Хранители Фолганда (СИ)

Старик обещал найти его на этом месте. На мгновенье подумалось, что маг обманул и никогда больше не придёт. Закрывшись, обхватив колени, юноша сидел на камне. В груди неприятно ныло и холодило. Никому не нужен. Ни родным — они только притворяются любящими и заботливыми, а сами мечтают избавиться от обузы, ни старику, подавшему надежду.
Из воспоминаний отделилась одна мысль — кто-то наложил чары. Скай плохо помнил момент, когда отец заговорил об этом. Болезнь стёрла память. Может быть это выдумка отца, хитрость для того, чтобы контролировать сына. Никому не даст манипулировать собой. Нет никаких чар и не было.
Мысли таяли и уходили. Приятно было сидеть под деревом, не думать, не чувствовать, становясь частью камня. Такого же холодного и спокойного. Скоро многое изменится. Стоило подумать об этом, как в свете фонаря на дорожке парка появился человек.
  
10
 
Старик неторопливо подошёл к валуну под деревом. Такой же аккуратный, собранный, как и в прошлую встречу. С сочувствующей улыбкой на губах.
— Добрый вечер, юноша.
— Вы пришли?
Скай не верил глазам, успев убедить себя, что всё было сном.
— Не могу оставить тебя в беде, мальчик, — голос звучал тихо, вкрадчиво. — Я много думал о тебе.
Руки Ская дрожали, сердце забилось так сильно, что невольно положил ладонь на грудь. Всё изменится. Несколько мгновений и жизнь станет правильной. Но чары — юноша верил и не верил в них. Тёмные сомнения отозвались болью и злостью. Он должен знать.
— Маг, — слова давались Скаю с трудом. — Зачем ты зачаровал меня?
Тонкий рисунок бровей старика дрогнул в удивлении.
— Зачем мне применять магию к такому чудесному мальчику? Что случилось?
— Простите, — затопило стыдом. — Я болел, и отец увидел чужую магию.
— Отец лечил тебя? — тонкая сухая рука старика с тревогой легла на плечо юноши.
— Да.
Покачав головой, маг вздохнул.
— Не молчите! Нельзя было лечить? — воскликнул Скай.
— Лечат болезнь, а ты здоров. Закрытые способности часто прорастают с болью.
Сказано было мало, но так много для Ская.
— Мой дар пробуждался? А отец…, — не хотел произносить вслух жутких слов.
Уверился, что так и произошло. Сегодня он мог чувствовать стихии, если бы не лечение отца. Старик продолжал качать головой, сокрушаясь.
— Ты сильный мальчик. И я готов помочь.
Юноша словно и не слышал, поглощённый яростью и болью, опустил голову. Руки сами собой сжимались в кулаки. Никто не сможет помочь, никто. Как же он запутался. Верил каждому последующему слову, забывая о предыдущих.
— Посмотри на меня, — маг бесцеремонно поднял лицо юноши вверх за подбородок, показалось, что губы старика брезгливо скривились. — Если ты станешь моим учеником, то я раскрою дар.
Измученный Скай не испытал радости.
— Маги не терпят конкурентов. Я помню.
Старик усмехнулся.
— Ты — хороший ученик. Как видишь, я стар. Жизнь не будет вечной. Должен же я кому-то передать знания.
— И вы готовы взять бездарного? — лицо Ская пылало.
— Хороший вызов для старого мага. Не спеши, подумай, готов ли ты.
— Что я должен делать?
— Когда точно будешь готов, приходи в дом на улице Светлых ликов. Там приметный фонарь, сразу узнаешь.
— Я должен уйти из дома?
— Ученик всегда живёт в доме мастера. Таковы правила.
— Отец рассказывал. Отец…, — горло перехватило, и на этот раз, он сам не понял отчего — от ненависти или любви.
Наконец он сможет покинуть ненавистный дом Фолгандов. Родной и тёплый дом, где долгое время был счастлив. Проклятый дом, полный боли и невидимых слез. Дом, согревающий руками матери, доверием отца и сопереживанием сестёр. Что же с тобой, Скайгард Фолганд? Спрашивал себя и не находил ответа.
— Мне пора, — глядя в сторону, в глубину парка, сказал старик. — Обдумай решение и следуй ему.
У Ская не хватило сил ответить. Он так и остался сидеть на камне, когда тень старика слилась с прочими тенями.
Собравшись в беседке, семейство Фолгандов удобно расположилось на скамьях. Под маленьким куполом повесили жаркий огненный шар, позволив Фрейе создать такую несложную игрушку, что доставило девочке радость. Стефан читал вслух, понимая, что слушает его только маленькая дочка с огненными волосами. Вельда задумчиво смотрела в темноту, завернувшись в плед. Вечер выдался тёплый, но она сразу накинула плед на себя. Старшая дочь просидела недолго.
 
Зрение магов позволило Маргарите видеть чёрную фигуру брата, бредущую по дорожке сада. Стоило ему отойти дальше, и она быстро покинула беседку, почти побежала, чтобы успеть увидеть, как брат скользнул через кусты к воротам. Не сомневаясь в своём решении, Маргарита пошла за Скаем до парка.
Стоя за деревом, она видела, как брат скрючился на камне, закрылся от мира. Когда Ри говорила, что чувствует, если ему плохо, она не придумывала. Между ними всегда существовала эта связь, но Скай, не чувствительный к стихиям, и здесь оказался отрезан от сестры. Сдерживала себя, чтобы не нарушить чужого уединения.
От напряжения по спине прошла дрожь. Холодный воздух ударил в спину, потянулся осенними запахами. Чужой магии не удалось скрыться от Маргариты Фолганд. Пришлось обернуться, осмотреть часть парка, которая все время оставалась за спиной. Никого, только ощущение холодной сырости в когда-то теплом воздухе. Она кожей чувствовала чьё-то присутствие. На брата и не смотрела. По дорожкам парка, через кусты, обволакивая фонари, пробирался туман.
Сжала плотно губы, как обычно делал отец, просматривая парк зрением мага. Фрагменты схем чужой магии оказались разбросаны вокруг. Непонятные куски структуры, части недоступные Маргарите для чтения и анализа. Она была всего лишь ученицей. Очень способной и старательной, но ученицей. Пожалела, что нет рядом отца, поэтому пыталась запомнить последовательность точек.
Туман подступал, окутывая фонари, делая свет тусклым. Набросила щит. Хорошо помнила уроки Стефана — вначале защита, контроль и после, если необходимо, атака. Уплотняясь, туман выпустил из своих недр нечто похожее на человеческую фигуру в плаще с наброшенным капюшоном.
Маргарита собрала все возможные силы, спина натянулась струной. Пальцы непроизвольно сложились для сплетения чар. Она почувствовала, что полностью готова к нападению, но ноги немного дрожали. Если случится, то это станет её первым сражением.
Время тянулось. Туман, заполнив пространство вокруг Маргариты, прекратил наступление. Она вспомнила о Скае и обернулась, ничего не увидев за плотной белой стеной. Неясные тени сходились и расходились на валуне под деревом. Возможно, брат давно ушёл домой. А ей не следует так долго стоять спиной к неизвестности.
Обновив щит, Ри снова огляделась. Фигура, сотканная из тумана, исчезла, да и сам туман начинал таять, его клочки относило ветром в сторону, расчищая для Маргариты дорогу домой. Проверила, действительно ли нет брата на большом камне. Место под деревом пустовало. Ясно стало видно, стоило туману поредеть, что Скай ушёл. Стараясь идти быстро, но оставаясь внимательной к каждому движению рядом, она добралась до особняка.
Необходимо срочно поговорить с отцом. С этой мыслью Маргарита влетела в дом, убедившись, что беседка пуста. Она должна рассказать Стефану, что видела в парке. Внезапно остановила себя. Рассказать о тумане означало доложить и об отлучке Ская. Отец запретил ему покидать сад. Брат не простит, если она донесёт на него. Скай сейчас такой чувствительный, резкий, и не сможет понять. Придётся молчать и продолжать наблюдение.
— Маргарита, — голос отца остановил её на лестнице.
Стефан смотрел так внимательно, точно знал правду.
— Да, отец, — постаралась не опускать взгляда.
— Ты куда-то уходила?
— Гуляла в саду, как и Скай, — Ри боялась, что покраснеет и тогда отец сразу догадается, она терпеть не могла вранья и не умела лгать.
К счастью, маг больше не стал задавать вопросов, кивнул и ушёл в лабораторию, а Маргарита бегом кинулась в комнату, опасаясь встретить Вельду. Чем больше расспросов, тем вероятнее она не выдержит, и выдаст себя и Ская.