Наследие. Часть 1

Дракон облетел скалу, отыскивая место для посадки, увидел площадку и направился к ней. Гор опустился на нагретый солнцем камень, сложил крылья и лег на брюхо, дав Риктору слезть с себя. Лорд Илейни отстегнул ремни. Он спрыгнул на скалу, придержав меч рукой, и охнул, едва не упав. Мужчина с удивлением понял, что у него дрожат ноги. Он посмотрел на свои ладони, отметив и мелкую дрожь пальцев, затем перевел взгляд на Гора. Бока дракона тяжело вздымались, он не спешил подняться на лапы. Лежал на камнях, блаженно прикрыв глаза, и из ноздрей рваными клочками вырывался дым.
Риктор опустился на колени рядом с мордой летуна. Ладонь лорда огладила роговые наросты на голове дракона, кончики пальцев прошлись по острому гребню.
– Ты молодец, мальчик, – негромко произнес мужчина. – Ты лучший.
Гор приоткрыл один глаз, взглянул на человека и привычно издал насмешливое:
– Пф.
Дракон был рад, что они выстояли против ужасных крылатых созданий, что пробились сквозь тьму, и что человек не позволил ему пойти на корм тому чудищу, что зачаровало взглядом своих странных глаз. Его человек все выдержал, несмотря на то, что он такой маленький и хрупкий. Гор гордился своим драконоправом. Великан потерся носом о живот Риктора и снова уложил голову на камни.
– Я скоро вернусь, дружище, – сказал Илейни, поднимаясь на ноги.
На скале они появились первыми… или единственными. Сейчас Рик ни о чем не думал. После пройденных испытаний на душе была одна сплошная усталость и желание, чтобы все это поскорей закончилось. Илейни подумал о своем замке, об огромном ложе в опочивальне и о нежных руках Нэми, которые умели доставлять радость, не только даря ласки, но и избавляя от усталости тело своего господина.
– Нэми, – прошептал мужчина и улыбнулся, вспомнив открытое женское лицо с необычным сочетанием белоснежных волос и совершенно черных глаз.
«В тебе моя жизнь, с тобой моя душа, возлюбленный господин», – прозвучал в голове Риктора нежный голос наложницы. Он мотнул головой, отгоняя сейчас лишние мысли. Лорд Илейни вернется назад и выслушает все, что ему скажет Нэми, даже извинится за то, что пренебрег ее даром, но сейчас у него есть дело и поддержка матушки. Он накрыл амулет ладонью, и тот отозвался теплом, вселившим прежний покой и уверенность. Да, все будет так, как должно быть. Земли и величие вернутся к древнему роду, Рик восстановит поруганную честь предков.
Мужчина уверенно направился к пещере. Где она находится, он знал: видел неоднократно, когда прилетал сюда с Гором, чтобы проверить подготовку к очередным Играм с тех пор, как погиб отец. Впрочем, и при его жизни Риктор тоже сюда летал. Так они с Гором проверяли выносливость и силу крыльев, а потом мчались обратно к берегу. Рик сидел на спине своего летуна, раскинув руки, и беззаботно хохотал, радуясь юности, скорости и ветру, бьющему в лицо.
Каменная узкая тропа, огибая склон, спускалась ближе к морю. Нужно было перебраться через несколько выступов, скалившихся острыми камнями, затем войти в пещеру, дойти до каменной лестницы и спуститься туда, где за стенами шумит море, и снуют рыбы – в недра скалы, почти до самого дна. Там, в большой зале, освещенной огненными рунами, на возвышении будет стоять ларец. От игрока требуется взять ларец, вернуться наверх, сесть на дракона и мчаться назад. Если бы все семеро участников сейчас были здесь, это стало бы настоящим и самым опасным испытанием, потому что за ларец боролся бы каждый. Так было всегда… но не в этот год. И можно назвать счастливчиками тех двоих, чьи драконы сцепились еще на ристалище.
Пройдя половину горной тропы, Риктор прислонился к скале и закрыл глаза, давая себе небольшой отдых. Еще немного, еще совсем немного, и все будет закончено. Илейни открыл глаза, оттолкнулся от каменной стены и продолжил спуск. Чем быстрей он спустится, тем быстрей вернется к Гору, и они отправятся в обратный путь. Рик сделал несколько шагов, свернул вслед за тропой, перебрался через первый выступ, хватаясь рукой за горячие камни, спрыгнул на ровное место и замер, увидев Дальгарда.
 
Пожилой лорд сидел перед своим драконом, распластанным на камнях. Из вспоротого брюха последнего текла черная кровь. Летун судорожно вздыхал, водя обвисшими поломанными крыльями по камням. Голова его покоилась на коленях драконоправа, гладившего павшего великана по широкому лбу. Голова самого Дальгарда была тоже в крови, но он, казалось, совсем не обращал внимания на багровую струйку. Она стекала по лицу и исчезала за воротом камзола. Плечи мужчины вздрагивали – он плакал.
Рик, потрясенный увиденным, несмело приблизился к Дальгарду. Тот поднял голову, услышав шаги, взглянул на Илейни покрасневшими глазами и опять отвернулся к умирающему дракону.
– Мы налетели на гребень, – негромко произнес пожилой лорд. – Рагдар спас меня. Он отчаянно цеплялся за выступы, стараясь не перевернуться и не задавить своего седока. Даже драконья чешуя не может выдержать всех напастей, и крылья… – Мужчина замолчал, закрыл лицо свободной ладонью, и до Риктора донеслись сдавленные рыдания. Но Дальгард взял себя в руки и стер слезы. – Как ты выбрался?
– Мы спустились вниз, – голос Илейни сел, и мужчине пришлось прокашляться. Он вдруг представил, что Гор мог так же… – Там… там были камгалы. Давейн тоже был со мной. Потом Гор унес меня наверх, и все рассеялось. Гальтора я пока еще не видел. Он не догнал нас.
Дальгард слабо улыбнулся.
– Я рад, что это именно ты, Рик. Вы с Гором заслужили свою славу. – Затем вновь повернулся к дракону. – Иди, не теряй времени, Давейн может появиться, и лучше схлестнуться с ним в верхнем зале, чем в недрах или на этих проклятых выступах.
– А как же ты? – Риктор присел рядом и погладил дракона по шее.
– Я останусь, – ответил Дальгард. – Это должна была быть наша последняя Игра… и стала последней. Я буду с Рагом, пока Огненные не призовут его, потом вернусь через переход. Иди, Рик.
Илейни в последний раз провел ладонью по шее дракона, мгновение смотрел, а затем поднялся на ноги и решительно направился к пещере. Он старался не думать о том, что только что видел, не хотел допускать ни единой мысли, что с его Гором может что-то случиться. «Одно сердце на двоих». Да, пожалуй, слуги правы. Риктор Илейни мог представить свою жизнь без земель и замков, без милости короля, без отца и матушки, без верной Нэми, но совершенно не мог представить, как перенести потерю своего дракона, ставшего для него целым миром.
Когда-то Октор Илейни говорил сыну: «Не стоит привязываться к зверю, он никогда не сможет оценить твоей любви так, как оценит ее человек». Октор Илейни был неправ – это Рик знал с самого детства. Не было на свете существа вернее и преданнее, чем Гор-ин-Сианлэй. Люди забывали, лгали, предавали – даже те, кому, казалось, можно верить без оглядки. А Гор никогда. Он не пытался втереться в доверие, не таил за спиной кинжала, не подстраивал несчастий на охоте. Гор был предан ему, а Рик был предан Гору, и не было силы, способной пошатнуть эту дружбу.
Войдя в пещеру, Риктор остановился и уперся ладонями и лбом в прохладный камень – здесь солнца не было. Илейни отчаянно зажмурился. Перед его глазами вновь лежал поверженный скалами гигант, который, умирая, спасал своего драконоправа. И кто скажет, что драконы не способны любить? Кто посмеет сказать, что у них нет разума? Пусть тот, кто будет это утверждать, катится в проклятую Бездну, и его пожрут Виллианы.
– Ну, хватит! – одернул сам себя мужчина, оттолкнулся от скалы, зажег светлячок и направился к спуску в недра скалы.
Лестница, несмотря на то, что ее сушили и чистили, все равно была влажной и скользкой. Пару раз Риктор чуть не скатился вниз, но сумел удержаться. Светлячок выхватывал из темноты ступеньку за ступенькой. Звук шагов молодого лорда, отражаясь от стен, казался оглушающим, но это помогало отвлечься от невеселых дум. Шаг за шагом, ступенька за ступенькой Риктор приближался к заветной цели.
Он ступил на пол, и темнота взорвалась тысячей огненных всполохов. Каменная зала осветилась огненными письменами, прославляющими богов и небесных летунов, которых боги послали людям. Илейни опустился на колени, признавая правоту рун. Драконы – посланники Огненных богов. Их дружбу можно только заслужить. Вознеся краткую молитву, лорд продолжил свой путь, закончившийся у возвышения. Риктор протянул руки, взял ларец и прерывисто вздохнул, понимая, что последние несколько шагов даже не дышал.