Прекрасная, как река

– Я только что пришел на работу.
– Мог бы не спешить и зашнуровать ботинки!
– Я их никогда не зашнуровываю.
У меня были заготовлены слова, которые я собиралась ему сказать, поэтому я нервничала. Щенок тянул поводок, стремясь рассмотреть поближе белку на дереве.
– Давно вы здесь?
– Нет, нет, минут пять. Мне надо кое-что сказать тебе, Шарль.
– Давай.
– Прости за вчерашнее. Мне жаль, что тебе пришлось наблюдать эту сцену. Скажем так, я не ожидала, что Фред появится. Это было некстати…
– Не могу принять твои извинения, потому что извиняться тебе не за что.
Наклонившись, он взял на руки щенка.
– Придумала ему имя?
– Вроде да…
– Отлично! Какое?
– Знаешь, я в тот раз уснула в комнате Лоры, потому что смотрела на ее потолок. Он напоминал мне «Звездную ночь» Ван Гога.
– Ван Гог?
– Тебе нравится?
– Еще бы! Идеально, к тому же они оба рыжие.
– И правда!
– Ты вернешься в Сент-Огюст на выходные?
– Хотела бы. Этьен едет туда с Жюли и Кловисом. Надо воспользоваться моментом и поговорить с ним насчет дома.
– Я тоже туда еду, с пятницы по воскресенье. Поедешь на своей машине?
Я прикусила губу.
– Не знаю.
– Ты бы смогла доехать туда сама?
– Ты как будто уже знаешь ответ?
– Анна говорила, ты редко выезжаешь из Дэмона за рулем.
– Ну да… Это правда.
– Вот и здорово! Хочешь поехать со мной?
Я не ожидала, что это будет так просто.
– Ну конечно, мы с удовольствием поедем с тобой, – ответила я, глядя на Ван Гога.
Я собиралась сказать, что больше не хочу отвлекать его от работы, но он достал телефон и спросил, можно ли нас сфотографировать.
– Отправлю фото Антуану, чтобы он показал его Лоре. Она ахнет, когда увидит тебя с собакой!
– Почему бы не сфотографироваться втроем? Ты же ее любимый Шарли.
Он согласился со мной и встал рядом с малышом на руках. Я поднялась на камень, чтобы ему не пришлось наклоняться для фото. К нашему большому удивлению, с первой попытки вышло идеально – все улыбались и смотрели в правильную точку.
– А мы красавцы.
Ни за что не сказала бы первой, но тоже так подумала.
– Да!
Я выкручивала пальцы за спиной с такой скоростью, что они чуть не воспламенились.
– Ну что ж… Увидимся в пятницу?
Он взглянул на телефон.
– Черт, сегодня только понедельник?
Я рассмеялась.
– Ну да, мы вчера вернулись!
– Ты права. Увидимся в пятницу, да.
Я не знала, как уйти. Должны ли мы поцеловать друг друга в щеку? Обняться? Не пожимать же друг другу руку. Не сумев выбрать, я сделала несколько шагов на цыпочках, чтобы осторожно забрать у него из рук поводок Ван Гога. Помахав ему рукой, я побежала трусцой, не оглядываясь.
По дороге к маяку у меня возникло странное чувство, что надо позвонить тете Клэр. После смерти мамы мы стали чаще общаться. Для нее это было большое горе – потерять единственную сестру, с которой они всегда были очень близки. Теперь она рассказывала свои пикантные истории с работы мне. Меня это смешило.
В дверь позвонили в тот момент, когда я собирала собачьи принадлежности, чтобы пойти вместе с Ван Гогом в Дом «Тропинка». Выглянув в окно, я увидела тетю, стоявшую на террасе. На несколько секунд я оцепенела и все еще была в шоке, когда открыла дверь.
– Клэр? Ты не поверишь…
Она перебила меня:
– Нет, поверю.
Услышав интонацию ее голоса, я не стала продолжать, впустила ее и предложила кофе.
– Четыре кусочка сахара и немного молока?
– Да. Ты же все помнишь…
Обычно словоохотливая, тетя Клэр села у края стола и молча смотрела на меня. Она нервно дергала ногой, и я попыталась вспомнить песню с таким же ритмом. Пока грелась кофеварка, я села на стол, с нетерпением ожидая, когда она прервет молчание и объяснит, почему пришла, что она в конце концов и сделала.
– Хочешь, погадаю тебе на картах?
– Прямо сейчас?
– Да.
– Ты пришла, чтобы предсказать мне будущее?
Я смотрела, как Ван Гог грызет уголок своей плетеной корзины.
– Я много раз думала о тебе на этой неделе. Ты меня беспокоишь. Стоит мне чем-нибудь заняться, передо мной всплывает твое лицо. Тебе не кажется, что ты блуждаешь в поисках, Фабьена?
 
Я думала, она пошутила, но нет – выражение ее лица обещало серьезный разговор.
– Да ладно тебе, тетушка! Извини. Честное слово, я не нарочно. А насчет блужданий – не понимаю, о чем ты говоришь, у меня все хорошо.
– М-да… Но я все равно проведу тебе сеанс.
Я слезла с кухонной стойки и села напротив нее.
– Аэробики?
Рассмеялась только я. Она действительно была настроена серьезно. Хотелось сказать, что мне это неинтересно, но я решила не обижать ее.
– Ладно, как скажешь… Что для этого нужно?
– Ничего.
Она достала из сумочки колоду карт.
– Ого, так ты в самом деле пришла ради этого!
Хоть я и шутила, но чувствовала себя как в тот самый вечер, когда мы играли в уиджа.
– Это нормально, что у меня сейчас странное чувство?
Не отвечая на мой вопрос, Клэр подала мне колоду перетасовать. Следуя ее указаниям, я разделила ее пополам и выбрала несколько карт. Тетин сосредоточенный вид подействовал и на меня. Она разложила карты на столе, и на каждой перевернутой карте ее выражение лица менялось. Мне не удавалось понять, хороший это знак или нет. Рискуя нарушить ее сосредоточенность, я спросила:
– Это Таро или разговор с духами?
Медленно подняв руку, она посмотрела на меня, как будто я что-то прервала.
– Ты открыла дверь?
Я обернулась и наклонилась, чтобы увидеть вход.
– Нет.
Она рассмеялась, изображая угря. В подражание ей я тоже засмеялась, извиваясь из стороны в сторону, и с минуту мы успокаивали безудержный смех.
– Помнишь, однажды я сказала, что тебе самой надо решить, открывать дверь или нет?
– А! Ты об этом…
– У тебя дар, Фабьена. Я чувствую, и ты тоже это знаешь.
– Я не хочу ничего знать, я запретила себе это.
Нахмурившись, она откинулась на спинку стула.
– Можешь мне объяснить?
– Я часто получаю послания от бывших пациентов, когда вхожу в какую-нибудь комнату Дома «Тропинка».
– То есть от умерших пациентов?
– Да. Они просят меня передать что-то конкретное кому-то из их семьи. Часто все начинается с очень четкой картинки, которая возникает у меня в голове. Иногда внезапно улавливаю запах парфюма. В этот момент я понимаю, что это как-то связано с жизнью умершего человека и что в ближайшие секунды произойдет контакт. И еще перед сном иногда бывает: как будто вижу у себя в голове небольшой отрывок из фильма. Всякий раз это что-то плохое – пожар, авария… На следующий день смотрю телевизор или читаю газету, и оказывается, что это главная новость дня. Как такое может быть? Я не знаю и ничего не хочу об этом знать, тетушка.
Кивая, Клэр улыбалась.
– Милая, у тебя был такой камень на сердце…
– Никогда никому об этом не рассказывала, потому что ненавижу это и боюсь. Я закрыла эту дверь, заперла на замок и выбросила ключ.
Склонившись над картами, она внимательно на них посмотрела.
– Надеюсь, ты готова, потому что в ближайшие годы в твоей жизни все изменится. С ума сойти, кажется, ты наконец остепенишься. У тебя в окружении есть кто-то с маленьким ребенком? Малышка со светлыми волосами как у меня. Передо мной настойчиво возникает буква «Л». Тебе это ни о чем не говорит?
Я прикусила щеку изнутри. Это точно была Лора.
– Вижу, что вы общаетесь. Ты сейчас преподаешь детям рисование?
– Нет, я бы тебе сказала, тетушка.
– Вижу, как ты показываешь ей свои работы. Вы подружитесь.
На несколько секунд Клэр закрыла глаза.
– Скажу больше. Чувствую много любви между вами. И это прекрасно, это похоже на материнскую любовь. Ты будешь много значить для этого ребенка.
Не успела я переварить ее слова, как она указала на другую карту.