Живи и ошибайся (СИ)
Алексей с моими выкладками был согласен — давно пора хоть что-то производить и продавать, но немного спустил с небес на землю. Я же раскатал губу на серу для спичек. Стриптизёр тире ветеринар химиком не был, но запасся литературой по перспективным областям. Никогда раньше я не интересовался составом спичечной головки и с сожалением узнал, что один из главных компонентов вовсе не сера, а бертолетова соль, именно она даёт необходимый для горения кислород. Заказать её можно, но обойдется недёшево. К тому же по стране бушует холера. Народ от Севастополя до Петербурга бунтует, и Николай I лично успокаивает столицу. Хотя я не терял надежду закупить компоненты и самому изготовить бертолетову соль.
Хорошо, что мои старые, ещё институтские учебники попали сюда вместе со мной. Раньше рука не поднималась выкинуть книги. И как удачно они пригодились! Там их немного: два по органической химии, три по неорганической, но в нашей ситуации это настоящее сокровище.
«Бертолетова соль — калиевая соль хлорноватой кислоты впервые получена в 1786 году», — прочитал я в учебнике. А ведь не так всё плохо, как я переживал. Когда Петя заболел, я весь извёлся на тему того, что у нас нет хлорки. Этот химикат уже знают и используют для отбеливания тканей. Не в провинции конечно. Зато достать пиролюзит и соляную кислоту вполне реально. И уже при помощи этих компонентов можно изготовить привычную мне хлорку.
Секретарь давно разослал письма и дал заявки известным купцам. Мне хотелось иметь под руками хлорку на всякий случай. В это время не только холера, но и дизентерия, и тиф не редкость. Как человек двадцать первого века, я панически боялся подцепить какую-нибудь заразу из-за элементарного несоблюдения санитарных норм. Так что хлорка — наше всё! При пропускании хлора через горячий раствор гидроксида калия мы получаем в итоге бертолетову соль. Бинго!
Мало того, гидроксид калия ещё применяют для получения жидкого мыла. И это я не преувеличиваю. Сам гидроксид калия получают при взаимодействии раствора поташа и известковой воды. Все нужные составляющие в шаговой доступности. Всё равно собирался у Куроедова поташ покупать. Если взбрыкнёт, пообещаю ему хлорки. Он сейчас на дезинфекции и здоровье помешан.
— Лёшка, будет у нас бертолетова соль, — обрадовал я друга. — Ты нам пока хоть пару килограммов серы накопай. А то мы о ней знаем чисто теоретически. У нас же наверняка не самородная сера?
— Да? — озадачился Лёшка. — И что понадобится для получения чистой серы?
— Скорее всего достаточно будет переплавить руду в печи, — успокоил я его.
— Тянуть с этим делом не стоит. Пожалуй, дня через три отправлюсь в поездку. Крестьян всё равно нужно проведать, — согласился Алексей.
Денег на ещё две деревни жалко было тратить, но нам там добычу серы организовывать. Так что придётся строить первое время бараки. Снова покупать брёвна или, если повезёт, камень с карьера.
Спичечная головка кажется такой маленькой, в ней-то и веса 0,045 грамма, затраты должны быть минимальными, а реально не всё просто. Серы в спичке чуть больше 4 % от общей массы. Когда я это прочитал, долго изумлялся, что бертолетова соль составляет чуть ли не половину объёма спичечной головки. Плюс костный клей и толчёное стекло.
С этим проблем возникнуть не должно. Мы же не только оконное стекло заказывали, но и различную посуду. Мне для лаборатории нужно. То, что будет бой и не всё дойдёт целым, я знал наверняка. Но если уж не будет хватать битого стекла для спичек, то отдельно закажем.
Конечно определенные трудности в любом деле будут, особенно денежные. Коней продавать мы хорошо если лет через пять сможем. Тяжеловозы могут заинтересовать военных, а американская верховая годится всем. Алексей уверял, что эта легкоупряжная порода была выведена целенаправленно для бегов на ипподромах. И наши кони составят серьёзную конкуренцию орловским рысакам, которые сейчас очень популярны.
Исключительная резвость этих «американцев» объясняется тем, что корни породы восходят к чистокровным верховым жеребцам, в том числе арабским скакунам. При хорошей выучке и тренировке наши лошади на ипподромах обойдут орловских скакунов. Дело за малым — подождать несколько лет, когда подрастут жеребцы, и начать популяризировать эту породу в России.
Жить всё это время на доходы от крестьянских хозяйств не стоит. Идея с сахаром отличная, но её воплощение тоже не моментальное. В этом плане спички хороши по всем показателям. Прежде всего отсутствием всякой конкуренции. Химический состав будущие производители этой продукции ещё долго будут подбирать, основываясь в основном на фосфоре. Это весьма огнеопасный компонент. Спички, состоящие из смеси бертолетовой соли, белого фосфора и клея, будут загораться от трения о любую поверхность и даже внутри коробки от соприкосновения друг с другом.
Анекдот на эту тему был очень точным: «Целая спичка говорит другой, полуобгоревшей: „Видишь, чем кончается твоя скверная привычка чесать затылок!“».
Позже белый фосфор заменят на красный, и это будет более приемлемый состав. Но тот, что будем использовать мы, так сказать, из ГОСТов советских времён. И это будет нашим главным и тщательно охраняемым секретом. По этой причине ставить завод спичек где-то далеко не хотелось бы. И охрану придётся набирать дополнительно.
Вторая задача — это спичечный коробок. Для нас одинаково проблематично сделать что картонную, что коробку из шпона. Зато шпон в перспективе может пригодиться для изготовления фанеры. Лёшка намекал на завод музыкальных инструментов. М-да… Планов выше крыши, но с кем их осуществлять?
Снова я ковырялся в наших записях. Узнал, что и красный фосфор, который наносили на боковую поверхность спичечного коробка, и сама идея этой тёрки была запатентована в 1855 году. Вот ведь засада. Прежде чем начать выпускать спички, придётся озаботиться патентами. Надеюсь, что карантин закончится раньше. И где взять средства на оформление патентов?
Просчитав и прокрутив всё в голове, от шпона я временно отказался. Оно, конечно, нужно, но не кустарным же способом его пилить? Здесь требуется лущильный станок, патент на него англичане уже оформили. Был ещё какой-то строганый шпон, но у нас даже его описания не имелось.
Не… проще послать Дмитрия Николаевича картона купить да наклепать из него коробочек. Этим я и озадачил управляющего, попутно добавив в список два десятка других наименований. Что бы такого ещё продать, чтобы денег хватило до следующего лета? Так ничего сам и не придумал.
Алексей отсутствовал полтора месяца. Если бы не письмо от него, то я бы серьёзно начал переживать. Вернулся он в начале сентября с кульком серы. Сам исхудал, растерял свои шикарные телеса и вообще выглядел немногим лучше, чем бомж. На моё ехидное замечание Лёшка не обиделся, а лишь пожаловался, что жил всё это время в землянке с минимумом удобств. Зато производство серы, пусть и малыми партиями, подготовил.
На мои сетования о нехватке денег тяжело вздохнул. Именно Алексею пришла в голову идея взять в долю Куроедова. Раз уж мы в любом случае к нему обратимся за поташем, то почему бы не раскрутить на совместный бизнес?
— Ты только подай ему так, чтобы он сам захотел вложиться, — давал я Алексею советы. — Знаешь же, как он любит хвастаться.
— Да уж… такое впечатление, что у него марийские корни, — ответил Лёшка.
— Это почему? — не понял я.
— Ну… известные истории нашего времени про марийцев, которые любят хвастаться. Анекдот из тех времён: «Купил мариец летом зимнюю шубу. Очень захотелось показать соседям. Нарядился и, чтобы всем хорошо было видно, на крышу залез. А жена ещё громко спрашивает:
— Это кто там ходит в новой шубе ходит?
— Это я хожу. В новой шубе хожу».
Посмеялись вместе. Я тоже припомнил одну историю про марийцев, которую мне рассказывала мама. Дело было в середине девяностых. В одной марийской деревне дед решил выписать газету «СПИД-Инфо». Представили? Газета довольно специфичная. В девяностых это была просто бомба! Не то чтобы в деревнях не знали секса, просто таких умных слов не использовали и делали всё по старинке.