Личная красавица босса. Свадьбы не будет!

– Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая… три… – с сарказмом продолжаю, копируя ее тон.
– Что? – зависает и смотрит на меня, как на сумасшедшую.
Ясно, советский кинематограф прошел мимо нее. А чувство юмора даже в гости не заглядывало.
– Удачи, – хмыкаю я, заранее зная, что именно ее я сейчас нагло отберу у кандидатки.
Резко поднимаю ладони, закрывая носик крана таким образом, чтобы струя воды попала на ее шелковую блузку. Обожаю эту ткань при создании необычных вечерних нарядов, но терпеть не могу в повседневной носке. Потому что на ней видно каждое пятнышко. А разводы от воды… можно устранять вечно.
– Корова! – совсем не интеллигентно орет на меня потерпевшая. – Ты что наделала? – яростно трет несчастный шелк салфетками, убивая его с особой жестокостью. Мне на секунду плохо становится. Но вспоминаю, зачем я здесь, и беру себя в руки.
Иду до конца.
– Я такая неуклюжая, прости, – выпаливаю на выдохе. – Ткань тонкая, все брызги быстро испарятся под сушилкой, – указываю пальцем на пластиковую бандуру, подвешенную в углу.
Надеюсь, не сильно испорчу себе карму подлым поступком. Молюсь, заранее прося прощения у высших сил.
Мысленно обещаю себе, что как только стану известным дизайнером, доверю открывать свой первый показ… болтливой Полине Королевой. Вообще в команду ее возьму на постоянной основе. В качестве компенсации за моральный ущерб.
А прямо сейчас… я заношу руку над клатчем, стоит лишь его хозяйке нервно отбежать к сушилке. Медлю доли секунды – и все-таки хватаю бейдж. Неспешно, чтобы не вызывать подозрений, покидаю туалет, пока модель уничтожает блузку под горячим воздухом.
– Алена Ильинична, вы отвратительны, – обращаюсь сама к себе.
И ускоряю шаг, пока не передумала. Без проблем преодолеваю пост охраны – и едва не бегу по длинному коридору.
Под ложечкой подсасывает гаденько. А голова беспокойно ждет бумеранга. Ведь любое плохое дело рано или поздно вернется к виновнику. Главное, чтобы наказание настигло меня не сегодня…
– Полина Королева? – уточняет кастинг-менеджер. Непривычно так, что отзываюсь не сразу.
Выглядываю через его плечо, пытаясь пробуравить насквозь плотную толпу девушек. Оцениваю обстановку, запоминаю расположение дверей и прикидываю, за какой из них прячется моя дизайнерская судьба? Знала бы, куда идти, – от паренька, который вдруг вырос на моем пути, не осталось бы ни атома. Но пока что он мне нужен в качестве информатора.
– Да-да, я! – опомнившись, соглашаюсь поспешно. – Проведете?
– Вам присвоен номер сто тринадцать…
Конечно, как же без чертовой дюжины! Ох, Королева, за что ты так со мной?
– Да, все верно, – покосившись на свой же бейдж, подтверждаю. – Это я. Полина Королева, – привыкаю к временному имени.
– Ожидайте, вас вызовут, – ведет меня к толпе перешептывающихся девчонок.
О нет! Опять очередь? Это дом моды или оптовый магазин в выходной день? Почему такой аншлаг! Впрочем, очевидно же – все мечтают работать у Валевского.
– А какой номер там? М-м-м? – любопытно мычу в длинный коридор.
– Приглашают по пять девушек. Шестьдесят один – шестьдесят пять последними прошли, – любезно сообщает парень, облокотившись об стену рядом со мной.
– Нормально. Значит, скоро, – ликующе ухмыляюсь.
Он окидывает меня оценивающим взглядом, за что получает искусственную улыбку. На что-то более искреннее я не способна – слишком нервничаю. А парень, наоборот, расслабляется и остается со мной поболтать. Мне любые деловые контакты на пользу, но на всякий случай отодвигаюсь от него на безопасное расстояние.
– С шести утра начали, – сообщает менеджер совсем не то, что могло бы меня порадовать.
За целый день приняли всего шестьдесят пять девушек? Когда я сто тринадцатая? Это провал…
– А час назад вовсе перерыв объявили, – добивает меня.
– Надолго? – сиплю обреченно.
Подсчитываю в уме, когда придет мой черед, но прогнозы неутешительные.
– Никто не знает. Лев Романович приехал, спонсор наш будущий, теперь Валёк вокруг него бегает. Выбивает побольше финансовой помощи. Не до кастинга ему, – противненько тянет.
 
– Валёк? – изгибаю бровь непонимающе.
– Валевский, – шепчет заговорщически, а следом ржет, как конь.
– Я этого не слышала, – отмахиваюсь от кастинг-менеджера, не блистающего умом и профессионализмом.
Устраиваюсь на стуле у стены. Наблюдаю за моделями, которые нервно дефилируют по стыкам паркетной плитки или репетируют визитку. Среди роя трудолюбивых пчелок одна я ничего не делаю. Все, что мне нужно для покорения владельца «Вуали», находится в папке, которую я бережно прижимаю к груди.
 
Глава 4
 
Несколько минут до… 
– На сегодня кастинг закрыт, – по коридору разносится громкий, как сирена, голос, от которого я просыпаюсь и вздрагиваю.
– Что закрыто? Как? – пытаюсь прийти в себя. – Откройте!
Заторможено осматриваюсь, тяну руку к лицу, чтобы протереть глаза, но вспоминаю про легкий макияж, нанесенный специально для собеседования, и сжимаю пальцы в кулак. Сколько часов я просидела в коридоре? Неужели задремала?
Алена, ты сюда поспать пришла?
Надеюсь, не пропустила свой номер! Провалилась за шаг до цели. Теперь даже детям и внукам долгими зимними вечерами нечего рассказать будет. Разве что, как я прос…ала свою мечту. Букву вставлять по настроению.
– Нужна одна единственная девушка, – звук становится все ближе. – Необычного типажа.
Ловлю слова краем уха, а параллельно лихорадочно ищу способы прошмыгнуть мимо толпы и добраться до кабинета Валевского. Надеюсь, указатели и таблички с фамилиями на дверях есть? А что если он не у себя сейчас? Они со спонсором могут находиться где угодно. Неважно, найду! Из-под земли достану, выкопаю. Как лучшая ищейка с родословной.
Знал бы мой благородный брат, чем я тут занимаюсь…
– Итак, параметры… – открывает блокнот парень, в котором я узнаю того самого кастинг-менеджера. Вчитывается в почерк. Хмурится при этом. Видимо, не он делал записи, а теперь пытается расшифровать чужие каракули.
Пусть тянет время, ведь я еще не придумала способ проникнуть вглубь коридора. Не привыкла я отступать. Но ведь Валевский и слушать меня не станет. Если я растолкаю кандидаток, оглушу менеджера и ворвусь к нему, размахивая папкой… Прямая дорога мне в полицейский участок… Или в желтый дом радости.
– Рост сто шестьдесят девять сантиметров… Кхм… С половиной, – долетает после кашля. – Объем груди не меньше ста.
Ничего себе, какой Валевский дотошный в выборе модели, пусть даже ведущей. Требования действительно нестандартные для этой сферы. Обычный рост, примерно как у меня, объемы больше общепринятых в моделинге норм. Но и не плюс сайз.
Очередь заметно редеет. Понурив головы и опустив плечи, будто желая показаться ниже, уходят длинноногие девушки.
– Глаза зеленые, большие. Губы пухлые, но не накачанные.
Это точно типаж, а не фоторобот из рубрики «Их разыскивает полиция»? Парень продолжает перечислять, а мое любопытство с каждой новой приметой повышается, пока не зашкаливает.
– Волнистые волосы. До поясницы… Кхм… Золотистые. Но некрашеные… В общем, похожа на диснеевскую принцессу… Хм… Как Рапунцель…
Безумно интересно, что за коллекцию готовит Валевский! Если ищет такую сказочную, нереальную модель. Перебираю варианты в голове, машинально продумываю тематику показа и наряды для описанного типажа. И ощущаю азарт. Такой мощный и неконтролируемый, что сама вглядываюсь в оставшуюся кучку девушек, выискивая нужную.
Поднимаюсь, вытягивая шею, внимательно изучаю кандидаток. Но они все какие-то одинаковые. Идеальные. И в большинстве своем – брюнетки или шатенки.
– Ты! – резкий выкрик наносит сокрушающий удар по моим нервам. Морщусь и ойкаю, не понимая, почему парень так воодушевлен. – Точно! Ты! Подойди!
Неужели он нашел модель, соответствующую всем этим диким требованиям? Закусив губу от напряжения, судорожно оглядываюсь. Где же она? Где прима, которая откроет показ самого Валевского?