Скажем, что он от меня... (СИ)

— Можно мне самому решать кто ты для меня? — в голосе зазвучали сердитые нотки.
— Нет, нельзя, — сказала строго. — Матвей, у тебя любимой девушки-то толком никогда не было, а тут сразу я с чужим ребёнком. Я не могу позволить тебе залезть в омут, в котором мне самой страшно.
В ответ мужчина проникновенно посмотрел в глаза и, нежно коснувшись моего лица, притянул к себе.
— А я не могу позволить тебе идти в этот омут одной. Ты плохо меня знаешь, птичка. Ради цели, я на многое способен пойти.
— Да? Тогда скажи, почему ты игнорируешь своих родных? — ударила не в бровь, а в глаз.
— Кто тебе сказал? — тут же нахмурился мужчина, отступив.
Ответить не успела, так как снова и словно издеваясь, над головой прозвучал знакомый голос.
— Опа, и вам вечер добрый.
Обернулась. Валентин, прилично подвыпивший, зло косился то на меня, то на Матвея.
— Ну прямо голубки. Босс, а она что вас тоже уже к себе в койку уложила? А? — пьяные глазёнки бывшего похабно осмотрели меня. — Моя бывшая подшлюховатая, зая. Ой, Зоя!
— Забери слова назад, гадёныш, — мгновенно отреагировал Матвей, стеной двинувшись на Валентина.
— Нет… Матвей, стой! — в теле мужчины чувствовалась сталь гнева, но я отчаянно вцепилась в его рубашку со спины. — Не надо! Он пьян. Пойдём!
— Он пьян, — передразнил бывший. — А ты прям сама невинность.
— Последний раз предупреждаю, отвали! — рявкнул Матвей, разозлившись уже до предела.
— Так тихо, мужики, — из ниоткуда вылез Шабалин, и я была ему несказанно рада. — Снова даму не поделили?
— А чего её делить? — презрительно выплюнул Валентин и внутри меня всё похолодело. — Этой суки на всех хватит! Мне ли не знать…
Матвей рванул вперёд, чтобы наконец заткнуть моего бывшего, но тучная фигура Шабалина оказалась весомой преградой.
— Эй, уважаемый, полегче. Дама в положении, а вы смеете говорить гадости в присутствие отца её ребёнка.
В эту же секунду что-то оборвалось, перевернулось и превратилось в бесконечный хаос. Валентин взревел раненным зверем и набросился на Матвея с кулаками.
— Что?! Выходит это ты обрюхатил мою невесту?! Убью, падла!
  
Глава 20
 
МАТВЕЙ
Не понимал, что неприятнее всего — оказаться избитым, быть обманутым или стыд перед Шабалиными? Сперва не сразу въехал в суть происходящего между мной и Одноруким. Поначалу это было рыцарство за честь девушки, которое в миг переросло в порочную связь с падшей женщиной.
— Это с ним ты мне изменила, мерзавка подлая? — шипел подбитый Валентин, с горькой ненавистью тыча в пичугу пальцем, когда нас уже разняли и разместили у медпункта береговой охраны.
— Изменила?! — к данной постановке происходящего был абсолютно не готов. Что значит изменила, да и ещё со мной? — Зоя, какого черта он несёт?
Пичуга, не менее сраженная подобным заявлением, таращилась то на меня, то на бывшего глупо шевеля губами.
— Я… Это… Это неправда, — наконец выдавила из себя рыжая и замотала головой. — Я не изменяла. Это ложь! — голос Зои сорвался в панической ноте.
— Да? Тогда может спросим у Риты? — Валентин подался вперёд и во взгляде мужчины сияла кристальная ярость. — Она-то и сказала мне правду. Призналась, что ты изменила мне и пыталась выдать своего ублюдка за моего…
— За словами следи, тварь! — этого стерпеть уже не мог и попытался схватить оппонента за ворот рубахи, но чья-то крепкая мужская рука отодвинула на безопасное расстояние.
— Называю вещи своими именами, — рявкнул в ответ Однорукий.
— Я тебе не изменяла! — Зою затрясло. — Ты сам…
— Только после Вас! Я же любил тебя, дура! Старался только для нас. Даже был готов поверить, что ты беременна от меня, хотя не могу иметь детей.
— Что? Как не можешь? — пичуга бледнела с каждой секундой.
— А вот так! Бесплоден я, — Валентин понуро склонил голову, убирая с лица окровавленную ветошь. — Хотел признаться, собирался с силами, но ты прибежала с этим гребаным положительным тестом. Как дебил, начал верить в чудо, что врачи ошиблись, и даже не задумался о самом гнусном. Был уверен, что моя Зоя ни с кем и никогда. Хренушки, Марго открыла глаза. Дрянь ты!
 
С этими словами Однорукий бросил салфетку в ноги Зое, презрительно скривился и направился прочь.
— Валя! — крикнула рыжая и хотела последовать за ним, но пошатнулась и начала падать.
Поймал в последнюю секунду, смягчив собой удар о галечный берег.
— Зоя! Зоя? — звал в безжизненное лицо, слыша, как возле пичуги засуетились медики береговой охраны.
Приехавшая на вызов Скорая, увезла меня и девушку в больницу. У Зои резко поднялось давление и, чтобы исключить угрозу выкидыша, врачи приняли решение о госпитализации. Прояснить случившееся на пляже не получилось, так как улыбчивый медик-абхаз ввел ей слоновью дозу седативного, погрузив в насильственный и успокаивающий сон. Остаться с ней не разрешили, убеждая, что ночью пациентка будет спать. Вызвал такси и направился в отель "Акра", надеясь, что ещё один неприятный разговор будет отложен хотя бы до завтра. Облом.
— Ну и на хрена понадобилось делать из нас идиотов? — чуть подвыпивший Шабалин сидел прямо в нашем номере.
— Прости…
— Засунь в зад свои извинения, Илларионов! Для чего был этот цирк?! Из-за моей жены? Да, не пялься так, Алиса призналась о том, кто вы раньше были друг другу, когда назвала меня в постели твоим именем.
— Послушай, мне очень стыдно. Всё само как-то вышло… Сглупил. Это правда, Зоя не моя девушка. Мы вообще знакомы чуть больше недели. Не знаю, что на меня нашло. Я как Алису увидел с тобой — такую красивую и счастливую — вдруг понял, что у самого всё совсем не так. Далеко не так. Стало паршиво, и я соврал. Выдумал на ходу и этим всё усложнил. Зоя согласилась на роль моей беременной подружки, потому что нуждалась в деньгах. Клянусь, Серёга, отбить у тебя Алису и в мыслях не было. Во мне сыграло лишь мужское самолюбие.
— И как мне прикажешь потом доверять тебе в нашем бизнесе? — Шабалин совестливо сощурился. — Что если вновь взыграет твоё самолюбие?
— Я давно зарекомендован, как честный партнёр, — тщетно вступился за себя.
— Как знать, — покачал головой Шабалин и направился к выходу. — Конечные условия договора обсудим уже на родине. Ты разочаровал меня, Илларионов.
И с этими словами покинул мой номер.
Зараза! Сердито плюхнулся на постель, уставившись в потолок. Гребанный Однорукий! Одним своим появлением сломал всё: мой бизнес, Зою и наши отношения.
Отношения… А они вообще есть? Я почти сказал, что хочу продолжения и уже не понарошку, а она начала о социальных неравенствах. Что за бред?! Разве не видно, что мне всё равно на её родословную и прочую бурду?! Или же… Она до сих пор любит своего бывшего? Идиот! Конечно же любит! Она собирается от него рожать. Да, от него. Не верю я в такую подлость Зои. Моя пичуга не похожа на тех, кто способен изменить. В голове просто не укладывается.
Вздрогнул, когда на сотовый поступило сообщение с неопределённого номера.
"Выходи. Поговорить надо."
Даже предполагать не пришлось от кого это послание. Не раздумывая, поднялся и направился вниз. У ворот отеля и правда стоял бывший Зои, всё такой же помятый и в заляпанной кровью рубашке с початой бутылкой вина.
— Как это произошло? Ты на неё полез? — в серых глазах сосредоточилась такая боль, что невольно свело желудок.
— Я и Зоя знакомы всего неделю, — ответил безапелляционно. — Девушка лишь выполняет условия нашей небольшой сделки. Я не спал с твоей бывшей… В сексуальном плане.
Валентин опустил голову, внимая сказанному, и сунул мне бутылку.
— Тогда прости. Сам понимаешь, сорвало крышу, как услышал и всё сопоставил.
И я понимал. Кивнул и, как в знак примирения, отпил из предложенной бутылки.
— Только в случае с Зоей ты весьма категоричен. Рубишь с плеча.
— Она мне изменила и это факт, — Однорукий отобрал у меня свою выпивку и вновь припал к горлышку.