Путь отчаянных

– Он не принимал ислама, – осторожно возразил Немейри, – и не должен этого делать, господин.
– А что он должен делать? – чуть повысив голос, спросил Касым. – Развращать нас своими пьянками? Сколько правоверных начали пить запрещенный Магомедом виски?
И здесь Касым был не совсем откровенен. Он сам не отказывался от хорошей выпивки, но умел это тщательно скрывать, так, чтобы никто об этом даже не догадывался.
– Словом, янки надо убирать, – подвел он итог. – Я считаю, что нас должен возглавить другой человек.
Командиры недоуменно переглянулись, а Касым украдкой наблюдал за ними, стараясь определить, согласятся ли они поддержать его.
В комнату просунулась голова Алихамата, и он шепотом позвал:
– Господин, белый начальник выпил всю бутылку и теперь спит. Что мне делать дальше?
– Иди к себе и не мешай, – поморщившись, приказал Касым. – Я считаю, что сейчас самое время связать его и выдать русским, тогда они не станут нас беспокоить. Заодно мы выпустим летчиков, которые сидят у нас. Только так мы сможем избежать разоблачения.
Подобные разговоры давно велись среди боевиков, живших в аэродромных казармах. Не сказать, что люди были слишком недовольны Николсоном и стилем его руководства, но от долгого бездействия всегда приходят крамольные мысли. Сам Джеймс этого не замечал, считая, что все его боевики абсолютно надежны, и уповая на свой авторитет.
– У тебя есть план, Касым? – неожиданно спросил Махди. – У янки своя охрана...
– Из арабов, – договорил за него Касым. – Не забывай об этом. А план прост: надо собрать всех бойцов, имеющихся в наличии, ворваться к нему и связать его, пока он спит. Так будет проще, он не успеет оказать сопротивления.
– А если все-таки успеет? – с сомнением в голосе спросил Немейри. – Ведь тогда начнется стрельба, погибнут люди...
– Э-э-э, – вскинув вверх палец, протянул Касым. – С каких пор ты стал бояться стрельбы и трупов? Идите и готовьте людей! Через час у вас будет новый начальник.
Полевые командиры покорно поднялись и вышли на улицу. Глядя им в спины, Касым с сомнением покачал головой, а дождавшись, когда те отойдут достаточно далеко, достал из-под подушки мощный «кольт-комбат», проверил обойму, дослал патрон в патронник и, засунув пистолет за пояс, тоже вышел из комнаты.
По тому, как вели себя его «соратники» во время разговора, он понял, что «переворот» ему придется делать в одиночку.
Дойдя до домика, в котором жил Николсон, Касым легко взбежал по лестнице и тихо открыл дверь. Джеймс спал на кровати, одна рука свесилась и касалась пола. На столе стояло две бутылки «Джонни Уокера», одна была пуста лишь наполовину. Николсон редко позволял себе напиваться до такого состояния. Видимо, случилось что-то из ряда вон выходящее. Касым усмехнулся, глядя на спящего пьяного командира, и не обратил внимания на странно заострившийся нос, на большие темные круги под глазами и приоткрытый рот.
– Я долго мечтал об этом, – прошептал он, приставляя ствол «кольт-комбата» к виску Николсона и взводя курок.
Касым так никогда и не узнал, что произошло. Он даже не почувствовал боли в спине от кривого и узкого кинжала, острое лезвие которого с легкостью пробило плоть и рассекло печень Касыма напополам. В животе у него вдруг стало горячо, и почти сразу же его ноги стали ватными, руки мгновенно ослабли, голова закружилась. В глазах все поплыло, он почувствовал, что не в состоянии нажать на спусковой курок. Пистолет стал таким тяжелым, что он едва удерживал его. Касым попробовал собрать последние силы, но ему это не удалось. Как сквозь вату, он услышал глухой стук – пистолет выпал из ослабевших рук главы безопасности. Ноги подогнулись, не выдержав веса тела, и он медленно опустился на пол. Перед его затухающим взглядом мелькнуло злорадное лицо слуги Николсона Махамата. Глаза ординарца были холодны и безжалостны.
  
Глава 18
 
Солнце медленно поднималось над уступами плоскогорья Азанде. Локис чутко дремал, прислонившись спиной к колесу «Виллиса» и откинув голову назад. Между колен у него, как всегда, стоял «кроссфайр». Неподалеку догорал костер, которым разведчики отпугивали хищников. Впрочем, ночь прошла достаточно спокойно.
 
Неожиданно в эту сонную монотонность вклинился звук, который был несвойственен не только саванне, но и природе вообще, и который Локис не мог спутать ни с каким другим, – лязг затворов. Не меняя положения, он приоткрыл глаза ровно настолько, чтобы сквозь щелки век увидеть того, кто приближался к ним.
Из небольшой рощицы зонтичных акаций к машине разведчиков, пригибаясь и осторожно ступая, чтобы их не сразу заметили, приближалось десятка полтора вооруженных людей, одетых в одинаковые комбинезоны грязно-зеленого цвета. Еще двое залегли неподалеку от большого термитника с пулеметом какой-то странной конструкции – магазин был пристегнут сверху, и это делало оружие каким-то аляповатым и немного смешным. По тому, как зашуршала за его спиной трава, Локис понял, что неизвестные обходят машину с нескольких сторон, беря ее в кольцо.
Времени на размышления у разведчика было немного, если не сказать, что не было совсем. Его наверняка заметили, поэтому если он резко вскочит, то будет немедленно убит. Нападавшие были вооружены советскими «калашами» старого образца, с патроном калибра 7,62. На открытом пространстве с короткого расстояния промахнуться из него было просто невозможно. Локиса расстреляли бы меньше чем за минуту. Чуть больше времени понадобится, чтобы перебить ошалевших и ничего не понимающих спросонок десантников. Поэтому об активном сопротивлении не могло быть и речи. Оставалось только ждать, когда неизвестные полностью их окружат, и имитировать сдачу в плен. А тогда уже действовать по обстановке.
Между тем неизвестные вплотную подошли к машине. Они уже не скрывались и шли в полный рост. Один из них, черный, как вакса, негр, с размаху ударил Локиса по ноге, выбивая у него «кроссфайр». Володя открыл глаза, изображая на лице высшую степень недоумения.
– Встать! – скомандовал тот по-английски.
– Что это значит, сэр? – так же по-английски спросил Володя, нехотя поднимаясь на ноги. Остальные разведчики с заспанными лицами непонимающе смотрели на пришельцев. Из «Виллиса» высунулся Браун.
– В чем дело, Медведь? – громко и недовольно спросил Демидов, приподнимаясь на локте. – Кто эти уроды и какого рожна им от нас надо?
– Я сам пока не знаю, – признался Локис, – но настоятельно рекомендую делать то, что они велят. Так что вставайте, парни.
Десантники поднялись и построились вдоль своей машины. Негр неторопливо прошелся вдоль строя, заглянул и в «Виллис». Вид фотографа почему-то привел его в бешенство.
– А тебе непонятно, что я сказал?! – заорал он. – Быстро вылазь, жирная свинья, пока я совсем не рассердился!
Вслед за этим послышался глухой звук удара и болезненный вскрик Брауна.
– Я все сделаю, как вы прикажете, сэр! – залепетал он, поспешно выбираясь из машины и вставая рядом с разведчиками. – Я все сделаю, сэр, только не надо меня больше бить. Пожалуйста!
Негр, по всей видимости, главный в этой «компании», еще раз обошел вокруг старого внедорожника. Потом поманил кого-то невидимого рукой, и к машине не спеша подошли еще пять человек. Теперь бандитов было двадцать, не считая тех, которые лежали с пулеметом возле термитника, и их командира. Они встали полукольцом вокруг разведчиков, держа автоматы наготове.
– Отвечать быстро и честно! – сказал негр. – Того, кто попытается врать или бежать, пристрелю. Итак, кто вы такие и что вам надо в этом районе?
– Простите, сэр, – осторожно проговорил Локис, – но в нашей компании не все знают английский, и могут возникнуть некоторые недоразумения. Не хотелось бы, чтобы из-за них кто-нибудь пострадал.
– Молчать, белые свиньи!!! – выкатывая и без того выпученные глаза, заорал негр. – Меня не интересует, кто и что не знает; меня интересует, из какой вы конторы и что здесь делаете?