Скажем, что он от меня... (СИ)

"Мы с Зоей с удовольствием составим вам компанию в поездке," — напечатал в чате с Сергеем Шабалиным.
Перешёл в следующий по важности, но аппарат в моей ладони возбужденно заиграл рингтон.
— Реакция мгновенная, — буркнул я, принимая вызов.
— Доброе утро, партнёр! — оглушил вечно бодрый голос толстосума. — Отличные новости. В ожидание вашего ответа даже Лиска приуныла. Непременно обрадую её. Кстати, я был уверен, что ты сумеешь уболтать благоверную. Ты ж Илларионов. Поэтому и сотрудничаю с тобой. Билеты я уже забронировал и на вас тоже. Отель "Акра". Два двухместных номера люкс. Будем соседями. С тебя осталась аренда зала для совещаний. Это чтобы всё по-честному, партнёр.
По голосу чувствовалось, как толстяк доволен собой, оставив меня снова на плаву собственной несостоятельности. Плясать под их дудку, откровенно говоря, уже подбешивало. Он даже в выборе номера не оставил дело за мной.
— Отлично. Договорились, — скрипя зубами произнёс в ответ, чувствуя хруст пальцев… Или это корпус моего телефона?
— Вылетаем завтра днём. Алисочка любит с утра понежиться в постели и вам поди так будет проще.
Беззвучно усмехнулся вспоминая, как в студенческие годы сам утюжил свои рубашки и готовил завтрак, так как боялся потревожить ангельский сон своей теперь уже бывшей пассии. Ничего не меняется.
Нажал отбой и вернул взгляд на унылую дорожную пробку…
Уставший и выжатый, как лимон, вывалился из машины возле невысокого офисного здания, и тут же подвергся фотовспышкам и насилию со стороны прессы. Кажется, пора менять своего PR-менеджера, раз он не смог вовремя утихомирить бурю. Охрана пресекла журналистов у входа, и ко мне тут же подлетел тот самый громила, что вчера выкручивал руки пичуге.
— Матвей Васильевич, извините за вчерашнее. Я не знал, что она ваша…
— Проехали, — отмахнулся я, стараясь не смотреть на его подбитый нос. — Она сегодня придёт ещё раз, как появиться, сразу ко мне.
— Да, босс…
В приёмном правда меня ожидала новая сцена — Альбина. Нет, она не в рядах моих бывших любовниц, но ярая защитница любовных связей своей сестры. Сразу видно, с личной жизнью не клеится.
— Хотите сказать, что имели половину Москвы, пока другая женщина носила под сердцем ваше чадо? И по этому дерьму убивается моя сестрёнка?!
— В ваши обязанности входит следить за порядком моего рабочего графика, а не за моими похождениями, — сухо заметил я, целенаправленно идя к себе в кабинет.
— Но и обязанности сестры вам не отменить, — пафосно парировала Альбина. — Будет интересно наблюдать, как отреагирует мать будущего ребёнка на разнообразие вашей интимной жизни.
— Кого вы сейчас решили испытывать на прочность? — усмехнулся я, считая эти угрозы ироничными.
— Увольнением вы меня не запугаете, — храбро брызнула слюной глупая женщина. — Вы посмеялись над честью моей сестры, а значит мы, Сидоровы, не оставим это без внимания.
— Кажется вы чрезмерно увлекаетесь литературой. Что сейчас читаете? Сага о Форсайтах или Братья Карамазовы?
— Братья… Не смейте насмехаться! — выпучила она глаза, надув губки.
— В общем так, миледи Сидорова, скачите за свой стол и возвращайтесь к работе, пока я сам не запустил месть до седьмого колена…
— Но…
— Живо! — рявкнул тоном, что сводил поджилки не одному рабочему.
Альбина пыхнула паром из ноздрей и, вбивая каблуки в несчастный паркет, покинула помещение.
Выдохнул, мечтая о чае, но теперь не рискну попросить его у секретарши. Взял стакан и направился в уборную. Попью из крана, авось не помру.
Переведя мысли на рабочий план, вернулся за стол. Хватит! Проблемы, придуманные мной не должны снижать уровень работоспособности. Абсорбируйся!
Помогло. Ушёл в работу, пока через пару часов не услышал в приёмной явную ругань. Нахмурившись, поднялся из-за стола и направился наружу, но выйдя, понял, что угодил в преисподнюю. В приёмной моя секретарша решила испытать на прочность Зою, которая в новой одежде выглядела сегодня на все сто. Даже невольно улыбнулся, созерцая рыжую бестию в пятисекундном моменте перед прыжком…
 
Стоп! Прыжок?!
В последний миг успел перехватить свою беременяху, спасая глупую секретаршу от верной смерти. Зоя уж точно столько книжек не читала, чтобы отбиваться литературно.
— Пусти… Я ей сейчас так приложу, что месяц сидеть не сможет на своём любознательном заде!
— Слышали, Матвей Васильевич?! И на это недоразумение вы променяли Дашеньку?
— Недоразумение?! — взвизгнула рыжая. — Тебе точно конец, очкастая!
Зоя разъярилась настолько, что удержать её не представлялась возможным, а это очередной позор для репутации моей компании. Краем глаза заметил носатого мужика из желтой прессы, что вынюхивал за стеклянной дверью приёмной с видеокамерой наперевес. Твою дивизию! Понимая, что рост катастрофы прогрессирует, решился на крайние меры в попытке угомонить разбушевавшуюся пичугу.
Перехватил за лицо, утопив пальцы в медных пружинках, и впился в губы слиянием, на который ещё никогда и ни с кем не решался… Впился и вдруг забылся, уйдя в упоительный транс, где остались только двое — я и она. Напор ушёл в нежность, а ладони и движения словно переплелись в единое целое, подняв изнутри меня что-то столь огромное и до невозможности лёгкое и воздушное, сродни эйфории. Внутренний ребёнок уже не хотел это выпускать, глубже уходя в блаженное беспамятство чувственного и такое возрождающего поцелуя.
  
Глава 11
 
ЗОЯ
Обмякла, повиснув в крепких объятиях. Настойчивость ушла в нежные касания, полностью правя моим телом. Властные руки пленили затылок и талию, прижимая к могучему торсу. Он не просто целовал, он управлял моим сознанием и чувствами. Губы переплетались в жадном поцелуе, испивая весь жар момента. Мои ладони зажили собственной жизнью, скользя по его спине и плечам. Дико возжелала ближе, ярче и насыщеннее. Гормоны словно пустились в пляс, тормоша умершее либидо. Бог мой, и это при беременности?! Остановите сие, иначе кердык всем моим заборам, что так уверенно возвела. Застонала от собственного бессилия и вцепилась в лацкан мужского пиджака. Ещё секунда — и я задохнусь. Отчего именно, не давала понять эйфория, разрастающаяся в груди. Тело хотело продолжить, углубить момент, откинуть всё к чертям и проверить на что способно.
Не могу! Не сейчас! Не с ребёнком под сердцем…
Отстранилась, глядя на его губы, изнасилованные моими. Кажется, Матвей сам перестал соображать, что делает. Наши взгляды наконец столкнулись и махом протрезвели.
Думала мужчина отпустит меня, но тот улыбнувшись, привлёк к себе ближе, цепко удерживая за талию.
— Какой приятный сюрприз, родная, — пропел он, странно дергая левой стороной лица. Что уже довела его до тика?! Рановато. — Я ждал тебя к вечеру.
— К вечеру? Ты ж сам…
И в эту секунду он сильнее вжал меня в себя и понюхал волосы.
— Подыграй, блин. Папарацци палит…
В груди ёкнуло, снова эта вездесущая пресса. Мозг усиленно зашевелил извилинами, а поцелуй за ухом пробил током похлеще дефибриллятора. Я нервно засмеялась и, настойчиво отстраняясь, погладила Матвея по колючей щеке.
— Знала, что мой сюрприз тебе понравится, — проворковала в ответ, окончательно подзабыв для чего вообще сюда притащилась. То этот поцелуй, то его секретутка… Точно секретутка! Обернулась к присмиревшей тётке в очочах и тут же ощутила осаждающее сжатие в руке. — У вас ко мне ещё будут вопросы?
Альбина чуть раздраженно покосилась на босса и, пыхнув гневным паром из ноздрей, мотнула головой.
— Отлично, — улыбнулась ей во всю ширь и, властно положив ладонь на грудь Матвея, увлекла в кабинет.
Дверь закрылась наравне с моим шипением:
— Предупреждать надо о своих слюнях! — и демонстративно вытерла губы.
— Не говори, что не понравилось, — самодовольно усмехнулся он, смущая своим масляным взглядом. — Обман чую за версту.
— Мне не понравилась внезапность… Я… Мне надо было настроиться, — нашлась, что ответить.