Хранители Фолганда (СИ)

— Вчера или сегодня утром, — спросил маг. — Девушка лет шестнадцати с маленькой девочкой. Видели?
Дама за стойкой уже догадалась о ком идёт речь. Ещё когда Фолганд подходил, она вспомнила девушку с такими же тёмными волосам и тонкими чертами лица. Трудно было забыть странных посетителей. Не часто в таких местах появляются приличные девушки из состоятельных семей.
— Вчера к ночи заходили, — она отвела взгляд от прожигающих глаз мага, как будто он знал, сделалось тревожно. — Пирожков купили.
— Как они выглядели? — Вельда почти задохнулась от волнения.
— Обычно. Девочки, как девочки, — женщина её явно не поняла, но обеспокоенно избегала смотреть в лицо этим двоим. — Устали похоже, пешком-то топать. Не привычные к такому видать.
— И вы их не оставили ночевать?! — возмутившись, Вельда сильнее сжала игрушку. — Дети ночью на улице, на дороге!
— Так это у родителей надо спросить, что они одни тут делали? — огрызнулась дама. — Старшая, я так понимаю, совершеннолетняя. И нечего у нас тут делать детям. Может я им жизнь спасла, отправив на улицу, — она даже отвернулась, сделав вид, что занята работой.
— Давайте подробнее, — вмешался Шаун, присоединившись к друзьям. — Чем опасно это место?
— А то вы не понимаете? — нехотя ответила работница, намётанным глазом определив, что перед ней дознаватель или кто-то вроде того. — У нас тут комнаты наверху для разных целей снимают, иногда такие клиенты бывают, что я сама боюсь.
— Я не сомневаюсь, что вы в доле, — Шаун говорил откровенно и жёстко. — Вашим заведением мы займёмся позже.
— Не моё оно. Красавчика Вассера, — она задумалась, а потом решительно добавила. — Он вчера ночью был здесь. Вышел следом за девочками вашими.
  
45
 
Маг брал кровь у Ская несколько раз и постоянно уходил от ответа, где использует кровь Фолгандов. Дарион почти не разговаривал с пленником, полностью погруженный в свои мысли. Молча приносил еду, односложно требовал кровь. Казалось, с каждым днём маг становится мрачнее и нервознее.
И однажды он снова принёс книгу. Резко сунул Скаю в руки.
— Попробуй снова. Читай!
Переплёт показался Скаю потускневшим, а ворон, выбитый на нём был покрыт бурыми пятнами. Часть крови Фолгандов ушла на эксперименты с книгой. По сравнению с вызовом Кукловода и гибелью земель весьма безобидно.
Осторожно взяв книгу, Скай раскрыл случайную страницу и сделал вид, что пытается читать. Он всматривался в текст и шевелил губами, листал страницы, хмурил брови, надеясь, что маг никогда не догадается о его возможностях. Когда роль была отыграна, захлопнул книгу и виновато посмотрел на Дариона.
— Нет. Не даётся. Забор из букв. Смысла не пойму.
Недовольство Люция отразилось на лице упрямой злостью.
— Может оттого, что ты бездарен и глуп?! — ударил словами наотмашь. — Твоя сестра владеет стихиями и, возможно, смогла бы прочесть книгу предка. Ты не знал? Вижу, что ничего не знаете о своём прошлом, Фолганды.
Вскинув голову, Скай цепким взглядом всматривался в мага, пытаясь проникнуть в планы. Прошлое Фолгандов интересовала его сейчас меньше всего.
— Не тронь Маргариту! Ты обещал!
— Я никогда ничего не обещаю. Я просто беру то, что мне нужно.
И жадным, ревностным движением он забрал книгу у Ская, но не ушёл. Задержался на пороге, обернулся, в его взгляде вместо недовольства появилась усталость. И Дарион сел у дверного косяка на пол. Достал флакончик с жёлтой жидкостью, отпил поморщившись.
— Некоторые сделки крайне неполезны для здоровья, — проворчал Люций.
Потом они сидели молча несколько минут. В тишине Скай слышал, как где-то на крыше каркает ворон и ветер приближающейся осени подвывает в щелях. В чулане становилось прохладно. Зимой здесь станет совсем холодно. Обхватив колени, Скай с дрожью подумал о времени и том, как долго придётся противостоять магу. Кажется, так будет всегда. Чего же хочет этот странный и противоречивый человек? Что, если с ним возможно договориться?
— Считаешь меня мерзавцем? — Дарион смотрел в пространство невидящим взглядом, тонкие пальцы сжимали книгу.
 
Скай ответил не сразу. Устроился удобнее, предвидя важный разговор, позвенел цепью, покрутил шеей, ощущая, как металл стирает кожу.
— Думаю, ты остался человеком, но не хочешь, чтобы кто-то узнал об этом. Ты боишься, спрятался за эту свою странную месть и справедливость для всех. Вероятно, я глуп и неопытен, но даже мне ясно, что тебе нужно встретиться с прошлым лицом к лицу. Отец говорит, что надо всегда смотреть в лицо тому, что приходит в жизнь — плохое или хорошее. Он смог это сделать, освободился от ненависти к жрецам и от боли.
— Я их не убил, — глухой голос Дариона звучал тихо. — Мне исполнилось пятнадцать, когда они…надругались надо мной. Понимаешь? — он повернулся и поймал взгляд Ская, тёплые карие глаза мага показались чёрными. — К тёмным ликам! Зачем я тебе всё это рассказываю!? — он отбросил книгу с таким отчаяньем, что переплёт сильно ударился о стену и раскрылся. — Я был красивый мальчик. Даже после избиений и голода. И фантазии пресыщенных жизнью изуверов зашли слишком далеко. Они решили, что меня можно использовать не только как прислугу-раба. Я запомнил каждую минуту из тех нескольких часов…
Скай застыл, с ужасом слушая откровения мага. Изломанный и опустошённый человек сидел на пороге маленькой тюрьмы Фолганда, впуская тьму и холод в мир юного Скайгарда.
— В тот же день я бежал. Они так увлеклись, что забыли приковать меня на ночь, или решили, что кусок мяса, распластанный на полу, никуда не денется. Вот тут я вспомнил, что родился магом и в семье магов, использовал все способности для побега, но покалечил ногу, прыгая со стены замка, стихии не дали разбиться насмерть. Было без разницы — умереть или выжить. Мама успела шепнуть мне, когда напали палачи тени, чтобы я прикинулся бездарным. Так я сохранил руки и мог тренироваться в тайне, чтобы не выдать себя многое делал в уме. И знаешь, чего я достиг?
Дарион смотрел теперь с торжествующей улыбкой. Скай отрицательно покачал головой, призывая продолжить историю.
— Создал свой собственный мир. Он немного странный и не принёс успокоения. Раньше я хотел сбежать туда и построить справедливую жизнь, но в землях Люция не хватает любви и жизни. Я не нашёл причины. Ты сказал, что я должен встретиться лицом к лицу с болью и страхом. Проще простого, Скай. Я не убил своих палачей. Они все там, кроме Мальтуса, и никогда не смогут вернуться, — маг надрывно засмеялся. — Им понравится вечная жизнь. А я буду смотреть на них и думать о справедливости для земель Фолганда.
Острый ответ вертелся у Ская на языке — маг не смог дать справедливости своим землям и готов разрушить Фолганд, не думая, что у него вновь ничего не выйдет. Сдержал себя, одновременно сочувствуя Дариону.
— Новые миры не рождаются без любви, — единственное, что позволил себе высказать.
— Опять жалеешь меня? Напрасно. Всё хорошее, что было во мне, выбил Мальтус. Всё правильное — сломали и исказили. Всё чистое — замазали грязью. И ничего не изменить, — он говорил холодно и отстранённо, словно и не о себе вовсе.
— Я сочувствую тебе. И понимаю причины. Уверен, что ты смог бы жить иначе, не тратя время на месть.
— Раз понимаешь, то зачем сопротивляешься? Про остальное…Откуда мальчику, не ведающему горя знать.
— Не хочу гибели Фолганда.
— Не будет никакой гибели, только спасение. Я сила, что хочет добра. Как ты не понимаешь?
— И совершаешь зло.
— Большинство людей заслужили наказание — это справедливо, — маг терял терпение и повысил голос. — Людям нельзя доверять и верить в них нельзя.
— Я заслужил твою справедливость? — потряс цепью Скай. — Мой отец с двенадцати лет спасал земли ценой своих страданий — он заслужил?
Откинувшись к косяку, Дарион закрыл глаза.
— Ты наивный ребёнок, надеешься уговорить меня отказаться от цели всей жизни. Перечеркнуть долгие годы и усилия. Отринуть смысл существования. Никогда так не будет. Твоя семья нравится мне, но я готов пожертвовать всеми прекрасными Фолгандами, только бы не существовало таких нелюдей, как палачи тени и жители Хриллингура. Почему бы твоему отцу и тебе не спасти земли в последний раз.