Сердце дракона — принцессе игрушка (СИ)

Я быстро отшатнулась, не в силах, правда, убрать свои руки. В голове звенело. Кысь меня приобнял и вывел с центра площадки за изгородь. К своим сестре и маме. Неодобрительный гул толпы, ждавшей нашего поцелуя, сменился на довольный, когда меня обняла Акейша, а следом Кайра и Альмугеш. Отбор продолжался.
Мы бы остались посмотреть, Кайра вот хотела, но я была не в силах. Я даже не очень хорошо понимала, куда меня ведут. Потом осознала, что мы подошли к дому Акейши.
— Уважаемая Альмугеш, приглашаю тебя на семейный ужин! — приобняла ведьму Акейша. — Ай, я думаю, на сегодня останется у нас, а там посмотрим.
— Смотри внимательнее, Акейша, — рассмеялась Альмугеш. — Едва ли их можно теперь оставить наедине!
Потом ведьма взяла нас с Кысем за руки, смотря то на него, то на меня.
— Что там Хват говорил, соединяя вас, это одно. А то что вы сами уже крепко-накрепко друг друга привязали, это другое, — почему-то грустно вздохнула она.
— Почему ведьме нельзя целовать жениха? — вдруг спросила я. Вопрос показался мне куда более как насущным. Не похоже, что Кысь к чему-то подобному стремится, а то бы увереннее вёл себя на отборе, но всё же… А если я сама? Ой, нет! Но всё-таки?
— Тут хоть целуй, хоть не целуй, всё предрешено, — снова вздохнула Альмугеш, отступая и отпуская наши руки.
— Видишь что? — озадаченно спросила Акейша у ведьмы.
— Вижу, — кивнула та, но тебе не скажу. — Да ты и сама не слепая.
— Они пара, — кивнула Акейша. — А что тревожит тебя, Альмугеш?
— Кто твой сын — знаешь? И кто Ай — тоже знаешь. Вот и сложи, — вздохнула ведьма. А потом приободрилась и спросила кокетливо:
— А на ужин что?
— Так кайрики, которых Кысь принёс! — оживилась погрустневшая Акейша.
— Помочь с готовкой-то?
— Да помоги, пожалуй, — кивнула мама Кыся. — Мне ещё невесту надо причесать и отмыть.
— Невестой я займусь, — перехватила инициативу ведьма. — Заберу к себе, чтоб вас не смущать. Вечером придём.
— А я её уже и отпускать не хотела, — рассмеялась Акейша, гладя меня по голове.
— Вечером увидитесь, — посмеялась ведьма, уводя меня. Я успела взглянуть на задумчивого Кыся. Он всё это время молчал.
  
Глава 45. После отбора
 
Альмугеш нагрела для меня воды, вытащила бадью и наказала мне помыться. Ну — хотя бы она сама в этот процесс не вмешивалась. Ведьма пока сооружала мне наряд, чтобы мне по улице не идти в рванине.
Косы мне тоже получилось заплести заново — уж не знаю, что тут сыграла за магия. Но вот я готова, и мы с ведьмой-наставницей собрались выдвигаться.
В доме Акейши как всегда встретили приветливо. Кыся не было. Его мама сказала, что он ушёл на площадь. Сегодня на праздник явился шаман Рама и он будет наносить на кожу отроков рисунки. Ну и вообще-то вся деревня празднует. Мы бы тоже могли присоединиться, но Акейша не захотела идти.
— Моего сына чуть не убили, — только вздохнула она. — Специально не пойду, пусть судачат.
— Тем, кто забрал в дом невесту, разрешается не приходить. Тебе надо устроить ужин с родственниками, Акейша. А это, стало быть, я! — Альмугеш ударила себя рукой по груди.
Женщины посмеялись. Кайра попросила разрешения всё-таки сходить на общее гуляние, но мама её не отпустила.
— Все будем здесь! — только и сказала она.
— А вот Кысь наверняка пойдёт. Как вернётся от шамана, даже домой не заглянет! — дулась Кайра.
Акейша взглянула на меня:
— Что-то мне подсказывает, что заглянет!
Кыся долго не было, и нас с Кайрой всё-таки отпустили погулять. Акейша рассудила, что раз теперь я невеста Кыся, ничего со мной не станется. Тем более после того как я показала себя на отборе. Это всё мы долго во всех красках и подробностях обсуждали за столом.
Мы с Кайрой прошлись по всей деревне, долго торчали на площади. Узнали, кто ещё из невест обзавёлся парой, встретили кое-кого из первой четвёрки женишков. Я переживала, что у меня с ними будут проблемы, но они вели себя подозрительно миролюбиво.
— Теперь уже ничего не сделаешь, — только и сказал Шиа, провожая меня взглядом. Сынок вождя даже близко решил не подходить. А ещё двое нахалов вовсю шептались с девушками, которые им не достались. И как только несостоявшиеся невесты им простили?! Вспомнить только, как тот же Ахау и Пава со мной обошлись! Мы же дрались практически…
 
Этот день инициации юношей был интересен ещё тем, что в этот раз не назвали лучшего воина! Кыся признали лучшим охотником и его полное имя вписали на какую-то древнюю деревяшку, остальным никаких почестей не досталось. В принципе — это не самый плохой итог. Кысь не стремился быть лучшим, он хотел просто попасть и пройти все эти состязания. И он это сделал честнее многих.
Мы с Кысем так и не встретились. Вернувшиеся теперь уже мужчины (ой, тоже мне!) хвалились нанесёнными на кожу рисунками, сравнивали метки друг друга, рассказывали про Раму. Кысь задерживался. Говорили, что чтобы раскрасить лучшего охотника, потребуется много времени и сил. Я уже смирилась, что не встречусь со своим “женихом”, хотела было возвращаться к Альмугеш. Но Кайра настояла, чтобы мы вернулись в дом их с Кысем мамы.
Мы ещё посидели за общим столом на пиру, отведав яств. Всё-таки Кысь принёс в дар мясо, правда Акейша его не готовила — оставила другим женщинам. Но нас никто не выгнал. Мне кажется, все понимали, почему Акейша сердится на вождя — состязание для Кыся вышло очень опасным.
Потом мы ещё немного потанцевали, и опять обошлось без ссор. Меня почтительно называли юной ведьмой и первой невестой, так что я тоже заслужила какой-то свой титул на сегодняшнем мероприятии.
Вернулись мы за полночь. Ещё долго обсуждали подробности дня. Как уже совсем ночью вернулся Кысь.
Выглядел он странно. Всё его тело кровило. На других отроках я не заметила такой реакции на краску.
— Что с тобой? — спросила я. — Почему такие глубокие порезы?
— Краску пришлось загонять поглубже под кожу, — невозмутимо ответил Кысь, так, как если бы ему было совсем не больно. — Иначе на мне всё выгорит.
— В смысле на солнце? — не поняла я.
— Ну да… — рассеянно подтвердил Кысь, посматривая на маму.
— Милый, — нашлась Акейша, подходя. — Ай теперь твоя невеста, ей стоит знать.
— Я не считаю её своей невестой, что бы там вождь ни сказал, — вдруг как отрезал Кысь, и это больно ударило мне по сердцу.
— Пусть сначала её родители согласятся отдать её нам, тогда я смогу назвать Ай невестой, — закончил Кысь. А у меня появились предательские слёзы на глазах. Я побыстрее их смахнула. Акейша заметила.
— Кысь! Извинись сейчас же! — она подошла к сыну и отвесила подзатыльник. — Девочка столько бегала из-за того, что ты не прошёл состязания в числе первых! Она за сегодня натерпелась.
Расписанный рисунками, весь в краске, синяках и кровоподтеках — Кысь никак не отреагировал на подзатыльник. В первую очередь он здесь сын, а не глава дома, хоть теперь он и…
— Я же не… — начал он, потом подошёл ко мне. — Ай!
— Ты всё сделал, как мы договорились. И я тоже, — выдавила из себя я. — Мне надо было, чтоб меня выбрал ты, потому что те четверо… вообще не внушали никакой симпатии и доверия, и… они бы меня не отпустили. И… спасибо тебе, что выбрал меня. Я, как пойму, что пора, уйду. Девушка, которую ты хотел взять в невесты, тебя дождётся, надеюсь.
Потому что я бы ждала. Ей ничего не мешает, в отличие от меня. Разве что — обида. За то, что Кысь так поступил.
— Про кого ты постоянно говоришь? — расстроился Кысь. На него было больно смотреть. Все эти рисунки, если не присматриваться, выглядели как жуткие раны на его коже. — Я же ещё перед отбором сказал, что приду за тобой!
— Что у тебя за рисунки такие? Другие воины выглядели получше, — попробовала я перевести тему разговора.
— Нет никакой другой девушки кроме тебя, — Кысь, не смущаясь сестры и мамы, потрепал меня по макушке. А потом потрогал косы. — Спасибо, что заплела снова. Тебе красиво.