Приключение в Корее (СИ)

- Ты думаешь, кто-нибудь заинтересуется? – Задумалась подруга.
- Можем просто попробовать выложить в Интернет и в сеть. Посмотрим, если будет много подписчиков, то нам и рекламу могут дать вставлять в репортажи.
- Можно и попробовать! Только не сегодня.
- Куда уже, сегодня? День практически закончился. Время для этого нужно. А его у нас практически нет и ещё целый месяц не будет.
- Значит, переносим это на июнь или даже на август! – Закивала головой Маша. – Как развяжемся с этими музыкальными заморочками, так и начнём.
- Хорошо. Ты сейчас что будешь делать?
- Историю местную читать. Что-то она сильно от нашей отличается. Слушай, а вдруг это не параллельная, а какая-нибудь перпендикулярная вселенная? – Вдруг задумалась гражданка Стирлец.
- А тебе не по барабану? Пусть хоть косоугольная Вселенная будет, главное, что мы в ней и пока нормально себя чувствуем!
- Тоже верно! Ну всё, я пошла читать.
Наша Юко сияет. Её матери всё лучше и лучше. Японка приглашает нас к себе в Саппоро, когда закончится вся эта свистопляска с конкурсом на выживание.
Ладно, пока всё нормальное переносится на месяц-два. А потом, подкорректируем планы, в зависимости от возникших обстоятельств.
 Глава 18 
Сегодня всё вышло чётко, как в армии:
- подъём - 7.00
- рыльно-мыльные и унитазные упражнения – до 7.45
- боевая раскраска лиц штатным визажистом Юко – до 8.15
- взятие штурмом кухни – до 9.00.
- посадка на транспорт и прибытие в СМ – до 9.45.
И вот мы, вместе с другими группами, сидим в небольшом зале. Ждём наших кураторов из преподавательского состава.
Наконец они появляются. К нам подходят двое мужчин. Один долговязый, похож на танцора – его выдают движения.
На таких я насмотрелась ещё в старом мире, там был цикл развлекательных передач – конкурсов под общим названием «Танцуют звёзды».
Другой пониже. Очевидно, он и будет нашим куратором по музыке.
Маша, очевидно думала, что куратор–педагог будет один, поэтому вначале насторожилась, увидев двоих преподавателей. Но, потом, повертев головой и убедившись, что и к другим группам подходят двойки, успокоилась.
Между тем, учителя представились:
- Меня зовут Те Дон Дук, я куратор вашей группы по музыке.
- Моё имя Ким Чен Хек, я буду готовить вас по танцам.
- А мы, что, и танцевать должны учиться? – Не выдержала Маша. – Я ведь в трейни не стремлюсь. Мы с Джин из группы поддержки!
- Хубэ! Не прерывайте старших, вас плохо воспитали ваши родители! – Чен Хек угрожающе сужает и без того узкие глаза.
Но его напарник что-то шепчет ему в ухо, и у танцора от удивления глаза округляются: - Неужели? Не могли раньше сказать, что это «бананы»? Хубэ! Объясняю для вас всех, если вы ещё не поняли!
Вы все участники конкурса по выживанию, и если хотите, чтобы ваша группа победила, то вы будете выполнять то, что здесь вам скажут. Потребуют от вас петь – споёте. Потребуют танцевать – станцуете!
- Извините, сансеним! – Я хватаю Машу за руку и заставляю согнуться в поклоне вместе со мной. – Больше такого не повториться! Но разрешите задать вам один важный вопрос?
- Задавайте! – танцор явно успокоился.
- А если мы сами придумаем танец или песню, то можно будет их использовать и под вашим руководством довести до концертного варианта?
- Можно! – немного подумав и посмотрев друг на друга, отвечают кураторы.
- Ладно, теперь пойдём в выделенную для вашей группы студию и познакомимся!
Мы идём по коридору с большим количеством дверей, а потом гуськом заходим в ту, на которой написано: «Студия № 8».
Внутри комнаты, напротив окон расположена зеркальная стена с низкими брусьями, идущими вдоль зеркал. В углу стоит рояль, рядом с ним – синтезатор, несколько барабанов чангу, а напротив рояля на ножке укреплена видеокамера.
По периметру комнаты с потолка свисают микрофоны, а наверху укреплены прожектора. Около другой стены стоит стол и два стула.
 
Примерный вид студии.
- Садитесь на пол, хубэ! – Приказывает учитель музыки. Сами кураторы важно уселись на стулья, которые принёс танцор. – Я буду называть имя и фамилию, а та, кого я назвал, поднимает правую руку, и говорит, что она делает в группе.
Итак! Али-са Се-лез-нё-ва… - С трудом читает сансеним. Девочка поднимает руку и говорит своё амплуа в группе, а Маша переводит.
- Так, значит вы пианистка! И на синтезаторе играете, и на гитаре, и поёте, и танцуете? – Переспрашивает Дон Дук.
Получил утвердительный ответ, но не верит и вызывает Алису к синтезатору. Та уверено подходит к «Ямахе». Включает её и ждёт указаний куратора.
- Сыграйте нам что-нибудь классическое.
Алиса начинает. И я с Машей узнаём немного переделанный танец маленьких лебедей Чайковского.
https://www.youtube.com/watch?v=9OVY_Rc3U48
- Стоп! Теперь попробуйте что-нибудь современное!
Алиса недолго думая исполняет самое на данный момент «современное» - «придуманную» мной и обработанную самой исполнительницей музыку к «Олл май ловинг». У корейца поднимаются домиком брови.
- Что вы сейчас сыграли, хубэ?
Вместо Алисы ответ даю я:
- Это фрагмент музыки из моей песни «Олл май ловинг», сансеним! Автор музыки – Алиса. У нас и патент на произведение имеется.
- Вы пишите песни и музыку? – Удивляется Дон Дук. - Почему нам не сказали об этом менеджеры?
Корейцы переглядываются. Танцор вытаскивает голофон и идёт в коридор, закрыв за собой дверь.
- Куда это он? – Спрашивает Женя.
- Жаловаться на то, что им не дали на нас полной информации. Здесь доносить начальству на коллег – обычная норма.
- Тьфу, ты! – Плюётся Маша. А потом подняв руку, спрашивает:
- Можно мне что-то вам сообщить, сансеним?
Кореец благосклонно кивает головой.
- У нас есть полная запись того, что девочки умеют. Не лучше ли будет, если я просто перекину записи наших песен и танца на ваш голофон? Вы их посмотрите и сразу определите, чем сможете нам помочь, сансеним.
- А патенты у вас с собой?
- Да! Вот копии. – Я достаю из рюкзака бумаги и протягиваю их учителю музыки.
Тот читает и удивлённо смотрит на нас. В это время заходит танцор с видом исполнившего долг солдата.
- Чен Хек, нам забыли сообщить, что тут и композитор есть, и певцы, и музыканты. И даже переводчик на корейский язык! И у них патенты на кучу песен и танец!
- Танец! Это интересно! Можно его посмотреть?
- Сейчас вон та рыжая хубе перекинет нам на голофоны всё, что у них есть.
Корейцы говорят свои номера. И через минуту получают файлы. Вначале распаковывают песни и внимательно их слушают (Маша сделала отдельные файлы на танец и музыку на каягыме).
Проходит довольно много времени. Всё-таки восемь песен по три – четыре минуты…
Кураторы после этого прослушивания внимательно читают, кто поэт, кто композитор, а кто переводчик. То, что Женя исполнитель, а Юко с Алисой тоже поют и играют на инструментах, они уже поняли из просмотра. Теперь они врубили сольное выступление Юко на каягыме.
- О-о-о! – Послышалось из уст обоих кураторов. – Вот это здорово! Никто не догадался сыграть рок на каягыме!
Под конец у танцора от просмотра «Ламбады» глаза стали размером с тарелку для десерта:
- Что это за стиль? Я таких танцев не видел нигде! Правда, это не для нашего зрителя, но я был членом жюри на многих танцевальных конкурсах и такого не помню! Кто там записан изобретателем танца? – Он сунул нос в патент:
- Опять Пак Джин Хо, но и Ким Мин Джи. Музыка – Алиса Селезнёва и Юко Оно.
Вы понимаете, что вы стали законодателями нового вида танцев? А так как вы получили патент на территории Кореи, то и танец теперь везде будет называться корейским! А корейцы никогда так не танцевали! – От возбуждения он покраснел.