Личная красавица босса. Свадьбы не будет!

– Твоя «честность» тебя погубит, – хмыкаю с сарказмом. Но он улетучивается, когда до меня доходит смысл брошенной фразы. – Куда без пальто?
В ушах стоит треск ткани. Вспоминаю, как порвал Рапунцель юбку к чертям. Представляю, в каком виде она вышла из дома моды. И если хотя бы на секунду предположить, что все это не спланированная акция, а глупая ошибка… То прямо сейчас девушка с внешностью принцессы щеголяет по ночным улицам с голым, чтоб ее, задом! Ищет на него приключений. И если я не собирался ее насиловать, то сейчас это сделает кто-нибудь другой. Казалось бы, какое мне дело, но…
У нее мой контракт, точно! Мало ли, в чьи руки он может попасть.
– Ее надо вернуть, – выплевываю я и порываюсь к выходу. Напрочь забыв, на что я похож сейчас. Похрен. Там одна задница в опасности… То есть контракт!
– Так не догоните. Уехала уже.
Писклявый оклик модели действует на меня, как ушат холодной воды, вывернутый на голову в лютый мороз. Резко притормозив на пороге и ухватившись рукой за косяк двери, застываю ледяной фигурой. Медленно оглядываюсь.
– Куда? – выжимаю из себя, в то время как тело рвется бежать следом. Но разум запрещает. Надо все выяснить, прежде чем гоняться за диснеевскими призраками.
– Не знаю. Она в машину села, – сообщает Полина, разогревшись и настроившись на откровения. – Ее амбал какой-то у входа ждал.
– Амбал? – резко разворачиваюсь на пятках. – Что за амбал? Силой ее увез?
Голос срывается в хрип, а перед глазами пляшут яркие картинки с огромным мордоворотом и крошкой Рапунцель. Черт! Ну, куда поперлась?
Допустим, я облажался по вине Валевского. Возможно, слегка напугал девчонку. Ладно, не слегка… Но какого хрена было бежать сломя голову? Там внизу тьма народа. Что бы я ей сделал при свидетелях, даже при всем желании?
Дура! Но симпатичная… Была…
А я идиот.
Где искать ее теперь? В какой канаве?
– Да нет, не принуждали ее. Она сама радостно к амбалу сиганула, – Королева в красках описывает побег моей принцессы с голым задом.
Что ж, хорошая новость – красивая попа, которая вдруг стала мне небезразлична, находится в тепле и сравнительной безопасности. Правда, с каким-то мутным мужиком, но это не мое дело. Сам факт дико раздражает почему-то, но я запихиваю эмоции куда подальше.
Плохая новость – мой контракт по-прежнему хрен знает где.
Ситуация в целом кажется мне подозрительной. Дурно пахнет. Как мерзкий растворитель на моем лице.
– Полина, ты не знала ее раньше? – бросаю устало, не надеясь на подсказку, и возвращаюсь к столу.
– Неа, впервые в туалете пересеклись, где она меня и ограбила, – пожимает плечами.
Рухнув в кресло, беру очередной вонючий платок и привычными движениями на автомате втираю гадость в кожу. Если она еще не облезла после всех истязаний.
– Свободна, – отмахиваюсь, и черная тряпочка отлетает на стол. Присоединяется к братской могиле таких же платков.
– А кастинг? В модели возьмете? – Королева грациозно поднимается со стула и дефилирует ко мне на своих ходулях. Невольно вместо нее вижу образ фигуристой Рапунцель. Но принцесса быстро испаряется, сменяясь длинноногой доской. Остается лишь приятный сказочный голос, который слабо звучит в ушах, отдаваясь эхом.
«Я новенькая, если возьмете».
И чего они все сюда рвутся так? Летят, как пчелы на сладкое. Хотя…
Окидываю взглядом багрового, мокрого Валевского.
Скорее, как мухи на…
– Под ноги смотри, – бубню без особого интереса. – Не возьмем, – отворачиваюсь, успев заметить, как Полина обиженно поджимает губы.
Указываю на дверь. И моделька цокает, как подкованная лошадь, в направлении коридора.
– И как вы, Валентин Эрнестович, объясните мне всю эту… – обвожу рукой кабинет, киваю на себя, почерневшего не от гнева, как обычно, а он краски. Смахиваю со стола горку использованных салфеток. Задумчиво подбираю нужное слово, чтобы назвать ситуацию, в которой я оказался. Но на уме только грубые ругательства. – Как вы мне эту хрень объясните? – все-таки опять срываюсь.
– Мы нашли девушку по вашим параметрам, – мямлит Валевский.
 
– Вы всех своих моделей используете вместо ш… девочек по вызову? – рявкаю на него. – И каждого потенциального спонсора встречаете вот так, – развожу руки в стороны, демонстрируя себя во всей красе.
– Мы обязательно найдем эту нахалку и накажем! – вклинивается в разговор осмелевший кастинг-менеджер.
Нашел уже… По приметам. И его «находка» золотоволосая меня чуть не покалечила.
Невольно опускаю руку на бедро, где побывал ее каблук. Морщусь и тут же криво ухмыляюсь. Отчаянная принцесса. Хорошо, что сопротивлялась и защищалась. Значит, не все потеряно. Далеко не все модели Валевского готовы спать в каждым денежным мешком. И это радует. А заодно реабилитирует Маринку. Тем не менее, с профессией ей придется завязать, если хочет быть со мной.
– Пошел вон, каратель хренов, – рычу на парня, и он исчезает за секунду, как фокусник. – Накажет он, – недовольно повторяю его слова о Рапунцель. – Пальцем чтоб ее не трогали, – приказываю Валевскому. – Найдите и сразу ко мне! Ясно?
– Конечно! – лихорадочно мотает головой модельер. И прядь прилизанных волос выпадает из модной прически и шлепается на потный лоб. – Вы не подумайте, у нас приличный дом моды. Но для вас мы решили сделать исключение. Видимо, с девушкой недопоняли друг друга, – оправдывается, но я ему ни капли не верю.
Не ожидал руководитель модного борделя, что попадется строптивая принцесса, а не на все готовая овца. Очень надеюсь, что моя Маринка такая же.
– Для меня? Какая честь, – выплевываю с отвращением. – Я так понимаю, вы не хотите, чтобы этот инцидент получил широкую огласку? – перекладываю папки, разбросанные по столу.
– Очень не хотим! – охотно вторит мне павлин.
– Я тоже, – пролистываю какие-то документы. В сотый раз. Я здесь все перерыл, пока свой контракт искал. – Но мое молчание вы должны заслужить, – важно произношу, покосившись на мгновенно побледневшего Валевского.
На самом деле, я блефую. Наоборот, я сам готов ему заплатить, чтобы он ничего Маринке не разболтал. Если она узнает, что я тут какую-то девчонку на столе чуть не разложил, то обидится. И не расскажешь ведь, что я эксперимент проводил, как проверить целомудренность моделей на примере Рапунцель. Нет, не вариант! Невеста у меня очень ревнивая. Одной истерикой не обойдется дело. Может и свадьбу отменить, а я настроился уже. И Ромка к Маринке почти привык. Перестал ее конфетами с красным перцем угощать и пластиковых пауков подкидывать. Это серьезное достижение, большой шаг на пути к их сближению.
– Сделаю, что скажете, – чересчур подобострастно поет Валевский. – Мне мой имидж очень дорог.
– Значит так, – откидываю несколько папок, зарываюсь глубже в кучу бумаг. – Моя невеста хочет быть у вас ведущей моделью и открывать показ…
– Возьмем! – раздражает одним словом, на которое у меня скоро аллергия будет.
– Я вам возьму! Руки оторву, – угрожаю вполне серьезно. – Наоборот, вы должны аккуратно объяснить Марине, что ей это не нужно. Так, чтобы она сама отказалась от своей затеи, – встречаюсь с пустым взглядом модельера и понимаю, что миссия обречена на провал.
– П-попробуем, – все-таки подчиняется он.
– Не попробуете, а сделаете. И чтобы никаких расстройств и истерик у нее не было, – намеренно усложняю задачу.
Марина и спокойствие – понятия несовместимые. На разных полюсах. Но пусть павлин этот мучается с ее характером. Не одному мне отдуваться. В конце концов, это из-за него я на Рапунцель напал.
– Так, а это что? – случайно цепляю носком папку. Наклоняюсь под стол, достаю. – На мою украденную похожа, – кручу ее в руках, озвучивая свои мысли. – И что здесь? – открываю, а Валевский заглядывает внутрь.
– Мои наброски, – после длительной паузы выдает он.
С удивлением устремляю на него взгляд. Так и хочется завопить: «Тогда какого черта ты меня травмировал своими жуткими эскизами?» Не скажу, что те, которые сейчас в моих руках, пригодны для повседневной жизни. Но модели хотя бы не такие кричащие, несуразные и пестрые, как у Валевского. Наоборот, гармоничные. Впрочем, не мне судить. Я не слишком разбираюсь в высокой моде. Я приземленный бизнесмен. Но разницу между набросками вижу.