Путь отчаянных

Мягко ступая по дощатому полу, в комнату вошел высокий широкоплечий мужчина, закутанный до самых глаз клетчатым платком, за ним замаячил еще один.
«Вот это номер!» – успел отрешенно подумать Володя, но уже в следующую секунду приклад его «кроссфайра» со всего размаха врезался в затылок вошедшему. Послышался характерный хруст, и мужчина, даже не вскрикнув, повалился на пол лицом вперед. Из большой рваной раны брызнула кровь. Не давая второму опомниться или сообразить, что произошло, Локис ударом ноги вышиб его из комнаты на узкую лестницу, по которой поднимались еще несколько вооруженных человек. Подминая и увлекая их за собой, мужчина покатился вниз. Выскочив на площадку, Володя выстрелил в потолок и тут же перевел ствол на барахтавшихся у подножия лестницы людей.
– Всем лежать!!! – скомандовал он по-английски. – Кто шевельнется – стреляю без предупреждения!
Плечом оттеснив Локиса в сторону, на площадку вывалился Демидов с «ремингтоном» наперевес. И как раз вовремя. Откуда-то сбоку прогрохотала длинная автоматная очередь. Стреляли не прицельно, видимо рассчитывая на то, что с такого короткого расстояния промахнуться невозможно. Но разведчикам повезло: от пуль их закрыли частые и тяжелые старинные балясины перил. В разные стороны полетели крупные щепки. Володя тут же рухнул на площадку, делая первый выстрел навскидку. Второй он сделал уже прицельно. Тот, кто обстреливал их с Демидовым, даже не пытался прятаться. Он стоял в полный рост, уперев приклад автомата в живот. Возможно, это была еще одна причина, по которой он не попал в разведчиков. Выстрел Локиса оказался более удачным – пуля отбросила боевика назад. Куда именно он попал, Володя не видел, но то, что убил, – не сомневался.
Одновременно Локис старался держать в поле зрения остальных нападавших, начавших приходить в себя и занимать более выгодные позиции. Демидов сделал несколько торопливых выстрелов, а затем одним прыжком вернулся обратно в комнату.
– Медведь, отползай, я прикрою! – крикнул он, падая на пол в дверном проеме и выстрелив еще пару раз, больше для острастки. Грохот его «ремингтона» на несколько мгновений заглушил все остальные звуки.
Трое остававшихся в комнате разведчиков, понимая, что не столько помогут друзьям, сколько будут им мешать, в бой не вступали, продолжая оставаться в глубине комнаты. Но едва Демидов залег у входа, они тут же подбежали к нему.
– Что за хрень, командир? – Круглов осторожно выглянул на лестницу. Он завладел автоматом убитого Локисом террориста и справедливо считал, что теперь вооружен лучше своих товарищей.
– Могу то же самое спросить у тебя, – огрызнулся Купец. – Там их человек семь, не меньше. И все с автоматами!
– Может, это «приятели» нашего милейшего толстячка-хозяина, – предположил Чижиков, – и мы банально попали под раздачу?
– Если тебе это так интересно, – съехидничал Демидов, – выйди и сам спроси, чего им от нас надо.
Тем временем боевики, видя, что сопротивления им больше не оказывают, попытались предпринять новую атаку. Двое открыли беспорядочную стрельбу, стараясь таким нехитрым образом отвлечь внимание разведчиков и одновременно лишить их возможности отвечать прицельным огнем. Трое остальных начали приближаться к лестничному маршу.
Локис успел переползти по узкой, но довольно длинной лестничной площадке, огибавшей стену как веранда, влево и укрылся от автоматчиков в небольшой нише. Он прекрасно все видел, но помочь своим товарищам не мог – не позволял слишком длинный «кроссфайр». Для того чтобы выстрелить, Володе пришлось бы зажимать приклад карабина под мышкой. При таком положении ни о какой точности говорить не приходилось. Можно было попробовать осторожно просунуть стволы между балясинами, рассчитывая на то, что боевики не сразу их заметят, но тогда Локис не смог бы нормально целиться. До противников было не более пяти-шести метров, а прицел рассчитан на триста – триста пятьдесят. Впрочем, был еще один вариант, самый безрассудный, даже авантюрный. И именно его выбрал Локис.
 
Дождавшись, когда автоматные очереди на время смолкли, он выскочил из своей ниши, выпрямился в полный рост и вскинул карабин к плечу. На то, чтобы прицелиться и произвести хотя бы один результативный выстрел, у Володи было не более пяти секунд, ровно столько, сколько требовалось для смены пустого магазина. При другом раскладе этого времени хватило бы на два точных выстрела, но сейчас, когда он даже не знал толком, где и как рассредоточились боевики, это было почти невыполнимой задачей.
Локису повезло. Автоматчики, прикрывавшие передвижение троих боевиков к лестничному маршу, засели прямо под ним. К тому же они сидели вполоборота, поэтому заметить то, что происходит у них над головами, не могли.
Первая же пуля клюнула стрелка в темя и вышла из подбородка, раздробив кости и выбив длинную струю крови и мозга. Второй не сразу сообразил, что происходит. Откуда-то раздался выстрел, и вдруг его напарник, вместо того чтобы продолжить поливать огнем лестницу, ткнулся носом в пол. Вторым выстрелом из «кроссфайра» Локис уложил и его, тут же переведя стволы на боевиков, добравшихся до лестницы. Оставшиеся в живых бандиты недоуменно смотрели на невесть откуда появившегося снайпера. Стволы Локисова карабина угрожающе перебегали, по очереди задерживаясь на каждом из них.
Почувствовав, что обстановка несколько изменилась, Демидов рискнул высунуться из комнаты. Увидев стоящего на площадке Локиса, он сразу же все понял. Быстро спустился вниз, стараясь не попадать на линию огня «кроссфайра», и забрал оружие у бандитов.
– Полный компресс, парни! – крикнул он, оборачиваясь к двери на втором этаже. – Медведь, как всегда, спас положение!
Спустившиеся в мастерскую разведчики первым делом начали связывать пленных их же клетчатыми платками, прекрасно подходившими для этого.
Саня Ефимов довязывал узел на руках здоровяка с аккуратной бородкой и злыми глазами. Тот с ненавистью косился на радиста и, по всей видимости, сдаваться не собирался. Неожиданно он что-то гортанно выкрикнул, ударом головы назад сбил Саню с ног, каким-то неуловимым движением вывернул запястья из узла и выскочил в окно, выбив при этом не слишком прочную раму.
Ефимов, опомнившись, схватил трофейный автомат и бросился к окну, но его остановил грозный окрик Демидова:
– Отставить, Шико! Мы и так нашумели больше положенного! Грузите оружие в машину и уходим!
– А где фотограф? – спросил Локис, сбегая по лестнице. – Он хоть живой?
Только теперь разведчики вспомнили о гостеприимном мистере Брауне.
– Медведь, – продолжал распоряжаться Демидов, – найди толстяка. Шико и Кенар, забирайте наше барахло, оружие и тащите в «Виллис», Толстый, обыщи этих гавриков и забери у них боеприпасы. Сбор у машины через десять минут, да и с этими что-нибудь сделайте, чтобы они не сразу в глаза бросались.
Поспешность Купца была вполне объяснима. Конфликт с местной властью никоим образом не входил в планы их диверсионно-разведывательной группы. А в том, что он мог в любой момент разразиться, никто не сомневался.
Брауна Володя нашел под стойкой. Толстяк сидел на полу и осторожно ощупывал окровавленную голову. Он с тоской посмотрел на Локиса:
– Что это было, сэр? Кто эти люди? Что им от меня нужно?
Не отвечая на его вопросы, Володя помог Брауну подняться и, подталкивая в спину, повел его к машине. Через двадцать минут старенький «Виллис», оставляя за собой пыльный шлейф, вырвался из Баро и помчался в саванну.
  
Глава 13
 
Касыд сидел на полу, поджав под себя ноги, и внимательно слушал рассказ убежавшего от разведчиков боевика.
– Господин, они ждали нас, – говорил тот, почтительно полусогнув спину. – Эти русские – сущие демоны! Один из них обошел нас с тыла, мы ничего не могли сделать.
Касыд небрежно махнул рукой, давая понять, что ему больше не интересно, и боевик покорно замолчал.
В Баро Касыд приехал на несколько часов позже разведгруппы Демидова. Как обычно, разместились в крестьянском доме, на окраине городка. Чтобы не привлекать к себе особого внимания. Касыд не боялся местных властей, тем более представлял их только староста, несколько старейшин и десяток нубийцев, добровольно взявшихся следить за порядком. Все их вооружение состояло из ржавого «кольта» и толстых палок, которые они пускали в ход, если кто-нибудь начинал нарушать заведенный порядок.