Любовь дьявола (СИ)

Клэр открыла полные слез глаза.
— Я не хочу жить без тебя. Я наговорила тебе кучу глупостей, хотя сама так никогда не думала, хотела, как можно больнее уколоть тебя, а теперь ненавижу себя за это. Я всегда знала, если человек любит ему все равно кто мой брат, я всегда гордилась тобой. Не желаю я ни за кого бороться, хочу быть рядом с тобой. Если он так легко поменял меня на другую, значит, любви никогда не было.
— Поступай, как велит сердце, девочка, а я буду рядом. — тихо сказал Рафаэль и добавил. — Любовь обязательно придет, ты должна верить и ждать. Ты так молода и красива, что можешь не одному мужчине вскружить голову и разбить сердце.
Клэр бросилась на шею Рафаэлю, обнимая и целуя его сквозь душившие ее слезы.
— Никогда я не буду, счастлива без твоего благословения.
— Ты получишь его в самый ответственный момент в своей жизни. — ответил он, прижимая ее к себе.
Филипп тихо приоткрыл дверь и вошел в спальню брата. Увидев трогательную сцену, он остановился. Нежность затопила его душу, глаза защипали от слез. Клэр и Рафаэль не замечали его. Он подошел и обнял их обоих. Они долго просидели вот так молча, обнявшись втроем, чувствуя любовь и тепло родственных уз. Рафаэль рассказал Филиппу о случившемся. Поведал и о том, что Серебряный спас жизнь Клэр и принес ее к нему без сознания. Филипп очень переживал, но был рад, что их семья воссоединилась.
Клэр, как только просыпалась, бежала навестить брата, она целые дни проводила в его обществе и только поздно ночью нехотя покидала его покои. Филипп, занятый приготовлениями к балу, зашел к Рафаэлю, чтобы обсудить некоторые вопросы. Он заметил, как напряженное личико Клэр склонилось над шахматной доской. Рафаэль полулежал на противоположной стороне. Увидев Филиппа, он улыбнулся и покосился на Клэр.
— Как хорошо, что ты пришел. — сказал герцог. — Я сегодня с трудом отражаю нападки юной леди.
Клэр воспользовавшись моментом, сделала незаметное движение рукой и свалила мешающие ей фигуры.
— Рафаэль, какой же ты неосторожный, опять все свалил. — с досадой в голосе произнесла она. — И именно в тот момент, когда проигрывал.
Мужчины, переглянувшись, расхохотались смелой уловке девушки.
— С тобой не соскучишься, малышка. — смеялся Рафаэль.
— Я вижу вам итак очень весело. Пожалуй, я пойду, займусь последними приготовлениями к завтрашнему балу.
— Давай, давай Филипп. — подбодрил его герцог, хотя настроение его резко упало, во взгляде появилась тоска.
— Почему такая быстрая смена настроений? — спросила Клэр. — Филипп, подай своему брату зеркало. — приказала она.
— Зачем? — удивился Филипп.
— Пусть периодически поглядывает в него, пошире откроет глаза и увидит, сколь безумной красотой обладает он. Не будь я сестрой, никому бы его не уступила. Я бы дралась за него как пантера.
Она вскочила с кровати, расправила плечи, гордо вскинула голову и приготовилась к схватке. Мужчины от души расхохотались.
— Филипп. — сквозь смех проговорил Рафаэль. — Ты не знаешь, почему я целый день должен терпеть эту маленькую фурию? Ты бы не мог привлечь ее к хозяйственным делам?
— Боже, избавь меня от этого, Рафаэль. — изобразив на лице притворный испуг, вскричал Филипп. — Мне хватит одной Кэтрин, она загоняла меня. А если их будет двое? Нет, я этого не вынесу. — он с ужасом схватился за голову.
— Ах, ты хочешь от меня избавиться? Ничего не выйдет! — крикнула Клэр и бросилась на шею к Рафаэлю.
В дверь постучали, Филипп распахнул ее, у порога стоял Чарльз. Клэр быстро встала, поправила платье, волосы и отошла в сторонку. Рафаэль по-прежнему улыбался, приглашая графа войти, присесть, чего ни будь выпить.
— Хохот был слышен даже на лестнице, право меня даже заинтересовало, что могло так рассмешить вас. — сказал, присаживаясь граф Смит. — Я пришел спросить, как вы себя чувствуете, Ваша светлость?
— Превосходно! Моя сестренка не дает задумываться об этом.
— Замечательно! — улыбнулся граф. — Это заметно по вашему хорошему настроению. Я хотел сообщить вам, Ваша светлость, что мы уже готовы к отъезду. После бала, день мы отдохнем, а на следующее утро отправимся в путь.
 
Улыбка медленно сползла с безупречно красивого лица герцога, взгляд стал чужим и отрешенным.
— Как пожелаете, милорд. — ответил сухо Рафаэль.
— Я не спокоен, Ваша светлость, вы так и намеренны держать в секрете имя напавшего на вас убийцы? Хотите оставить его для себя?
— Нет. — спокойно ответил Рафаэль. — Хочу оставить его в живых.
— Вы чем-то обязаны ему?
— Нет, я хочу дать ему шанс одуматься по той причине, которая известна мне одному. Хотя он уверен и тешит себя надеждой, что ему удалось уйти незамеченным с поля битвы.
— Я не имею право настаивать, Ваша светлость, но это опасно. Кто даст гарантию, что он снова не попытается всадить нож вам в спину?
— Благодарю, за заботу, милорд. Право не стоит так беспокоиться обо мне. Я в состоянии позаботиться о себе сам, и если потребуется, я разорву его на куски. Дикий блеск сверкнул в глазах герцога, жесткая складка пролегла возле губ.
— Я все тот же зверь, милорд, ничего не изменилось.
Чарльз, внимательно наблюдая за герцогом, склонил голову в знак согласия.
— Не смею быть назойливым. — произнес он. — Прошу простить за вторжение.
Чарльз встал, попрощавшись, направился к двери, бросив на ходу.
— До встречи, Ваша светлость.
— До завтра, милорд. — кивнул Рафаэль.
— Все просто замечательно. — думал Чарльз. — Значит, герцог простил свою сестру. Леди Клэр счастлива и весела, Серебряный будет в восторге.
Граф не торопясь, шел дальше, мысленно улыбаясь. Клэр стояла, отвернувшись к окну, собирая остатки своей воли, чтобы не разрыдаться перед мужчинами. Но Рафаэль опередил ее, он подошел сзади и нежно провел рукой по шелковистым кудрям.
— Прости меня, девочка, я знаю, ты была против этого бала. Считай, что это моя последняя выходка эгоиста. Я не мог отказать себе в удовольствии, в последний раз видеть и держать в объятиях свою жену. Это желание выше моих сил.
Слезы заливали лицо Клэр, она повернулась и прижалась к его груди.
— Не обращай, на меня внимание, Рафаэль, это минутная слабость. Ты правильно сделал, я должна сама доказать себе, на что я способна и хватит об этом. Мне не нравится другое. Почему ты скрываешь от нас с Филиппом имя своего врага?
— Она права, Рафаэль. — с жаром поддержал ее Филипп. — Теперь мы подозреваем каждого. Мы боимся за твою жизнь.
— Завтра его здесь не будет. Это единственное, что я могу вам сказать. — упрямо ответил Рафаэль.
— Ну, спасибо, хотя бы за эту скупую информацию. — буркнул Филипп.
Рафаэль бросил на него хмурый взгляд.
— Мне кажется, ты собирался заняться хозяйственными делами. А тебе, моя девочка надо пораньше лечь в постель и как следует отдохнуть.
  
Глава 36
 
Филипп, Кэтрин и Клэр встречали гостей. Рафаэль должен выйти позже, чтобы поберечь раненную ногу. Бальный зал был переполнен народом, гости прохаживались парами, приветствуя и разговаривая друг с другом. Нарядно разодетые женщины и мужчины с нетерпением ожидали появления герцога. Тайна его ранения и разрыв с женой все это время занимали языки сплетников. Каких только версий они не выдвигали, но правды никто не знал.
Рафаэль спускался по лестнице один, его жена в окружении родичей была уже там. Приглашенные замерли.
— Дьявол! — прокатилось волной по залу.
Все заинтригованно, с интересом следили за каждым его движением. Аристократическая бледность покрывала безупречно красивое лицо. Надменная усмешка застыла на резко очерченных губах. Опасный блеск чарующих бирюзовых глаз притягивал к себе, словно мотыльков на яркий свет. Ах, как страшно обжечься об этот огонь. Величественная, сверкающая красота герцога убивала вокруг себя все живое.
— Посмотри, Алек, — восхищался Чарльз, — этот дьявол идет так, словно это не он две недели назад лежал на смертном одре. Ведь раны не зажили и болят, а он заставил себя даже не хромать, не один мускул не дрогнул на его лице. Не зря, даже друзья считают его дьяволом.