боевых искусств. Развели тут, понимаешь, мифологию…
Впрочем, не те нынче азиаты пошли.
Вот когда я был китайцем…
Толкнув обмякшую тушку на главаря, пинаю ценителя кастетов в колено. Массивный ботинок на ребристой подошве добавляет ущерба — супостат выведен из строя. Ну, почти выведен. Остаётся шагнуть вправо, пропуская разъярённого главаря, и добавить коленом в переносицу. Больше крови богу крови.
— Сучонок, — рычит главарь, разворачиваясь.
Теперь он ругается на китайском.
— Я всё понимаю, дебил.
Главарь ломанулся вперёд, вложившись в серию быстрых ударов ножом-кастетом. Он хотел меня проучить, но ситуация изменилась. Узкоглазый одержим жаждой убийства, ему совсем башню оторвало. Плохое настроение для драки. Особенно при встрече с опытным противником.
Тычки ушли в воздух, я ведь не стою на месте.
А вот удары выдвинутыми костяшками пальцев по печени и другим болевым точкам повергли врага в шок. В болевой. Чтобы привести идиота в чувство, мне потребовалось кое-куда нажать. Мужик, лёжа на асфальте, открыл глаза и дёрнулся, чтобы атаковать, но лезвие его же ножа, прижатое к сонной артерии, заставило пересмотреть приоритеты.
— Лежи смирно, — сказал я. — Кто вас послал?
Китаец сглотнул.
И принял верное решение.
— Господин Вонг.
— Это кто ещё такой?
— Издеваешься. Его тут все знают.
— Представь, что я не знаю.
— Господин Вонг заправляет всем районом.
Понятно.
Местечковый криминальный авторитет.
Одинокие прохожие, ставшие свидетелями этой сцены, огибали нас по широкой дуге. Подельники упыря лениво шевелились, постанывали, но не спешили с повторной атакой. В их положении никто бы не спешил.
— Чем я не угодил твоему Вонгу?
— Рубен под ним ходит. Пожаловались на тебя, паря.
— А ты в курсе, что твой Рубен беспределит и к хорошим людям вяжется?
— Мне сказали, я выполняю. В дела господина Вонга не лезу.
Предсказуемо.
Наше мимолётное знакомство не прочистило владельцу гостевого дома мозги. Рубен обозлился, но смекнул, что может не справиться своими силами. И обратился за помощью к своей «крыше». А это означает, что мужик промышляет не только сдачей комнат в аренду. Не удивлюсь, если и травкой какой-нибудь приторговывает из-под полы. Снабжает пакетиками окрестную школоту.
Свинцовое небо разродилось дождём.
Проблемы со смотрящим Жёлтого Района мне не нужны. Я-то разберусь со здешней шушерой, но вот Алиса и её отец могут попасть под раздачу. Значит, надо поговорить со всем возможным уважением и уладить это недоразумение. Заодно и Рубену указать на его место.