Сердце напополам (СИ)

– Прости.
– Это ты меня прости. Ты кажешься такой цельной, Свет, такой, блядь, сильной, что я невольно забываю, что…
– Что? – почему-то я опять плачу.
– Что ты просто девочка. Маленькая моя девочка.
– Я испугалась.
– Знаю, знаю, моя хорошая.
– И что теперь? – задаю, пожалуй, самый волнующий меня на данный момент вопрос. – Что теперь будет?
– Ну-у-у, за себя не бойся. Батя уже такую деятельность развернул, что там другим надо бояться.
– Ты про что сейчас? Подожди… Ты что сказать хочешь? Где он?!
– Батя? Так по делам отъехал. 
– И ты его отпустил?! А если… если он опять встрянет, Дэн?! Что мы будем делать?
– Мась, он взрослый дядя. Ты за него не беспокойся, ага? 
– Его чуть не взорвали! – шиплю я, и в этот момент на меня вновь накатывает. И жуткий страх, и чертова паника, что догоняет меня ударной волной и опять лижет жаром кожу. Я-то была твердо уверена, что такие сценарии возможны только в боевиках. – Боже мой…
Дэн укачивает меня, как маленького ребенка, и внимательно заглядывает в глаза. Что он хочет увидеть? 
– Дэн, про то, что было…
– А что было? Ты словила жуткий стресс, мы как могли его сняли…
– Да, но… А дальше что?
– Дальше? Дальше ты полетишь на Кипр. Немного отдохнешь, немного поработаешь, пока тут все не уляжется. Ты, кажется, говорила, что у тебя есть виза?
– Есть… Но постой, как это полечу?! Почему сейчас?
– Помнишь, что сказала Людочка? Нам нужно внести изменения в учредительные. Я пока невыездной. У Бати здесь гемора выше крыши. А кроме тебя, кому еще такое дело доверить, м-м-м? 
И вроде все складно звучит. Но что-то мне подсказывает, что меня просто выводят. Из-под удара или… совсем. Мелькает параноидальная мысль, что после того, как мы потрахались, я стала не нужна ни одному, ни другому. Гоню ее прочь…
– Нам все-таки что-то угрожает?
– Нет.
– Денис! 
– Тебе точно нет, Свет. О тебе же никто и не знает. Ты случайно там оказалась, так?
– Значит, что-то угрожает Рустаму?
– Да ничего ему не угрожает! Я же сказал – он прямо сейчас решает! 
– Тогда к чему эта спешка с Кипром? Господи, ну ты же вроде никогда меня не держал за дуру, так что сейчас изменилось? 
– То, чего и следовало ожидать! Батя загнался, – рычит Денис, откатываясь к изголовью. – Ты спрашивала, почему у него семьи нет? Вот поэтому, теперь нет вопросов?
– Да это же случайность, – теряюсь я. 
– Ты ему это объяснить попробуй! Он же твердолобый, как баран. Я глаза только продрал, а этот уже свои манатки собрал, прикинь?! 
– И что теперь? – попугаем повторяю я одно и то же.
– Ни-че-го. Деловые мы, блядь, партнеры. Весь такой официальный стоял, что его уебать хотелось. Что-то я не припомню, чтобы он таким был, когда в тебя членом тыкал… – Я судорожно сглатываю и поднимаю на Дэна взгляд. – Что? – фыркает тот. – Мы же не будем делать вид, что ничего не случилось?
– Не будем, – киваю я. Мы же взрослые люди. Я – так точно. И если уж чего натворила – то прятать голову в песок глупо. – Ты теперь тоже хочешь перевести наши отношения исключительно в плоскость бизнеса?
Дэн удивленно вскидывает брови, проходится пятерней по голове:
– С хрена ли? 
– Не знаю, – жую губу, – может, потому что происходящее вряд ли можно назвать нормальным. Я понятия не имею, что на меня нашло, – добавляю зачем-то то, что кажется мне совершенно бессмысленным и даже жалким. 
– Слушай, Свет, да плевать вообще. Тебе хорошо было?
Откашливаюсь. Врать бесполезно, да и не в моем стиле.
– Ты же видел. 
– Ну, вот и славно. Я, как ты поняла, не против экспериментов.
– С Рустамом? – тяжело сглатываю я. – Или вообще? 
– С ним, да… Черт. Не знаю, как это объяснить… 
– Наверное, привычкой.
– А? Да нет. Мась, ты че? Думала, мы в зоне так? Дурочка. Мы никогда вместе… Нет-нет. Ты чего? С тобой все было… не знаю. Так, как никогда. 
Дэн подгребает меня под себя и кладет подбородок мне на макушку. 
– Похоже, Батя не разделяет твоего мнения, – тихо замечаю я, сама не понимая, почему мне так херово от этой мысли.
 
  
ГЛАВА 18
 
ГЛАВА 18 
– Мурку не забывай кормить. 
– Не забуду, хватит переживать. 
Обвожу взглядом терминал. Чертов Батя. С ним скоро параноиком станешь! Ничего ведь не говорит, старый хрен. Повторяет только, как заезженная пластинка, что все у него под контролем. И это еще когда мне удается до него дозвониться, что получается далеко не всегда. В конце концов, так мне это надоедает, что я вообще на все забиваю. Хер с ним. Взрослый – разберется. Разве что за Свету обидно. Она-то ждет… После всего. Каких-то слов, объяснений, может. Но за последние два дня мы Рустама от силы пару раз видели. И то мельком.
– Как-то мне не по себе. – Ёжится.
– Почему? Ты же всего на пару недель летишь? – касаюсь Светкиной щеки пальцами, ловлю ее потерянный взгляд. Хочется ей пожаловаться. Сказать что-то вроде, блин, малыш, ну ты-то хоть чего? Я ж и так еле нашел в себе силы тебя сейчас отпустить. Не усугубляй, пожалуйста. Ведь все же неспроста. Это касается твоей безопасности! Но я озвучиваю совсем не то, что хочется. 
– А если придется задержаться?
– Значит, задержишься. Море, солнце. Почему нет? Наслаждайся.
– Там под полтинник жары. Не понимаю я экстремалов, которые отдыхают на Кипре летом. 
– Тщщщ, – шиплю я, вслушиваясь в раскатистый, а потому неразборчивый голос диктора. – Твою посадку, кажется, объявили.
Света растерянно оглядывается на табло и вдруг тихо ухает. Это фигня, да. Еще неделю назад я бы, может, на этот звук и внимания не обратил. Ну, мало ли, что там случилось, женщины – народ эмоциональный. А тут – сердце в пятки уходит, и сводит низ живота. Как припадочный, дергаюсь к Свете. Дремлющие инстинкты защитника выкручиваются на полную. Адреналин впрыскивается в кровь, за секунду разгоняя пульс до запредельных значений. Становлюсь в стойку, готовый отразить любую атаку, когда вдруг понимаю, что ничего страшного не произошло. В Свету просто со всей дури врезался несущийся куда глаза глядят мальчуган.
– Ух ты, какой резвый, – улыбается Света, наклоняясь к мелкому. – От кого бежишь?
– Ни от кого. Просто бегаю, – пыхтит тот.
– Ясно. – Посмеивается. – А я уж было решила, что ты потерялся, как медвежонок из мультика.
– Не-а. Не потерялся. Моя мама во-о-он там.
Проследив за указательным пальцем мальчика, переглядываемся. Парень, может, и впрямь думает, что все окей, но, судя по панике, написанной на лице у его матери, у той на этот счет складывается другое мнение.
– Знаешь что? Давай-ка ты теперь беги обратно, – усмехается Света.
– Наперегонки?
– С тобой, что ли? Ну-у-у нет. Ты-то вон как носишься. 
– Давай! – подначивает малой и срывается с места. Света, смеясь, оглядывается на меня и, бросив чемодан, медленно, беззастенчиво поддаваясь, трусит за пацаном. Завидев парня, его мать реагирует довольно-таки драматично. Падает на колени, хватает мелкого и начинает что-то ему выговаривать, и только потом замечает Свету и уже более спокойно переключается на нее. А та в ответ кивает и, активно жестикулируя, что-то ей принимается объяснять. 
– Привет. 
Не сумев скрыть удивления, оборачиваюсь. Батя стоит справа от меня, непонятно как отыскав нас в такой толпе.
– Привет. Не знал, что ты собирался приехать.
– Так трубку брать надо, – ворчит Рустам, а сам со Светы глаз не сводит. Достаю телефон. Ни одного пропущенного.
– От тебя нет вызовов.
– Наверное, здесь глушат, – дергает плечом. 
Потолок в зале отлета представляет собой огромный стеклянный купол. В льющемся в него ярком утреннем свете мне становится видно то, чего я почему-то раньше не разглядел. Да он же как пес устал – понимаю вдруг. Морда вон как осунулась. И очки Батя нацепил явно не для того, чтобы раздать стилька. Вот же дурак. Следом отмечаю, что рубашка у Рустама хоть и свежая, но явно неглаженая. То есть, переодеться в чистое он еще успел, а вот на все остальное времени уже не осталось.