Цена двуличности. Часть 3 (СИ)

— Хорошая работа, — произносит Суртаз, едва мы приближаемся к волшебнику.
— Благодарю, — сухо отзывается сэр Алонт, даже не обернувшись в нашу сторону. — Это было непросто.
Я не понимаю, о чем они говорят, но Первый Некромант издает тихий шипящий звук. Наверное, это смех. Я замечаю, что не только творящийся вокруг хаос остался неизменным — зомби все так же стоит на месте. И стоит мне обратить на него внимание, как мертвец медленно подходит к Суртазу и протягивает ему шкатулку. Лич берет ее, и зомби разворачивается и направляется куда-то прочь.
Не говоря ни слова, Первый Некромант небрежным движением откидывает крышку, несколько секунд смотрит на переливающееся самоцветами опасное содержимое шкатулки, а затем закрывает ее и… протягивает сэру Алонту. Тот выглядит чуть удивленным — либо мне просто показалось, что одна бровь коменданта слегка приподнялась.
— Мне это без надобности, — говорит он.
— Вам — может быть. Но я отдаю ее для того, чтобы вы вернули Последнюю Милость хранителю, взамен сломанной. Или сохранили ее сами, если пожелаете. Такие артефакты должны находиться у тех, кто свободен от власти бессмертных.
Сэр Алонт щурится и некоторое время молча смотрит на Суртаза. А затем протягивает руку и берет шкатулку.
— Хорошо, — мне почему-то кажется, что в голосе коменданта звучит сомнение, — а не боитесь, что я начну применять этот артефакт… Бесконтрольно?
— Не боюсь, — холодно отвечает Первый Некромант. — Наш договор в силе?
Комендант молча кивает и прячет шкатулку в карман. Я слышу шорох и постукивание неподалеку. Источником звука оказывается зомби: он тащит чудом уцелевшее кресло на постамент напротив сэра Алонта. На место для первого в Совете Древних. Одновременно с этим комендант легко поднимается на ноги и… растворяется в воздухе.
— Ваш договор? — осторожно интересуюсь я.
— Пообещав помочь Алонту в одном деликатном деле, я заручился его поддержкой в выполнении интересующей меня задачи. Часть взятых обязательств мы оба уже выполнили.
Суртаз перекладывает посох из правой руки в левую, и я вижу на его длинных когтистых пальцах уже два кольца вместо одного. На первый взгляд, они выглядят одинаковыми, а рассмотреть повнимательнее я не успеваю — Первый Некромант уже направляется к установленному креслу. А рядом с ним, справа, зомби ставит еще одно.
Интересно, для кого оно? Для сэра Алонта?
Я испытываю невероятное облегчение, когда Суртаз отходит от меня на десяток шагов, поднимается на постамент и садится в кресло. Но понимаю, что слишком рано обрадовалась, когда Первый Некромант приглашающе указывает мне на место по правую руку от себя. Скрипнув челюстью, я подчиняюсь и невольно вздрагиваю, когда снова попадаю в область действия его болезненно осязаемой ауры могущества.
— Мне кажется, или не все кости твоего тела принадлежат тебе?
Он задает этот вопрос ровно в тот момент, когда я примериваюсь к креслу, чтобы опуститься в него поаккуратнее. В итоге неловко падаю на мягкое сидение. Ну хоть ничего не сломала. Кажется.
— Не кажется, учитель, — тихо отвечаю я. — Кости ног принадлежали другому личу.
— Заменила из интереса или по необходимости?
— По необходимости.
— А где твои кости?
— В доме Суар. По крайней мере, оставались там, когда я отправлялась на казнь.
— Они серьезно повреждены?
— Расколоты в крошку.
— Хм…
Я понятия не имела, что означал этот глубокомысленный ответ, но задумываться об этом было и некогда. Раздалось тихое потрескивание, и через вход-портал в Зал Совета попал первый лич. Облаченный в расшитую серебром синюю мантию, он на несколько секунд замирает у входа, видимо, пытаясь понять, что тут произошло.
Интересно, Суртаз каким-то образом дал знак, чтобы они заходили? Или это самый храбрый и инициативный выискался и решил попытать счастья, мол, а вдруг пустят внутрь?
— Приветствую, владыка.
В голосе прибывшего бессмертного звучит восхищенное благоговение. Он осторожно приближается, но держится на внушительном расстоянии.
— Вы не представляете, как я рад вашему возвращению, о мудрейший и могущественнейший защитник и наставник, — торопливо добавляет лич. — Мое имя…
 
— Значения не имеет, — мрачно объявляет Первый Некромант.
И прежде, чем я осознаю, что вижу, бессмертный храбрец — или наглец — просто… рассыпается кучкой костей. Он даже не успел ничего сказать. Бросив быстрый взгляд на Суртаза, я замечаю, как угасает яркая вспышка, и глазницы черепа-навершия посоха в его левой руке снова светятся ровной холодной зеленью.
Я чувствую, как ставший уже почти привычным холод в груди дополняется липким ощущением страха. Растерянности. Непонимания.
Рискнуть и спросить, зачем он это делает?
Или на все воля Суртаза?
Мне вспомнились слова Сата о том, что рядом с Первым Некромантом нужен кто-то адекватный. Кажется, я начинаю понимать, зачем. Что ж, остается надеяться, что меня Суртаз не убьет.
— Учитель, — почтительно обращаюсь я, — простите за неуместный, наверное, вопрос… Но зачем вы это сделали?
— Этот лич, — позади меня неожиданно раздается голос сэра Алонта, — руководил расследованием, по итогам которого был вынесен вердикт, что мои претензии к Ладаону — всего лишь клевета.
Ага, выходит, месть продолжается.
— Ясно…
Я киваю головой в подтверждение того, что услышала слова коменданта и невольно задумываюсь, невольно скольким еще бессмертным сегодня грозит расплата за ложь многолетней давности.
Впрочем, уже через полтора десятка минут я понимаю, что дело не только в мести. Суртаз убил еще пятерых, и каждый из этих личей пытался ему польстить или поклясться в верности прямо с порога, или же с энтузиазмом начинал читать молитвы — громко, вслух и с выражением. Последний такой вызвал отвращение даже у меня.
Пространство перед входом-порталом теперь было усеяно костями вперемешку с синей, серой и черной тканью мантий.
— Думаю, с первой волной дураков и подхалимов покончено…
В тоне учителя я слышу удовлетворение пополам с отвращением.
— Как-то маловато, — саркастически отзывается все еще невидимый сэр Алонт, судя по голосу, находящийся по левую руку от Суртаза.
— Достаточно для того, чтобы они почуяли неладное и задумались.
Меня же в этот момент накрывает новая волна боли, хотя буквально десяток минут назад мне казалось, что я наконец-то смогла с ней совладать. Скрипнув зубами, стискиваю подлокотники кресла.
— Не желаешь восполнить недостающие кости?
Вопрос Первого Некроманта застает меня врасплох. В каком смысле? Чем? И только взглянув на валяющуюся перед входом груду костей, я понимаю…
— М-м-м… Нет, спасибо.
— Зря. Я вижу, что поток магии в твоем теле ослаблен и искажен.
— Сомневаюсь, что чужие кости это исправят.
Признаваться в том, что я банально не умею создавать нужные связи со сменным материалом, мне не хотелось. Ведь в прошлый раз этим занимался Альд.
Воспоминание об этом неприятном опыте совместных — как оказалось — действий болезненно царапнуло грудную клетку изнутри. Нет, не сейчас.
— Тогда нужно будет подумать, как восстановить твои кости, — задумчиво говорит Суртаз. — Не знаю, говорил ли тебе Альдауар, но я требователен к своим ученикам, поэтому обучение будет… сложным для тебя. Придется приложить немало усилий.
— Он… упоминал об этом, — говорю я, прежде чем осознаю первую часть фразы. — То есть мои кости можно восстановить?
— Я допускаю эту возможность.
Ответ Первого Некроманта звучит уклончиво, но даже этого достаточно для надежды. Неужели я в обозримом будущем стану не просто счастливой обладательницей полноценных ног, но и кости в них будут моими собственными? Пожалуй, это стоит любой боли, любых усилий.
— Но этой задачей мы займемся позже. А сейчас… — добавляет Суртаз и поднимается на ноги. — Раз желающих пообщаться со мной наедине больше нет, самое время посмотреть на остальных.
Он успевает спуститься с постамента и сделать несколько шагов, прежде чем я спохватываюсь и поднимаюсь в воздух, чтобы последовать за ним.