Хранители Фолганда (СИ)

Вельда выжигала вредное и опасное, вытаскивая скрытые фрагменты ближе к рукам. Скай вскрикнул и отпрянул.
— Что ты делаешь, мама?
— Лечу тебя. Не двигайся.
Она протянула руку к сыну, но он отодвигался дальше и дальше, пока не наткнулся спиной на стену. Запрокинув голову, смотрел на рыжую ведьму. Несомненно, она желала зла. Причиняла боль своей жуткой магией. Все они одинаковы. Никому нельзя верить пока он в этом доме. Воздуха не хватало, и он вдыхал его большими глотками, отрывисто и хрипло.
— Ты убиваешь меня, мама, — прохрипел, впиваясь пальцами в одеяло.
На расстоянии действовать стало труднее, но Вельда довела дело до конца. Страх в глазах сына ужасал. Волны ненависти вместе с растерянностью сменялись во взгляде на мольбу о помощи. Хрипы и до судорог скрюченные пальцы… Нет, и это не остановит Вельду.
Отключиться, не думать о плохом — она собралась с силами, ожесточила сердце. Нельзя дрогнуть. Иначе, как она спасёт Ская. Просмотрела результат снова. Показалось, что чужое вмешательство устранено. Стефан вечером перепроверит и выжжет остатки. Она не видела дурной магии. Мысленно назвала схему порчей, но настоящей порчей это не было. Структуру создавал маг, не владеющий некромантией.
Ская сильно трясло. Лихорадка вернулась с новой силой, но дыхание стало ровным. Мгновение назад волна страха и ненависти накрывала с головой, он буквально тонул в ней. А сейчас он не мог понять, как дурные мысли о матери смогли родиться в сознании. Измученный лёг, с облегчением принимая материнскую ласку. Силы, вернувшиеся утром после помощи Фолганда-старшего, иссякали.
— Мама, что со мной?
— Это болезнь, сынок. Не думай, пытайся бороться. Держись за нас, за свою кровь, за землю Фолгандов. Мальчик мой любимый.
Скай успокаивался, чувствуя руки матери, касавшиеся волос и плеч. Совсем как раньше, в детстве.
— Мама, — простонал, сжав зубы. — Ты же знаешь. Земля Фолгандов не слышит меня. Я не чувствую зова крови.
— Но мы рядом с тобой, — поцеловала сына в макушку, как он всегда любил, пока был маленьким мальчиком.
— Я схожу сума, — пробормотал, засыпая.
Стефан узнал обо всем вечером. Вернулся из Управы, обнял выбежавшую навстречу Фрейю, которая тут же громким шёпотом сообщила, что Скай заболел, и мама с Маргаритой весь день по очереди просидели рядом с ним.
Не рассуждая, маг забрал из лаборатории ящичек с настоями и поднялся к сыну. Вельда сидела рядом с постелью, где спал Скай. Они с мужем переглянулись и ничего не пришлось объяснять. Стефан просмотрел структуры на спящем, понял, что жена боролась весь день, но некоторые фрагменты чужой магической схемы продолжали восстанавливаться, чтобы обрести целостность. Кое-что стало понятно.
Скай лежал на животе, правая рука свешивалась с постели. Наклонившись, Стефан повернул руку сына ладонью к себе. Молча кивнул жене. Вместе они рассматривали чуть заметное круглое пятнышко ожога на ладони. След чужой магии был слаб.
— Сынок, просыпайся, — Стефан говорил тихо, но очень твёрдо, подхватил Ская и стал переворачивать на спину.
— Он весь день спит, — за видимым спокойствием Вельды послышалась тревога.
— Так и должно быть, если постоянно чистить чужие схемы.
— Отец, — Скай открыл глаза, смотрел удивлённо, но взгляд быстро наполнился недовольством. — Оставьте меня в покое.
Фолганд-старший проигнорировал слова сына, губы плотно сжал. Обращался только к Вельде.
— Почищу и подберём зелья.
— Он пытается ускользнуть при касании. Скаю больно, — голос дрогнул.
Маг поймал взгляд Вельды, быстро обнял.
— Мы всегда справлялись, родная. Я найду кто наложил чары.
Собравшись, просмотрел взором мага, отыскал чужие цепочки. Скай находился на границе между сном и бодрствованием, не в состоянии полностью очнуться. Он не ощутил, как отец положил ладонь ему на грудь. Стефан успел переместить часть точек, выжечь чужое, злое, чёрным зерном посеянное в сыне. Глаза Ская широко раскрылись. Он дернулся всем телом, желая уйти из-под рук мага, зашипел резко выдыхая воздух, и вновь сомкнул веки. Хотел сопротивляться, но не смог поднять и руки. Фигуры родителей расплывались, раздражая до ярости, что мгновенно сменялась стыдом и любовью.
 
— Видишь?!
Вельда сильно сжала пальцы, сдерживая эмоции. Она весь день наблюдала одно и тоже, пытаясь излечить своего мальчика. Повторять схему лечения Стефан не стал. Медленно отошел к ящичку с зельями, руки опустились. На набор настоев смотрел и не видел, поглощённый другими мыслями.
— Стеф, — она не понимала, почему муж отказался от проверенного способа, отступил.
— Что же мы сделали не так? — обращался скорее к себе самому.
Рука жены нашла его руку, поддержала.
— Нет нашей вины, что он не чувствует стихии. Мы всегда любили его, но пережить эту боль и привыкнуть жить без магии Скай должен сам. Нам не изменить мыслей и чувств Скайгарда.
— Лучше бы я и не пытался учить его. Заронил надежду, показав недоступное для мальчика. И кто, если не мы, взрастил в Скае все те чувства, что теперь рвут его на части, усиленные чужой магией. Кто-то воспользовался слабостью нашего сына. Знать бы для каких целей.
— И что же нам делать?
Вначале он промолчал, плечи опустились. Замерев, Вельда ждала решения мужа, чувствуя, как тот готовится произнести слова, способные принести новые тревоги в жизнь Фолгандов. Она знала. Прожив с магом столько лет, Вельда понимала без слов многие скрытые движения его души, угадывала появление замыслов и направление мыслей.
— Оставить всё как есть, — он не желал произносить этого вслух, но сказал, сжал руки жены чуть выше локтей, удерживая и убеждая. — Наш сын всё-таки не обычный обыватель, который быстро бы сломался под схемой. Мы измучаем его лечением. Бесполезными чистками и настоями.
Взгляд Вельды потемнел, она не до конца понимала, к чему ведет Стефан, но рациональная её часть соглашалась с каждым словом.
— И смотреть, как Скай угасает и мечется зверем? — другая часть Белки не желала мириться с реальностью.
— Он будет постоянно спать, если мы продолжим. Сознание останется сумрачным и потерянным. Все желания станут затухать. Растение на долгие годы, не чувствующее голода или жажды, но испытывающее боль и сопротивляющееся. Понимаешь? Мы не сможем его даже покормить, — обнял Вельду, чувствуя, как дрожат плечи жены, но она сможет принять всю правду.
Скрыв лицо на груди мага, она молчала. А когда подняла глаза, то в них были решительность и ярость. Всегда оставалась смелой и сильной Вельда.
— Что же это за порча такая?!
— Чужая магия — это не порча. Это схема подчинения, которая останется в Скае пока он не выполнит желаемое хозяином чар. Не исполнение — страдание для мальчика. Без нашего противодействия он будет полноценно жить, чтобы исполнить «заказ».
— Жить…, — Вельда кивнула, понимая, что и это трудно назвать жизнью.
— Возможно, Скайгард возненавидит нас. Предстоит вынести любые эмоции от него. Когда схема начнет отрабатываться, то ослабеет и в итоге иссякнет. Мы будем рядом, наблюдая и поддерживая, когда возникнет необходимость. Проведем сына по этому пути. И узнаем, кто задумал воспользоваться Фолгандом. Как ты понимаешь, в наших землях Фолганды имеют особую силу.
— Но он же…, — не сказала о стихиях, и так было ясно.
— Даже без стихий. Кровь Фолгандов…, — не договорил, сжал губы, ни о чём вспоминать не хотел, но прошлое не позволяло забыть о себе.
— Предупредим Маргариту. Она сможет помочь. Малышка пока не поймет, придется следить.
— Шалости сестры причиняют Скаю страдания, — собираясь и отбрасывая лишние чувства, кивнул Стефан.
Они походили сейчас на двух заговорщиков, планирующих сложное и опасное предприятие. Ушли в другой конец комнаты, чтобы обговорить всё, спланировать возможные действия для разных случаев. Маг не любил оставлять дела без контроля. У них обязаны быть хотя бы примерные решения. Шептались, поглядывая на спящего сына, который не услышал бы и криков.