Скажем, что он от меня... (СИ)
— Эй-эй, мужики! — мгновенно вклинился между нами Жора. — Тут же детей рожают!
— Слушай меня, мразь, если ещё раз увижу тебя рядом с…
— Рядом с кем? С моим сыном?! Да без "Б", отсужу его у той суки, а потом хоть до посинения в дёсны шаркайтесь.
— Ну-ну, с твоим сыном, — злорадно усмехнулся, помня всю прелесть вчерашней аферы — как выкинул пробирку с его слюной в уличную урну.
В эту же минуту в холле появилась Зоя с Алисой. Пичуга окинула нас всех взглядом, а после воинственно подступила к своей бывшей подруге.
— А ты какого хрена тут забыла? — Рита ещё больше побледнела.
— Прости, но я должна тебе признаться, пока не поздно, — слезливо молвила девушка, окончательно потеряв цвет лица.
Незнакомка открыла рот и тут же грянула детская песенка, а тучная и румяная медсестра торжественно вынесла нам на обозрение новорождённого.
— А вот и наш малыш! И кто тут у нас папочка? — как в детском садике, закурлыкала женщина, держа малыша навесу.
— Вот это сейчас и узнаем, — вылез вперед Однорукий, тыча всем в лицо конверт.
Результат?! Ну что ж давай, коль так серьёзен!
— Зоя, я должна тебе кое-что сказать! Это срочно! — настойчивее повторила Марго и почему-то перекинулась обеспокоенным взглядом с Жорой, что вдруг перекочевал к ней.
Но Зоя отмахнулась от девушки, завороженно сканируя конверт. Да, сейчас Валентин огласит результат, и я потом буду доказывать Зое обратно, надеюсь, убьют меня быстро, чтобы не мучился. Главное, малыш останется с ней. Думаю, в данной ситуации все методы хороши.
Зоя сошла с лица, но стоящая поодаль Алиса поддержала её за руку.
— Результат — 99,9 %. Ответ положительный. Это мой сын! — победно изрёк Валентин.
Что?! Как положительный?! Почему положительный?! В успехе проведенной аферы я не сомневался, если только… Разве такое возможно?! Как?!
Не сдержался и выхватил у Однорукого конверт, вновь читая заключение и удостоверяясь в подлинности документа.
— Читай сколько влезет, — надменно пропел Валя и потянул руки к моему Алёше. — Я отец. Давайте пацана.
Хрен тебе! Это МОЙ сын! Рванул вперед и нокаутировал урода ударом кулака в челюсть.
— Тронешь моего сына хоть пальцем — убью! — и закрыл медсестру с младенцем собой.
— Охрана! — закричала сотрудница роддома. — Здесь нельзя драться. Покиньте немедленно помещение!
— Простите, — усмиряюще поднял вверх ладони Жора, вновь встав между мной и охающем на полу оппонентом. Кажется, сломал гаду нос.
— Матвей, что с тобой? Зачем ты его ударил? — Зоя шлепнула по плечу, взбудораженная моим поведением.
Ну как же ты не понимаешь, родная!
— Затем что не отдам ему своего сына! — повторил я, глядя на любимую с сумасшедшим блеском в глазах. — Не знаю, как такое возможно, но… Зоя, я заменил биоматериал Валентина своим. Алёша — мой сын!
— Что?! — Зоя испуганно попятилась, явно решив, что у меня не все дома. — Но это невозможно. Как?
— Возможно, — вдруг вмешался Жора и странно посмотрел на подпрыгивающую на месте Риту. — Возможно, если наконец дадите Маргарите и мне всё рассказать.
— Вы что знакомы? — только теперь заметил, как друг приобнял незнакомку.
— Оказывается, да, — кивнула девушка. — Мы все знакомы, только вы об этом забыли, так как оба тогда были в стельку.
— Тогда? — не понял я на пару с Зоей.
— Да, когда мы с Зоей поехали в клуб следить за похождениями Вали, — пояснила девушка, имя которой наконец вспомнил. Маргарита — лучшая и коварная подруга моей пичуги. Вот, оказывается, какая ты.
— А наша компания получила выгодный тендер, и ты, Матюха, потащил меня в клуб праздновать, — ввернул Георгий и слегка улыбнулся рыжей. — Я бы сразу вспомнил тебя, Зоя, если бы ты стала снова брюнеткой.
— Да, Зоя парик тогда нацепила, чтобы Валя не срисовал нас, — кивнула Рита.
— О боже мой, — простонала рыжая, и найдя ближайшую скамейку рухнула на неё, обняв голову ладонями.
— Валентин тогда ушёл из клуба с какой-то блондинкой, и Зоя от расстройства налегла на алкоголь, — продолжала Рита. — Потом, кажется, облила подвыпившего Матвея вином.
В память мгновенно вернулась сцена, словно из сна — клуб, софиты, танцы и брюнетка, плеснувшая мне в лицо алкоголь. Почему? Кажется, я обозвал её горгульей.
— Так и завязалось ваше общение. Мы отдыхали все вчетвером. Жора предложил перенести вечер к нему домой, но мы поехали к Матвею.
— Мы с Ритой проболтали до утра, совсем забыв о вас, — подхватил её исповедь Жора, — а когда вспомнили, то нашли в постели Матюхи.
— Мы не были уверены, что вы переспали, так как вы оба были одеты, — пожала плечами Рита.
— Частично, — ввернул Жора, заставив пичугу покраснеть. — В итоге, Рита попросила меня помочь отвезти Зою в общежитие.
— Да, — вновь подтвердила Рита, склонив виновато голову. — Я хотела обсудить произошедшее с тобой, Зоя, с утра, но ты ничего не помнила.
— Матюха тоже помнил только брюнетку из клуба, и больше ничего, — хихикнул Жора, но тут же оробел, врезавшись в суровый взор Зои.
— Да, — продолжала Марго. — Я решила смолчать, не стала тебе говорить о случившемся, прекрасно зная твою способность утрировать всё. У тебя и так были проблемы с Валей, и факт возможной измены ваш союз бы не выдержал. Я лишь потом поняла, что совершила ошибку, умолчав. Когда ты была беременна на шестом месяце, я застала Валю с какой-то девкой в одном из местных клубов, и меня прорвало. Мне так стало обидно за тебя, что не сдержалась и выкрикнула ему в ответ о твоей более ранней измене ему. Язык — враг мой, прости… А после понеслось.
— Но ты же могла мне рассказать после, — осуждающе покачала головой пичуга.
— Могла, но ты так тяжело переживала разрыв. Вбила себе в голову мысли об аборте, искала деньги, а потом… Потом видимо судьба — истинный отец твоего малыша сам нашёл тебя, ничего не подозревая.
Маргарита улыбнулась:
— Зоя! Матвей — одна из самых удачных и правильных ошибок, что ты могла совершить. Он — твоя настоящая семья, теперь уже официально.
— Выходит, и в твоих трусах дерьма не меньше, — презрительно рыкнул поднявшийся с пола Валентин и, сплюнув в наши ноги кровавую слюну, ушёл из здания роддома. Давно пора! Надеюсь навсегда.
Перевёл взгляд на Зою, вдруг осознав, что мне не стыдно. Да, есть осадок, который нам придется ещё переваривать, но мне правда не стыдно. И ей не должно быть. Это измена, спасла Зою от самого страшного и неприятного мужчины, которого только может встретить женщина. Валентин Однорукий не только не достоин быть с ней, но и являться биологическим отцом её малыша. Нашего малыша. Моего малыша! Раньше и представить не мог, что это гадкое слово "измена", станет для меня сейчас настолько приятным.
Подступил к своей пичуге, нежно погладил по щеке и, взяв наконец Алёшу из рук медсестры, ласково произнёс:
— Я же сказал, что он от меня…
И повернувшись к любимой всепоглощающе поцеловал в губы. Отстранившись, заглянул в сверкающую лазурь её глаз и озорно вопросил:
— Так, и что теперь осталось сделать, чтобы ты стала моей женой?