Жулики-Призраки и прочие негодяи (ЛП)

Она отпрянула от моего ядовитого сарказма.
Я отвернулся, прошел к столу и схватил свой рюкзак. Я посмотрел на миг в глаза Зака, где был вопрос. Перед ним был открыт гримуар.
Я отвернулся и от него.
— Я ухожу.
— Куда? — спросила Линна с тревогой в голосе.
— Не знаю, но это… мы… не работаем, если мы не доверяем друг другу.
— Ты тоже мне не доверяешь?
Мое тело странно содрогнулось, ее слова резали как нож. Весь этот разговор вел к неизбежному, но слышать это от нее было больнее, чем я ожидал.
Я повесил рюкзак на плечи.
— Иди за зацепками. Пойми, важен ли гримуар. Проверь алиби Дариуса, если нужно. Я буду делать, что должен.
Она прошла за мной до выхода, почти наступая мне на пятки.
— И что же это?
— То, что нужно, — сказал я, оглянувшись, и открыл дверь.
Ее ладонь тянулась ко мне, словно она хотела схватить меня и утащить внутрь. Но рука замерла. Она стояла, губы дрожали, лицо было бледным.
Я прошел в дверь, в холодный утренний свет. Один.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
«То, что нужно» точно включало кофе, если я не хотел отключиться на дороге. И я забрался в украденную машинку и проехал несколько улиц, пока не нашел кафе, полное любителей утреннего кофе.
Было восемь утра в воскресенье, но эти зависимые уже встали, оделись и были готовы действовать. Шагая сквозь толпу, жаждущую кофе, я ощущал себя как зомби, и не быстрые из «28 дней спустя», а как оригинальные из «Рассвета мертвецов», которые двигались как долгожители с артритом во всех суставах.
Добравшись до стойки, я сделал заказ:
— Два самых больших кофе с двойной дозой эспрессо в каждый.
— Что-то еще? — спросила бойкая бариста.
— Взбитые сливки, — сахар пойдет мне на пользу. Заметив сэндвич на витрине рядом с собой, я постучал пальцем по стеклу. — И эту штучку с беконом.
Бариста подала мне сэндвич.
— Можно имя для кофе?
— Кит.
— Кип?
— Кит.
— А для другого?
— А? — я утомленно прищурился, глядя на нее, она поднесла маркер ко второй пустой чашке. — О. Оба для Кита.
Бариста произнесла беззвучно «ого» и послушно написала мое имя на второй чашке.
— Вас позовут, когда будет готово.
Я заплатил, забрал свой кофе и нашел относительно уединенный столик в углу. Насладившись первым глотком, опустившимся в грудь, я вытащил ноутбук, подключил его к розетке под столом и соединился с бесплатным Wi-Fi кафе.
У меня все еще был открыт Фейсбук в браузере, там я искал жертв Радомира и ничего не получил. Но без новых зацепок я стал листать недавние посты Филипа Шелтона. Если наша отравленная жертва проснулась, я мог бы спросить у него, но Блит вряд ли пустит меня к штабу МП. Может, мне придется проникнуть скрытно, потому что какие еще были варианты?
Филип, судя по его ограниченным страницам в соцсетях, был одиноким мужчиной с большой коллекцией рыбок. У него был крутой аквариум, но это не помогало.
Я записал его интересы, перешел к Меркури, магу, чей кулон-слезу мы нашли у Брэда. Она, в основном, выставляла селфи с друзьями и делилась вдохновляющими цитатами.
Я продолжал решительно и отчаянно, сверял детали, которые узнавал о жертвах, с тем, что уже нашел, но у них не было ничего общего.
Я прислонил голову к стене и закрыл глаза, мои ладони дрожали от количества поглощенного кофеина.
Мои уставшие мысли повернулись к Линне. Где она была сейчас? Она понесла содержимое чемодана Блит? Или осталась в заброшенном здании расшифровывать гримуар с помощью Зака?
Я издал горький смешок. Ну, да. Она, наверное, убежала оттуда, как только я ушел, чтобы не подцепить вшей от друида.
Хотя он мог не отпустить ее с гримуаром, который хотел. Я приоткрыл глаза, переживая из-за того, что произошло между ними без меня, играющего рефери. Линна могла атаковать, но Зак не напал бы на нее внезапно. У него были стандарты.
Верно?
Он не дал мне мучить Деми. Опасный плут отругал меня за плохого поведения с его помощницей. Он мог пытаться сохранить деловые отношения, а не проявлять милосердие, но это все еще было чертой, которую он не пересекал.
 
А я… чуть не пересек без колебаний.
Я, как и намекала Линна, становился искажённой версией Призрака? Или чем-то хуже?
Я мог попытаться сильнее надавить на сострадание Деми. Я мог провести с ней переговоры, предложить сделку, пообещать ей долг. Но я сразу же стал использовать искажение, чтобы заставить ее сделать то, чего я хотел. Как с Фаустом и Брэдом. Моим первым инстинктом было использовать «психологическую пытку», как это поэтически звала Линна, а не попробовать что-то еще.
Я уперся локтями в стол, опустил лицо на ладони. Конечно, она боялась. Конечно, она сомневалась, что знала меня и то, на что я был способен. Что на меня нашло? Я не был тем, кто сразу давил силой. Я защищался, когда меня угрожали превратить в швейцарский сыр. Но это не касалось Фауста, Брэда или Деми.
И с шокирующим поворотом в пропорциях «Шестого чувства» Зак и Линна согласились в одном: хоть я не мог никому навредить физически, моя власть над чужими разумами была жуткой.
Я отклонился, расслабившись в странной позе, в которой сидел. Я пообещал Джиллиан, самому доброму и щедрому человеку из всех, кого я знал, что не забуду о сострадании. Я снова ее подвел.
Мысли становились все мрачнее, теряли четкость, пока усталость не одолела меня, и мысли превратились в обрывки с взрывами. В этот раз во сне не было шкафа с игрушками из сыра. Слава гауде.
Громкий стук привел меня в чувство. Во рту пересохло, словно он был раскрыт, пока я дремал. Бариста за стойкой смотрела на меня с презрением.
— Простите, — сказал я, не зная, за что извинялся.
— Вы храпели, — ответила она и продолжила молоть кофейные зерна.
В кафе стало куда меньше человек, мой ноутбук тоже «уснул». Я вытащил телефон и проверил время. Было уже больше часа дня.
Проклятье. Я уснул в кафе на четыре часа? Мне нужно было поспать нормально.
Я отогнал остатки сна, сходил в туалет и вернулся на место, включил ноутбук, понимая, что мне нужен был новый подход. Электронная слежка за жертвами не работала, и с такими результатами лучше было пойти с Линной проверять алиби Дариуса.
Постойте. Дариус.
Туман в голове пропал, словно шарик лопнул. Как я мог забыть о зацепке, которую он мне дал? «Постановление Комплексора».
Я вошел в базу данных МП и ввел это в строку поиска. Несколько результатов появилось на экране, быстро сообщив, что это пока еще не стало законом. Это было особым интересом группы CORPAC, предложившей постановление, и если его примут, это изменит то, как гильдии голосовали насчет законов мификов. Я полминуты пытался сообразить сонной головой, потому что гильдии не голосовали насчет постановлений.
За принятие или отмену законов голосовали главы гильдий. Каждый глава гильдии получал голос, и это было частью «равновесия» динамики власти между МП и гильдиями.
Но постановления принимали особые комитеты МП. Были общие комитеты для всяких отраслей от скрытности магии до регистрации мификов, незаконной магии и учет общества мификов.
Я потер лоб, нажал на второй результат поиска, который был официальным протестом, созданным группой из Ванкувера, зовущей себя МПК: Мифики против Комплексора. Это было открытое письмо, заявляющее, что предложенное постановление было недемократическим — я не привык слышать это слово в политике мификов.
По словам МПК, группа CORPAC использовала лазейку, продвигая постановление, которое изменит процесс голосования глав гильдий без влияния глав гильдий на это. Вместо того чтобы у каждого главы был один голос, количество голосов будет зависеть от количества членов гильдии. Больше членов — больше голосов.
 
Если такое произойдет, голоса маленьких гильдий не будут важными. Несколько самых больших гильдий мира будут доминировать в голосовании и управлять принятием законов.