Пуртов, я (не) люблю тебя (СИ)

‒ Да. Я так не поступаю.
‒ Говорят, у вас было много женщин, наверняка вы не особо заморачивались со своим выбором.
‒ Свой выбор я еще не сделал, Вера. Я в поиске. Поэтому, холост. У меня правда было много спутниц по жизни, но если мне надоедали отношения или девушка переставала мне нравится, я честно говорил ей об этом и наши пути расходились.
‒ Круто. Нечего сказать. Действительно, есть чем гордиться. Вы ведете себя грубо и порой даже некультурно.
‒ Зато я честен с людьми. Я всегда поступаю так, как мне этого хочется. И говорю то, что думаю. А приукрашивать правду у меня никогда не получалось. Вам, женщинам, очень нравится, когда мужчины рассыпаются на комплименты, когда обещают золотые горы, счастливую жизнь, любовь до гроба. Поэтому, чаще всего и выбираете таких мужей, которые льют вам в уши красивые слова, то, что вы хотите слышать.
‒ Так все. Я не хочу здесь находиться. Спасибо за все, мне пора.
Я начала спешно собираться, чтобы не продолжать неприятную для меня тему. Хотя, в душе понимала, что он прав. Но, в данный момент, мне не хотелось это признавать.
Схватив сумку, направилась в сторону выхода, не оборачивалась. Но, кажется, за мной никто не шел.
На улице было очень прохладно. Холод добрался до меня быстро. Прошло две минуты, как я вызвала такси и, водитель написал, что уже подъезжает. Но, на самом деле, его до сих пор не было. Пока я была внутри ресторана, мне хотелось вдохнуть свежий уличный воздух. А сейчас, больше всего, хочется под теплый плед.
Незаметно, кто-то сзади накинул на меня пиджак.
‒ Опять убежала! ‒ улыбнулся Пуртов.
Я посмотрела на него с удивлением, хотя кого еще я могла ожидать? Но, его появление, всегда неожиданно.
‒ Все никак не привыкну, к тому, как вы внезапно появляетесь.
‒ Привыкай. Я помогу тебе.
После этих слов он поправил свой пиджак на мне и, прислонив к себе, нежно коснулся моих губ.
  
Глава 22
 
Это был незабываемый поцелуй. Наш первый поцелуй. Как в кино. Внутри меня горело пламя, которое сложно было погасить. Я чувствовала тоже самое и в нем. Наверно, кто-то из прохожих обратил внимание на двух, страстно целующихся, влюбленных. Но, нам было не до того.
Нас прервал телефонный звонок. Это был водитель такси, который уже подъехал к ресторану.
‒ Здравствуйте. Да. Я на месте, только едем на другой адрес, ‒ ответила я таксисту и, глядя на Пуртова, улыбнулась.
Он явно не ожидал, что я настолько смелая. Сейчас этот поступок не казался мне аморальным, неприличным, недостойным. Я чувствовала, что мне это нужно, сердце подсказывало.
Уже не помню, как мы добрались до его дома и как оказались вместе, в одной постели. Это было похоже на сказку, на сон. Кто-то бы сказал «переспали», но я знаю, что это далеко не так. Нас обоих захватила страсть, любовь…
Приятное прикосновение его рук, нежные поцелуи ‒ это незабываемая ночь и, она так быстро прошла. А может, нам просто не хватило времени, чтобы насладиться друг другом?
Наступило утро. Меня разбудил солнечный луч, который так резко слепил глаза. Я потянула руки вверх, выдохнула, вспоминая все, что произошло со мной вчера. Сразу заметила, что Давида в кровати не было, на его подушке лежала небольшая записка.
Схватила ее и прочла, практически вслух: «Со вчерашнего дня я счастливый человек. Спасибо тебе за это. Ты так сладко спала, не хотел будить тебя. На столе приготовил завтрак, первый раз готовил завтрак. Надеюсь, понравится. Целую. Твой Давид».
‒ Хм, ‒ улыбаясь, произнесла я. ‒ Да он романтик. А говорил, что не любит приукрашивать, а сам столько красивых слов написал. Но приятно, черт возьми! Приятно. Еще более приятно осознавать, что такой ловелас, как Пуртов, впервые и только для меня решил приготовить завтрак.
Я не спеша прошла на кухню. На столе действительно был приготовлен завтрак: каша с ягодами, оладьи и фрукты. Взяла ложку и попробовала на вкус кашу. Это было очень вкусно.
Незаметно, я посмотрела на часы, висящие на стене. Полдевятого!!! Работа! Я опаздываю!
 
Мне нужно попасть на работу вовремя, не хочу опаздывать. Но, больше всего, не хочу, чтобы управляющий заступался за меня перед Паземиным. Не хватало еще, чтобы на работе знали о нашей связи. Нет. Такого я допустить не могу. Мне будет стыдно. Хотя, я даже не представляю, как буду работать вместе с ним.
Снова еду на такси. В этот раз, мне было просто необходимо поскорее попасть в «Променад». Таксист остановил машину возле входа в ресторан. Расплатившись, я бегу внутрь. На часы смотреть не хочется, еще больше начинаю волноваться.
Как назло, именно сегодня, в среду, наш хозяин ресторана Паземин Артем Тарасович проводит планерку. Весь персонал обязан на ней присутствовать. Правда планерка начинается в девять, а сколько сейчас времени, я не знаю. Надеюсь, успеваю.
Вбегаю в кабинет. Тишина. Все удивленно смотрят на меня. Я глазами пробегаюсь по присутствующим. Вроде бы все на месте, кроме меня конечно. Пуртов тоже здесь, старается смотреть на меня равнодушно, но заметно, что волнуется.
‒ Аааа, Кузнецова Вера. Косяк номер сто восемьдесят пять. Опоздание. Вот, уважаемый Давид Сергеевич, с какими сотрудниками приходится иметь дело. Давно бы уволил, да способная она очень, ‒ раздраженно произнес Паземин, перекидывая взгляд то на меня, то на Пуртова.
Я дрожала от неловкости и легкого страха. Хотелось провалится сквозь землю. Стою на месте, не решаясь двинуться ни на шаг.
‒ Прямо не знаю, что мне с ними делать! Кузнецова опаздывает на работу, Грибов выпивает. И что самое обидное, что уволить их не могу! Да, даже Грибова придется возвращать. Что скажете Давид Сергеевич?
‒ По поводу Грибова, надо подумать…
‒ А что тут думать? Без него нам сложно. Это очевидно. Повара не справляются, а некоторые блюда не могут приготовить самостоятельно или готовят не так, как нравится нашим посетителям.
‒ Сегодня я поговорю с ним, ‒ сухо ответил Пуртов и направил свой взгляд на меня.
‒ Отлично! ‒ весело заговорил Паземин, кажется, он сам хотел вернуть своего шефа.
Мне показалось странным то, что хозяин ресторана, как будто бы выпрашивает разрешение вернуть нашего шеф-повара у своего управляющего. Возможно, мне это действительно показалось. Во всяком случае, я рада, что Грибов возвращается.
‒ Ладно, этот вопрос, я думаю, мы еще обсудим отдельно от посторонних глаз, а как быть с систематическими опозданиями некоторых особ? ‒ Паземин головой указал на меня, робко стоящую около двери, будто провинившаяся школьница.
‒ Так-с, ‒ смело произнес Пуртов. ‒ Кузнецова! Вы почему позволяете себе опаздывать? Вы что особенная? ‒ по его лицу было видно, что он это делает специально, но это доставляет ему удовольствие. Он едва сдерживал смех.
Ах, вот как? Ты решил посмеяться? Хорошо, я подыграю тебе.
‒ Простите, я просто плохо спала эту ночь, заснула только под утро.
‒ Прощаю на первый раз. Сегодня я очень добрый, поэтому, просто штраф две тысячи рублей.
‒ Сколько? ‒ опешила я. ‒ На такие суммы в нашем ресторане даже официантов не штрафовали.
‒ Три тысячи рублей! И не спорить. Все свободны, возвращайтесь к своим рабочим местам. Сегодня будет много народу ‒ суббота, выходной день.
Мы молча вышли из кабинета. Я не смотрела на управляющего. Но его выходка заставила меня немного понервничать. И как ему удается все время выводить меня из себя? Хотя, я понимала, что он это делает не со зла. Такой у него нрав.
‒ Вер, этот Пуртов вообще обнаглел! Давай мы поговорим с Паземиным, пусть отменят штраф? ‒ спросила меня Геля, которая всегда была в шоке от высоких цен.
‒ Все в порядке, я заслужила. Ни к кому не нужно подходить, ‒ попыталась успокоить подругу.
‒ Его самого не было пару дней. И хорошо, что не было. Мы хоть поработали в спокойной обстановке, а не под конвоем.
‒ Геля, нашей команде иногда нужен конвой. Ты же сама знаешь, сколько раз задерживался заказ, потому что вы с Диной выходили курить? А сколько раз шеф забывал, сколько должен приготовить заказов, потому что был под шафе? А я вообще до сих пор не могу запомнить, как приготовить буйабес и фуагру со спаржей, да к тому же опаздываю… Да, мы дружный коллектив, но иногда происходят сбои в работе, без косяков, как сказал бы Паземин, не обходится.