Прекрасная, как река
– Привет, Фабьена! Давно тут работаешь?
Я удивилась, что ей известно мое имя: в школе мы никогда не общались.
Королева не просто заговорила со мной, а даже проявила интерес. Я сделала над собой усилие, чтобы не начать заикаться. Знаю, это смешно, но в те годы раскрепощенные подростки производили на меня впечатление. Да и сейчас тоже.
– Меня взяли в начале каникул.
Наверно, перед походом в магазин Алиса ела пончик: на губе справа, внизу, осталась сахарная пудра. Немного, но достаточно, чтобы заметить и сказать ей об этом.
– У тебя что-то в уголке рта.
Я была горда собой: показала Алисе, что не восхищаюсь ею, и честно сообщила, что она гуляет у всех на виду с грязным ртом. Ее глаза расширились от удивления. Прикрыв губы рукой, она сказала:
– Ничего себе! Ты что, заеды никогда не видела?
Я не только никогда не видела никакие заеды, но даже никогда о них не слышала. Слово показалось мне красивым и протяжным. Я чуть не сказала об этом Алисе, но сдержалась.
– А это заразно?
Я тупила все больше и больше. Как ни странно, ей это показалось забавным.
– А говорить такую ерунду заразно?
Мы рассмеялись, хотя я всегда с трудом распознавала интонации. Непонятно было, шутка это или оскорбление. У меня вспотели ладони, но я продолжала складывать одежду.
– Я устраиваю вечеринку в субботу. Хочешь прийти?
Я выронила брюки, которые укладывала на полку. Королева приглашает меня в свое королевство! Не стану же я показывать, что меня еще никогда не приглашали на вечеринку. Я пустила в ход оружие, которое работает всегда, – юмор.
– Пойду, если только будут пончики с сахарной пудрой, – сказала я, указывая на ее рот.
Алиса жила в двадцати двух минутах ходьбы от меня. В день вечеринки я специально проснулась рано и прогулялась до ее дома пешком. Мне спокойнее, когда я заранее знаю, в каком буду квартале, какой пойду дорогой и как выглядит дом. В течение дня я многократно просматривала маршрут, который нарисовала, чтобы унять тревогу. Среди гостей наверняка будут наши одноклассники, но от этого не легче: не говорить же о школе, чтобы с кем-то подружиться. Поэтому всю субботу я прокручивала в голове варианты, с чего начать разговор.
1. Привет, как дела?
2. Давно знаешь Алису?
3. А у тебя красивый свитер. Где купила?
4. Ты живешь недалеко отсюда?
5. Чем займешься на каникулах?
Я не знала, что надеть. Это рождественская вечеринка? Мама предложила платье. Только не это! Наверняка будут танцы, поэтому мой выбор пал на черные легинсы, длинную футболку с Бобом Марли и клетчатую рубашку, которую мама давно хотела порвать на тряпки: ей надоело, что я все время хожу в одном и том же. Я купила четыре таких рубашки. Даже сейчас, когда мне очень нравится одежда или обувь, я покупаю ее сразу в двух, а то и трех экземплярах.
Алиса пригласила меня к девяти вечера. Без пяти девять я стояла перед ее домом. Боясь опоздать, вышла заранее, ибо встречи существуют для того, чтобы являться на них с точностью до минуты. Но в доме 280 по улице Було не было никаких признаков бурной вечеринки – там даже свет не горел. Я подобрала с земли картонку и уселась на сугроб перед домом с пирогом в руках. Да, я приготовила для Алисы пирог. Я прочитала в книге по этикету, что нельзя ходить в гости с пустыми руками.
В четверть десятого я прыгала на месте посреди улицы, пытаясь согреться. В эту минуту парадная дверь открылась, и я услышала голоса. До меня дошло, что вечеринка в цоколе. Я слезла со своего айсберга и пробралась внутрь. Тут гремела музыка и было жарко. Все мое тело благодарило меня за то, что я наконец-то оказалась в тепле. Сняв пальто, сапоги и шапку, я спустилась по десяти ступенькам в подвал, держа блюдо с пирогом.
Я часто считаю вещи вокруг, но, когда волнуюсь, делаю это автоматически, бессознательно. Свет был тусклым, и я искала, куда бы поставить десерт. Гости сидели небольшими группами прямо на полу по углам помещения. Через какое-то время я разглядела Алису – она лежала на диване. Я присела сказать, что пришла.
– Привет, Алиса.
Она взглянула на меня, как будто не узнавая. От нее разило алкоголем. Парень рядом с ней водил пальцами по ее волосам. Внезапно, как будто в озарении, она вскочила и воскликнула:
– Фабьена! Я думала, ты не придешь!
И тут же крепко меня обняла. Достаточно крепко, чтобы мне это понравилось. Потому что я выношу только такие объятия. Какой смысл в простом прикосновении? Она оторвалась от меня, взяла мою руку и подняла вверх.
– Эй, ребята! Это Фабьена! Она офигенно прикольная девчонка, вы с ней поласковей!
От ее слов не было никакого толку – никто не отреагировал. Я хотела воспользоваться моментом и поболтать с ней, но она ушла наверх с тем парнем, который сидел с ней на диване. Удивляло, что никто не двигался с места. Я походила по дому в поисках хоть кого-то, с кем можно пообщаться. Заглянув в гараж, нашла там кота Алисы. Следующие полчаса я сидела на полу и гладила его.
Когда я вернулась к остальным, меня поразила увиденная картина: в точности лежбище тюленей, среди которых я почувствовала себя планктоном. И по размеру, и по смыслу: по-гречески это значит «блуждающий». Вот и я блуждала среди них. Хорошо хоть, музыка была неплохая.
Я села на диван и в какой-то момент, сунув руку под подушку, достала маленькую зеленую липкую трубку. Мне никогда не приходилось курить, но я знала, что в эту штуку насыпают траву. Достав из кармана ключи, я принялась ее чистить и за час полностью оттерла от липких остатков. Все равно болталась там одна, как планктон, – хоть что-то полезное сделала.
Когда Алиса спустилась со своим парнем, играла песня «Longview» группы Green Day. Я сидела там же, положив трубку на видное место, на подлокотник дивана. Она была начищена до блеска. Тот, кто ее потерял, будет рад найти ее в таком виде. Я спросила у Алисы, где ванная. Пока искала мыло для рук, музыка стихла. Я замерла.
– Черт! Кто трогал мою трубку?
Я незаметно высунула голову за дверь, посмотреть, что происходит. Это был парень Алисы. Кто-то включил свет, и все столпились вокруг него.
– Тут смолы оставалось на кастрюлю гашиша! А теперь пусто. Пипец, она как новая!
Кто-то качал головой, прикрывая рот ладонью с таким видом, будто случилось убийство. Обычно я без труда признаю свою ошибку, но в тот момент интуиция подсказывала, что лучше держать рот на замке. Я вышла из ванной не подымая глаз и побежала наверх надеть пальто и сапоги. Вдруг я почувствовала, что за мной кто-то идет, – Алиса схватила меня за плечо.
– Ты все правильно сделала. Меня достало, что он все время ходит отмороженный.
Я хотела сказать, что пальцем бы не коснулась трубки, если бы знала, что нельзя, но решила сыграть в крутую девчонку.
– Да, я в курсе.
Смешно: как я могла быть в курсе? Я вообще не знала, чья это трубка. Но Алисе, кажется, понравился мой ответ – она сказала, что ей не терпится увидеть меня снова. Прежде чем закрыть за собой дверь, я услышала, как один парень крикнул:
– Эй, народ! У нас тут пирог!
Раздался всеобщий радостный вопль, и я рассмеялась.
Я вышла на холод, улыбаясь, воодушевленная. У меня появилась подруга.
Обаяние Марселя
– Почему не отвечаешь?
Я вертела в руках камень – точно как мама. Отвечать не хотелось, но Этьен не отстал бы.
– Ты же знаешь, Алиса поступила в колледж, и мы потеряли друг друга из виду.
– Да, но ты говорила, что нашла ее.
– Это правда, я долго ее искала. Даже к ее родителям ходила, чтобы узнать, как с ней связаться. Ее мама дала мне номер телефона.
В ожидании продолжения Жюли с Этьеном смотрели на меня с таким видом, будто я рассказывала что-то захватывающее. Они ловили каждое мое слово, чем рассмешили меня.
– И?
Жюли обгладывала косточки, оставленные Этьеном. Интересно, как в нее все это влезало?
– Не знаю, я еще не звонила.