Сердце напополам (СИ)

– Да он, скорее всего, откажется, но мое дело – предложить, – окончательно разгоняет мои страхи Денис. – Свет, а перец тоже мыть?
– Ага.
К моменту, когда благоухающий Денисовыми духами Батя выходит из ванной, стол уже накрыт. А в морозилке своего часа дожидается запотевшая бутылка водки.
– Присаживайся, Бать. Давай по одной за встречу.
– Если только по одной. Ты помнишь, я не особо любитель.
И на том, как говорится, спасибо. Хоть пьянок можно не опасаться, а то я и впрямь уже не знаю, чего ожидать.
– Свет, а ты? 
– Я не буду, не хочу мешать. Мы с Денисом в ресторане вино пили, – максимально вежливо отказываюсь.
– Мась, да мы по одной. Что тебе от рюмашки будет? За встречу сам бог велел. 
Идиотская традиция, но чего уж, не мы ее придумали. 
– Ладно, – вздыхаю я, – только половинку.
Водку разливает тоже Рустам. Он вообще негласно берет на себя командование. И как у него это получается – черт знает. Вроде уважительно. Особенно по отношению ко мне. А все ж и мысли не возникает, что это он у меня в гостях. 
Чокаемся, выпиваем. Рюмки, согласно всем известному правилу, тут же наполняются по второму кругу. По мере того, как вечер превращается в ночь, разговоры о том, как добрался, и обсуждение последних новостей с зоны, сменяются шутливыми воспоминаниями из разряда «а помнишь…». Я, разомлев, особенно не прислушиваюсь. Краем сознания отмечаю только, что о делах мужики говорить не спешат. Оно, наверное, и правильно. У людей праздник. Юбилей у Дениса. И первый день на свободе у Бати – повод тоже более чем достойный. В какой-то момент меня просто вырубает на плече у Дэна.
– Мась, иди-ка ты в кровать. Я тоже скоро.
– А со стола убрать?
– Разберемся.
– Постельное Рустаму Данилычу помнишь где взять? – зеваю, уткнувшись лицом Денису в грудь. А тот сыто урчит, расчесывая пятерней мои волосы, тот смеется…
– Тебе ж Батя сказал – просто Рустам. 
– Так что? Найдешь? Погладить я не успела.
– Не переживай, Свет. Я посплю на неглаженом, – чужой голос тревожит уже осевшие было мысли. И они опять принимаются лениво кружить в голове. Может, это и к лучшему, что нас теперь трое? Не знаю. Но если наш холодильник будет забит едой так, как сегодня, я определенно не против такого квартиранта. Мне уже надоели яйца и лапша. Если так продолжится, я сама скоро закукарекаю. Эта глупая мысль заставляет меня пьяно улыбнуться. К тому же, помнится, был еще один важный аргумент за… Ах, да! Эти двое будут у меня под присмотром.
– Тебя совсем развезло, мась. Пойдем-ка, я тебя уложу. Бать, я на минуту, ага?
– Не торопись. Я все равно собирался на перекур выйти.
Голоса отдаляются… Отдаляются… 
– Моя ты пьянь, – смеется Дэн, раздевая меня, как ребенка.
– Сам виноват. Сказала ведь, что не хочу мешать, – шепчу я, послушно поднимая руки. Лифчик мое платье не предусматривает. Это, конечно, не проходит мимо внимания Дэна. Его горячие пальцы касаются мягких сосков, превращая их в тугие камешки. 
– Ты мне нравишься пьяненькой. Такая сразу покладистая…
– Дэн, Дэнчик… Перестань.
– Почему? – на смену пальцами приходят губы. – Пахнешь своими сливами – сдохнуть можно! 
– Мы же не одни, – вяло уворачиваюсь. – А сливы… Так это твой Батя купил. Представляешь, какое совпадение.
– Вряд ли. 
Я совсем уплываю в его руках. Между сосками, которые Дэн поочередно посасывает, и моим лоном натягиваются золотые раскаленные струны. Что вряд ли? Он вообще о чем? Боже, как хочется… Хочется… Нет. Нам же нельзя! 
– Все, Дэн, не надо. Пожалуйста, давай, иди...
– Ты чего? Из-за Бати, что ли? Да он на балконе курит.
– Все равно! Он же догадается, что мы тут… – с трудом ворочая языком, скорее больше даже от усталости, чем от выпитого, шепчу я.
– И что, мась? Нам с тобой не трахаться? Иди сюда.
– Нет, нет. Это ты иди… Иди, Дэн, я серьезно. Он же только с зоны, это будет как-то негуманно.
– Ладно, – посмеивается Денис в темноте, и откатывается к краю, шурша простынями. – Гуманная ты моя. – Шлепает легонько по попке.
 
– Ай!
– А ты как думала? Весь вечер задницей передо мной вертеть… Перед нами.
Сон наступает, сгущается, слова вязнут… Наутро я даже не уверена, что они мне не почудились. Да и что там такого было сказано, м-м-м? Ни слова правды.
  
ГЛАВА 13
 
ГЛАВА 13 
Новости о том, кого этапируют в зону, бегут впереди самого этапа. Так что о Дэнчике я узнал задолго до того, как его увидел. Узнал все, да. Потому и присматривался. По человеку ведь сразу понятно, чего он стоит. В этом смысле очень важно, как ты себя поведешь со старта. И я сейчас не про «вечер в хату». Судьбу сидельца определяют поступки, а не знание тюремного фольклора, как некоторые ошибочно думают. Дэн зашел правильно. По-простому. Что меня особенно удивило, потому как я знал, что он, в общем-то, далеко не простой парень, и не отметал возможности, что из-за этого у него будут проблемы. Но обошлось. 
Хрен его знает, почему Ден уверен, что своим положением в зоне обязан мне, это неправда. Как и то, что в ней непременно ломают всех новеньких. На самом деле нормальные люди нужны везде. В зоне работают те же простые правила, что и на воле. Прописные истины, которым нас с детства учат родители. Например, что врать, брать чужое, крысятничать и унижать слабого – плохо, а соблюдать гигиену и не причинять дискомфорта окружающим – хорошо. У Дэна с этим проблем никогда не было. А вот дружба со мной, напротив, могла их добавить. Люди из моего окружения поневоле приковывали к себе более пристальное внимание. Впрочем, мне на это было плевать. На Турова у меня свои планы имелись. Вот почему наше сближение было неизбежным. Другой вопрос, что потом шкурный интерес трансформировался во что-то большее. Уж очень интересным и толковым оказался этот парень. Я в его годы не мог и близко таким похвастаться. И теперь, вот, пожинаю плоды. 
– Доброе утро, – раздается нежный, чуть хриплый со сна голос. 
Оборачиваюсь. Прохожусь взглядом по хрупкой фигурке хозяйки квартиры. Тушу сигарету и закрываю окно. 
– Доброе. Кофе? Ничего, что я похозяйничал? 
– Нет. Наоборот. Это то, что мне сейчас нужно.
Скупо улыбаюсь. Беру чашку, выливаю остатки кофе и протягиваю Дэнчиковой зазнобе. Если бы у меня еще были сомнения насчет того, что он не дурак, его выбор женщины развеял бы их подчистую. 
Света со стоном опускается на стул и вытягивает в проход длинные ноги. Я залипаю на ее аккуратных пальчиках. Кровь отливает от головы и устремляется вниз. Это совершенно неконтролируемая и оттого еще более неожиданная реакция. Хорошо, что Света глаза закрыла и не знает, как я рад ее видеть. 
– Боже, зачем я пила? Как мне теперь работать? – бурчит она, поднося к губам чашку. – М-м-м, божественно. 
– Спасибо. Дэн спит?
– Угу. Ему, в отличие от меня, никуда не нужно. Ой, я же хотела посмотреть последние платежи… Ничего не успеваю.
Едва присев, Света опять вскакивает. Я отступаю, чтобы освободить ей проход, но она шагает в ту же сторону. Не без труда расходимся. Сегодня Света выглядит совсем не так, как вчера. Но, во-первых, это совершенно ее не портит, а во-вторых, не притупляет моих реакций. И это проблема. В конце концов, я действительно заинтересован в нашем с Дэном бизнесе. В нем я вижу большие возможности для себя и шанс встроиться в стремительно изменившуюся, пока я чилил в зоне, жизнь. Для этого мне нужно всего лишь вывести свои доли из стареньких предприятий, пока те окончательно не издохли, и вложиться в высокотехнологичный и перспективный проект Турова. Наличие бабок, к счастью, не отбило мой нюх. За последние десять лет бизнес претерпел серьезные изменения. И мне нужно по-новому в него встроиться, чтобы усилить свои позиции.
Тут не до баб. И уж тем более не до их дележки.
Света возвращается в кухню, ставит на стол ноутбук.